Меню Рубрики

Воровство что это с точки зрения психологии

08 ноября, 2014 | Ольга ШИПИЛОВСКАЯ

Воровство с точки зрения психологических основ — явление комплексное. Воровали всегда и, наверное, будут воровать еще очень долго, если, конечно, когда-нибудь человечество не проникнет в тайны человеческой психики и не сможет раз и навсегда заблокировать базальтные участки головного мозга, ответственные за инстиктивное поведение. Но это уже больше из области фантастики, чем из научной сферы. Не поняв психологических механизмов воровства, нельзя эффективно бороться с ним.
Воровство, как скрытое присвоение чужого, относится к тем формам социального поведения человека, которые являются прорывом инстинктов сквозь заграждения общественных запретов в человеке: права, морали, религии. Это как агрессивность и насилие в разнообразных формах и проявлениях, полигамия в сексуальных отношениях, инцест, эгоизм и некоторые другие. Какие же инстинкты являются первоосновой воровства?
1. Стремление удовлетворить свои потребности. В основе любой активности человека (в том числе и воровства) лежат неудовлетворенные потребности человека. Материальная нужда (с точки зрения этологии (биологической науки, изучающей поведение животных в естественных условиях) она может быть обозначена, как комплекс реакций инстинкта самосохранения) — очень сильный, стабильный и болезненный возбудитель человеческой активности. Обычно человек удовлетворяет свои потребности, добывая необходимое. Однако в широком контексте труд — это тяжелое, необходимое занятие. Возможно, правы были классики, утверждая, что труд создал человека. Но труд всегда был и во многом остается необходимостью, а не радостью. Это не значит, что человек не получает удовольствия от труда. Деятельность, особенно творческая и высокопрофессиональная, может приносить удовлетворение, может становиться своеобразным наркотиком, без которого человек не мыслит жизни. Здесь же мы имеем в виду труд как необходимость, не всегда желаемый процесс. Именно в этом аспекте воровство является проявлением стремления избавиться от этой необходимости и получить необходимые ресурсы, пускай чужие, без труда в привычном понимании.
То, что воровство является естественным (с точки зрения психологических механизмов, а не права или морали!) стремлением в поведении человека, наглядно демонстрирует поведение малолетних детей. Ребенок поступает естественно, в соответствии со своими желаниями, когда забирает чужую игрушку и прячет в карман. Для него это спонтанное действие — просто взять и пользоваться, особенно если у него такой игрушки нет. Это потом взрослые ему объяснят, почему так нельзя делать. Вначале ребенок никак не может понять, «почему нельзя».
З. Фрейд, основатель психоанализа, писал: «деление психики на сознательное и бессознательное дает возможность понять важные патологические процессы в душевной жизни». Несомненно, человек имеет власть над своим побуждением к движению, поведению, однако есть потребности, которые являются основными и которые человек стремится удовлетворить любым способом. Воровство, конечно же, не является потребностью (мы не учитываем сейчас клептоманию — патологическое стремление воровать, присваивать чужие вещи, которые человеку даже не нужны), но оно имеет под собой основу — потребность человека, которая, осознаваясь, становится мотивом его поведения. В соответствии с феноменом окультуривания человеческих инстинктов, обстоятельства, которые сопутствуют этому процессу на протяжении истории развития общества, приводят к образованию воли к произволу или непроизволу. Другими словами, если человек участвует в обмене меновыми стоимостями (не просто продуктами труда, обмена, а продуктами, имеющими для него определенную ценность), у него образуется воля в виде произвола, проявляющаяся в криминальном, аморальном поведении, в поведении, не соответствующем этическим, правовым нормам. Повторимся, это точка зрения З.Фрейда, и, несмотря на такую линейную причинность воровства как антинормативного поведения, здесь есть рациональное зерно, как бы это парадоксально это не звучало о теории З. Фрейда. И далее, в зависимости от того, каким является этот эффект окультуривания, человек становится избирательно восприимчив к тем или иным средствам достижения своей цели, возможностям, которые ему открываются. Поэтому корни воровства, как вида произвола, следует искать в самом начале истории развития общества, в механизмах социально-психологических отношений.
Итак, с одной стороны, у нас имеются потребности отдельного человека, его ценностные ориентации, будущие, еще нереализованные, результаты, на достижение которых он ориентируется. С другой стороны, у нас есть ценности окружающего мира, которые диктуют правила поведения, нормы, которыми человек должен руководствоваться, есть потенциальные возможности, предоставляемые окружающим миром, а также есть наличное, имеющееся у человека в данный момент:
человек ← потребностные отношения → окружающий мир (ценности)
В результате категории человека (желаемое) могут соответствовать либо не соответствовать предоставляемым ему категориям (реально возможное). Чем больше рассогласование между необходимым и наличным, чем важнее для человека недостигнутая цель, тем выше напряжение человека и тем сильнее выражена ориентация на достижение необходимого результата. Как следствие, человек будет искать большее количество путей решения проблемы, ослабляя какие-то сдерживающие ранее его границы. То есть, потребность — это внутренняя программа жизнедеятельности человека, которая должна быть и будет приведена в действие. Другими словами, если необходимость приобретает доминирующий характер, для человека «все средства хороши».
2. Воровство как агрессивное поведение. Второй аспект психологического генезиса воровства, не менее значимый чем выше рассмотренный, — это агрессивность человека. Ведь по своей сути воровство — это скрытая, косвенная агрессия. Если ребенок не осознает, что он наносит вред владельцу, без разрешения взяв (т.е. украв) чужую игрушку, то взрослый, как правило, это прекрасно осознает. Присваивая с помощью насилия, нанося ущерб, многие люди испытывают удовольствие от воровства, как от победы, успеха как такового. Кроме того, часто целью воровства в организациях и на производстве является нанесение ущерба компании в целом или ее отдельным руководителям.
3. Стремление к накопительству. Существует и третий элемент первопричины воровства. Это стремление к собирательству. В животном мире известно множество примеров такого поведения, когда животные собирают запасы, значительно превосходящие их потребности, т.е. запасаются впрок. У людей это часто реализуется по формуле: «хоть у меня уже есть, но вот это же лежит без контроля, поэтому возьму, авось пригодится».
Этим инстинктом можно объяснить те факты воровства, которые совершаются далеко не бедными и не голодными людьми. Одно дело — воровство голодного, другое — накопительская страсть человека, «сытого по горло» и «обеспеченного по гроб жизни».
В этологической литературе можно найти указание на то, что генетическая подкладка накопительской психологии (в том числе и за чужой счет) заключена в собирательском инстинкте, унаследованном нами от наших давних прародителей. В определенной мере с этим можно согласиться. По крайней мере, применительно к увлечению многих людей коллекционированием или применительно к склонности некоторых делать по всякому поводу и без повода запасы на черный день. Конечно, воровство и коллекционирование — не тождественные понятия. Второе — это цивилизованная форма накопительства. Но связь между этими явлениями с точки зрения эволюции поведения безусловна.
Однако все же одними неудовлетворенными потребностями или собирательским инстинктом нельзя объяснить, скажем, то, почему стремление своровать так часто пересиливает соображения безопасности даже у весьма умных и дальновидных людей. Они идут на риск, самоутверждаясь.
4. Стремление к самоутверждению. Иногда воровство позволяет человеку удовлетворить свое честолюбие, свои амбиции. Честолюбиво-престижный, а не всегда потребительский характер переживаний, связанных с обладанием ворованной ценностью, обычно фиксируется у воров, работающих «по-крупному». Успешное воровство рассматривается, как удачное приобретение, успешная операция. Человек может самоутверждаться не трудом или своими способностями, а через присвоение чужого.

Кроме психологической характеристики, воровство необходимо рассматривать и как явление в системе социальных отношений. Коррупция, вседозволенность, слабость судебной власти, несовершенство законов, упущения в системе воспитания и другие негативные факторы социального плана, несомненно, будут продуцировать воровство как социальное явление.

Ольга ШИПИЛОВСКАЯ — психолог

Глава 7 воровство как форма психологической зависимости

Чаще встречается навязчивое воровство не психичес­кого, а невротического характера. Этим синдромом стра­дают некоторые очень состоятельные люди, представи­тели самых высших слоев общества. Порой крадет какую-то вещицу в магазине человек, который при же­лании мог бы сию же минуту купить весь этот магазин целиком. Потребность украсть в данном случае связана с постоянно высоким уровнем тревоги и неудовлетворен­ности. В момент кражи человек испытывает острые ощу­щения, бурю эмоций, которые затем вызывают чувства эйфории и расслабления. Это вид психологической зави­симости, сходный с зависимостью от никотина. Челове­ку, страдающему такой зависимостью, необходима по­мощь психолога, который будет работать не с воровством как таковым, а с той тревогой, которая гложет челове­ка, заставляя его совершать кражу. Воровство этого типа может встречаться у детей, переживших психологичес­кую травму, неуверенных в своем нынешнем положении, испытывающих страх перед будущим, имеющих низкую самооценку и не получающих достаточной эмоциональ­ной поддержки (В. Кукк, 2006).

Взрослым необходимо удовлетворять эмоциональные, интеллектуальные и духовные потребности. А детям не­обходимы игрушки, книжки, краски и много чего еще. Например, секции, кружки, уроки творчества. За все это надо платить деньги.

Не всякие родители способны обеспечить своих детей необходимым. Дети растут, растут их потребности и запросы.

В отдельных странах, например в Италии, Англии, Франции, дети школьного возраста, если им хочется чего-то сверх необходимого минимума, подрабатывают, и не потому, что родители не в состоянии это приобрести, а для того, чтобы в их сознании укладывалась соразмерность желаний и возможностей. В таком воспитании своих отпрысков зарубежные коллеги как бы хотят ска­зать: ты можешь иметь только то, чему ты соответ­ствуешь своим трудом. Для зависти места не оста­ется. В Риме, Лондоне и Париже состоятельные се­мьи в быту живут очень скромно. Дети знают — хочешь что-то иметь сверх минимума — заработай.

В Санкт-Петербурге, Москве и в других горо­дах России среди детей и подростков очень распространена игра «в сравнения»: вот бы такой плеер, как у Стасика, такой мобильный телефон, как у Насти, вот бы такую одежду, как у Эдика, и т. д. А семейный бюджет ограничен. Но когда во главу семейного закона ставится принцип: «желание ребенка превыше всего!» — начинаются проблемы.

Так, Елена, ученица 9 класса закатила родителям истерику по поводу того, что они не смогли ей купить трусики и бюстгальтер от «Бюстье», так как ей стыдно предстать перед кавалером в нижнем белье от московской фирмы. Папа школьницы инженер по образованию, потерявший работу на железной дороге, вынужденный работать дворни­ком, и мамафилолог, лишившаяся работы в свя­зи с сокращением, испытывают чувство вины пе­ред дочерью. Родители, работающие с утра до вечера и воспитывающие еще и вторую дочь 13 лет, понимают, что все время съедается работой, а на дочерей остается слишком мало времени. А пото­му, выбиваясь из последних сил, дефицит любви пытаются компенсировать различными презен­тами. Психологи выяснили, что работающая мать способна уделить своему ребенку для полноценного общения толь­ко. 12 минут в день.

Вместо желанного удовлетворения жизненной по­требности в общении, принятии, в признании, в роди­тельской любви, душевной теплоте детям предлагается какой-то «эрзац любви» в виде покупок, подарков (до­пинг) (родители пытаются загладить свое чувство вины или откупиться). Но никакие вещи не способны заме­нить детские эмоциональные потребности, а только со­здают впечатление «удовлетворения». Быстро форми­руется зависимость от такого допинга, и дети начинают воровать.

Факторы, способствующие формированию психологи­ческой поведенческой зависимости в форме немотививанного воровства, повторяются во множестве эпизодах взросления ребенка, каждый из которых несет в себе определенные смысловые единицы со знаком «плюс» или знаком «минус», другими словами — формируется определенное отношение к самому поступку — краже. Что перевешивает: негативное отношение к этому по­ступку или моральный допуск, что «это возможно, хотя и нельзя, но очень хочется». Такая поведенческая зави­симость в виде немотивированного воровства может сформироваться уже к 12-13 годам, а родители воспри­нимают эти новые наклонности как «гром среди ясного неба», когда дети начинают у папы, мамы или у дедуш­ки с бабушкой воровать деньги.

Одни дети как будто явного негативного внешнего влияния не имеют. Они растут и воспитываются во внешне благополучных семьях. Но только — внешне. Люди удивляются — откуда взялась такая наклонность: воровать?

Другие дети испытывают на себе прессинг дурной компании, под влиянием которой также формируется такая психологическая поведенческая зависимость, как воровство.

В первой группе «воришек» внешнее благополучие семьи прикрывает эмоциональный дефицит чувств и дет­скую духовную неудовлетворенность. В жизни ребенка все больше и больше появляется «обезвоживание» — от недостатка любви, внимания, ласки, признания, приня­тия. Они переносят свой «голод по чувствам» на материальный мир и знаки своей значимости: одежду, вещи, еду (особенно сладости), игрушки и т. д. Они знают, что воровать — это нехорошо, но пытаются восполнить дефицит положительных чувств негативным эквивалентом эмоций (осознание своего проступка порождает чувство вины, обиды, страха перед наказанием, желание отомстить родителям за свой «эмоциональный голод» и привлечь внимание к себе). На улицах они не воруют, когда бывают в гостях, воровство тоже исключается. Такие дети воруют только у себя дома,

Случай из практики (В. В. Кукк, 2006). Галина с мужем в разводе. Одна воспитывает сына 12 лет. Занимается предприниматель­ством в сфере торговли, и довольно успешно. Име­ет магазин, бар, кафе и несколько киосков. Целы­ми днями на работе. На званый обед пригласила партнеров по бизнесу. Сыну было позволено си­деть за общим столом с гостями, он получил боль­шой кусок торта, который никак не мог осилить, сын то вставал из-за стола и уходил в свою ком­нату, то снова возвращался к сладостям. Когда гости собрались уходить домой, обнаружилась кража кошелька из дамской сумочки, оставлен­ной в прихожей под зеркалом. Сразу же началось детективное расследование на месте преступле­ния. Достаточно было одного взгляда матери, чтобы сын во всем сознался.

Читайте также:  Кто мы с точки зрения матрицы

К условиям формирования немотивированного во­ровства можно добавить тот факт, что часто детям не хватает внимания. В психиатрии есть такой термин: «негативный нарциссизм» (ребенок делает все, чтобы получить неминуемое наказание и через это — внима­ние к себе).

И еще. Когда идут на кражу — все равно ребенок это или взрослый, — всегда есть риск быть пойманным на месте преступления или вскоре после него. Невольно воз­никает состояние ожидания, тревоги и страха на фоне выделения большого количества адреналина.

Эта смесь эмоций и пика физиологического состояния (выброс адреналина) и составляет основу поведенческой зависимости, к тому же эта зависимость возникает на притяжении диаметрально противоположных эмоцио­нальных зарядов: боязнь быть наказанным за кражу (не­гатив) — с одной стороны, и подсознательное стремление к риску (позитив) — с другой. И эта смесь адреналина с эмоциями страха, тревоги, ожидания начинает работать как наркотик, создает своего рода «кайф», который хо­чется испытывать снова и снова.

Эти мотивы обычно не осознаются, но хорошо ощуща­ются как навязчивое влечение. Авторитарные и дирек­тивные методы усиливают тревогу и напряжение, вклю­чается парадоксальная реакция, и влечение от этого только усиливается. Поэтому любая борьба, запреты, моральные увещевания только осложняют ситуацию, а следовательно, бесполезны. Вместо этого родителям в отношениях со своим ребенком следует выстраивать здо­ровую альтернативу отношений:

предложить интересные занятия, которыми мог бы увлечься ребенок и в которых могли бы участвовать взрослые (творчество, спорт, общение с природой, фотография, видеосъемка и многое другое);

устроить семейный совет, который можно было бы проводить после ужина или после обеда в выходные дни, где в атмосфере доверительности и уважения обсуждать все события семьи, заботы и трудности, успехи и разочарования детей и взрослых, где каждый в равной степени любим и зна­чим;

взять за правило об­суждать текущие дела сына или дочери во время каж­додневной получасовой про­гулки, где можно высказы­вать свои мысли и чувства с глазу на глаз и говорить по душам;

попытаться стать другом для своего ребенка, инте­ресоваться его тревогами, сомнениями, беспокой­ством. Стараться ему помочь справиться с этими чувствами;

настроиться на совместный поиск решения какой-либо проблемы, набраться терпения в выстраива­нии партнерских отношений. Ребенок не объект воспитания, а развивающаяся личность, мнение которой нужно учитывать и в равной мере уважать;

научиться строить доверительные отношения, где всегда бы оставалось место для понимания точки зрения друг друга. В обсуждениях отдавать пред­почтение открытым диалогам, хотя это труднее сде­лать. Родители отдают предпочтения нотациям, монологам-нравоучениям, так как «движение в одну сторону» проводить всегда легче, но оно дает противоположный результат.

Когда воспитателем подростка становится улица, компания сверстников, то легче всего свою ответственность сваливать на друзей, на плохую компанию: «Меня заставили своровать. ». Даже в такой ситуации причину дует искать в себе и в семье, конечно. Не каждый же подросток идет на поводу чьего-то дурного влияния. Пер­воначально роль «жертвы», безотказность формирует в ребенке семья. Именно из этих семян потом прорастают ростки зависимости от компании, ростки воровства как формы поведенческой зависимости.

Важным является следующий момент: какие формы самоутверждения выбирает подросток?

Приведем пример двух братьев — они «погодки» (В. В. Кукк, 2006).

Старший самоутверждался через футбольный клуб, через тренировки, через достижения своей футбольной команды, через ограничения (мо­жет быть, он пропус­тил несколько «блок-бастеров», несколько дискотек, один кон­церт и другое), но он добился своего, его ко­манда добилась титу­ла чемпиона и вышла по итогам года победи­телем.

Младший для само­утверждения связался с компанией и для того, чтобы его приняли, он должен был совершит карманную кражу на виду у своих новых приятелей. Он долго готовился к такой инициации, тренировал движения, «ловкость рук», пытался изжить чувство страха. И день «экзамена» настал — всей компанией зашли в заднюю дверь автобуса «экзаменуемый» прошел через весь салон автобуса к передней двери, по пути «освободил» чью-то дамскую сумочку от кошелька и подал условный знак: «Выходим!» Экзамен сдал блестяще!

Практические советы психолога родителям этой семьи:

Пересмотреть свои жизненные приоритеты. Объяс­нить, что такое настоящая дружба, какие формы самоутверждения созидательны и какие являются саморазрушающими.

Терпеливо и последовательно беседовать с ребенком о том, что настоящих друзей в жизни не так уж и много: «А тот, кто желает тебе зла и подводит тебя под уголовное преступление, не может называться твоим другом».

Начать вместе изучать интересную книгу под назва­нием «Уголовный кодекс», а потом пусть сын (или дочь) почитают его сами, это полезно не только для общего развития.

Включиться вместе с ребенком в поиск новых друзей, новых развлечений (самореализация себя че­рез творчество, через преодоление себя в спорте). Пусть он реализуется, откроет в себе новые талан­ты, пойдет в спортивную секцию, в творческую сту­дию, кружок по интересам.

Постараться защитить своего ребенка, если со стороны компании, с которой прерваны отношения, продолжаются вымогательство, шантаж, рэкет, уг­розы избиения и т. д. В этом случае следует обра­титься в правоохранительные органы.

Еще один случай из практики психолога.

Семья была в растерянности, стали пропадать вещи. В голову не приходили версии, объясняющие это явление. Взрослые, сбитые с толку, были про­сто обескуражены. А когда из кошелька мамы про­пала купюра в 100 долларов, вся семья экстренно собралась за круглым столом. Елена 13 лет, ти­хая, спокойная, держалась долго, а потом в напря­женной тишине ее как прорвало на поток слез. Рыдала навзрыд. Взрослые долго не могли ее успокоить. А когда поток слез прекратился, над сто­лом завис вопрос: «Зачем ты это сделала?»

Поступок Елены, никак не соответствовал укладу семьи. Семья небогатая, но все необходи­мое было, тем более потребности дочери удов­летворялись полностью и даже сверх того. Еле­не всегда покупали такие игрушки, какие она хотела. В одежде тоже был свободный выбор. Этот поступок озадачил всех: что же Елена покупала на ворованные деньги? Снова водопад слез. Теперь уже нужно было больше времени, чтобы эмоциональная стихия девочки успокои­лась. Выяснилось, что Елена на все украденные деньги покупала сладости (конфеты, шоколад­ки, чупа-чупсы, жвачки) и ими одаривала чуть ли не половину класса. Как пояснила Елена: «Чтобы со мной дружили».

В случаях немотивированного воровства причины всегда запрятаны глубоко в подсознании ребенка. Стали разбираться. Елена в новом классе (уже год, как она училась в новой школе) выделялась сво­ей робостью, и вместе с этим ее ответы на уроках были точными и всегда на «отлично», а домашние задания выполнялись аккуратно и с большим ста­ранием. Этого было достаточно, чтобы однокласс­ницы невзлюбили ее. Чтобы сделать из Елены «Чу­чело», девчонки старались подобрать кличку-ярлык, да пообиднее. Свое пренебрежение показывали во всем: в ухмылках, в ужимках, в интонации голо­са, в постоянном бросании бумажек в ее сторону. Мальчика, который пытался защитить Елену и осмелился сесть за одну парту с ней, одноклассни­ки подвергли к еще более жестокому остракизму.

Елена обращалась к родителям по поводу нездо­ровых отношений в классе. Папа Елены тогда от­махнулся: «Терпи, с новенькими всегда такие про­блемы». Долго расспрашивать дочь не стал, куда-то торопился. Мама вообще не нашла време­ни, чтобы выслушать дочь до конца.

Елена по-своему стала «решать» свою пробле­му: задаривала сладостями полкласса, чтобы за­добрить ребят и добиться снисхождения. Не созна­тельно, конечно. Деньги брала украдкой, сама себя оправдывая: «Я ведь не для себя». Маленькие сум­мы, вытащенные из кошелька, мама не замечала, первый раз было страшно, второйне очень, третий.даже не задумывалась. Одноклассницы поедали сладости, на короткое время меняли на милостьно только на короткое время,и откровенно смеялись над Еленой. Травля продолжалась. Родители и Елена достойно вышли из этой ситуации, они не стали обвинять друг друга, вместо этого смогли спокойно по душам поговорить. Теперь всегда находилось время выслушать друг друга. Смогла подружиться с одноклассником, который пытался защитить Елену. И вместе с классным руководителем и другими родителями (была тема для родительского собрания) удалось обстановку в классе оздоровить. Итак, существует много причин воровства как формы психологической поведенческой зависимости, а также комбинаций этих причин. Каждый случай — особый. И с каждым из них нужно очень деликатно разбираться.

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ И ЗАДАНИЯ:

Объясните процесс формирования психологической поведенческой зависимости в форме воровства.

Перечислите причины немотивированного воровства в детском и подростком возрасте.

3. Приведите примеры немотивированного воровства как формы психологической поведенческой зависимости

ПСИХОЛОГИЯ ОБМАНА ИЛИ ВОРОВСТВО НА ДОВЕРИИ. ПОЧЕМУ ИМ ЭТО УДАЕТСЯ?

Остап Бендер знал 400 приемов отъема денег у людей. Но это было давно. Многое изменилось, усложнились условия нашей жизни, и «тонких» мест для изъятия денег у ничего не подозревающих граждан стало больше. «Выгодные» кредиты, снятие порчи, чудо-лекарства, фальшивые товары… Этот список можно еще долго продолжать, ведь в последнее время постсоветское пространство накрывает волна как старых, так и новых схем мошенничества.


Способы мошенничества различны, а цель – одна. С точки зрения человека, использующего других людей в целях обогатиться — самой действующей и выгодной схемой для этого, будет принцип – ничего не вкладывая, получить результат по максимуму. Мошенничество – не исключение. Каждый вор желает облегчить себе задачу и вынудить свою жертву попросту отдать ему заветные деньги, не прикладывая к этому дополнительных усилий. К счастью, не у всех удается.

Но бывают исключения – случаи, когда злоумышленник просто подходит к «потенциальному клиенту», и тот добровольно отдает ему деньги, не получая взамен даже фальшивой бумажки. Никаких доказательств и никаких объективных оснований для подобного поступка органы правопорядка впоследствии не находят. Кроме слов самого потерпевшего, и возможных случайных свидетелей, подтверждений случаю мошенничества нет. Называть это можно как угодно – гипнозом, сумасшествием, помутнением рассудка…однако факт остается фактом – человек лишается своих денег либо ценностей. А мошенник получает деньги легко и просто.

«Нужна помощь. Нужно найти кого-то, чтоб договориться…Найти связи…Если ребенок не поступит, то что он будет делать? Туалеты убирать? А то еще хуже…спутается с плохой компанией.. Нет, этого нельзя допустить…Нужно порасспрашивать знакомых…Не подмажешь, не поедешь…»
Обеспокоенный родитель мечется в поисках связей, ищет пути для того, чтобы пристроить свое чадо, чтобы обеспечить ему лучшую долю…Кого найти? А вот, кажется, какой-то знакомый знакомого обещает поговорить с деканом….Говорит даже, что сам родитель сможет убедиться в том, что все будет нормально…Ну, Слава Богу. Обещает убедить того в надежности такого абитуриента. А убеждение должно быть весомым. На детях не экономят.
Оговорив заранее размер убеждения, родитель с «надежным знакомым» отправляется к человеку, который может определить высшее образование для конкретно взятого абитуриента. Передает заветный конверт и ждет у дверей приемной. Убежденный в том, что деньги дойдут до адресата, родителя беспокоит лишь одно – согласятся ли даже за деньги устроить его ребенка.
А пока в коридоре нервно ожидают, надежный знакомый входит в приемную и заводит неспешную беседу с секретаршей. Разговор о делах и происшествиях в альма матер, переходящий в легкую беседу о природе и погоде занимает ровно столько времени, сколько нужно было бы «убеждать» официальное лицо. Времени, достаточного для того, чтобы родитель разнервничался до нужной кондиции, и ждал обманщика как манну небесную, возлагая на него последние надежды. И вот, дверь приемной открывается, и оттуда с счастливым выражением лица выходит наш герой.
Он говорит убежденно, что над предложением обещали подумать и окончательно согласиться. А убедить? Убедили. Что надо передали.
Совершенно окрыленному родителю ничего не остается делать как отблагодарить посредника.
Надо учесть, что всему сказанному верят. Более того, никаких доказательств подобной передачи нет, да и не должно быть. А после оглашения результатов и вывешивания вступительных списков, обманутому родителю некуда будет податься. Ну, не идти же и не рассказывать про взятку в самом деле.
Хватаясь за голову, родитель не понимает, как мог согласиться на такое предложение. Почему доверился такому проходимцу? Хотя как проходимец тот не выглядел. И говорил так, что было ясно, что все удастся. А теперь идти и требовать свои деньги обратно никак не возможно, ведь не он же все окончательно решал. Не идти же к тому, кто должен был получить деньги. Безвыходная ситуация. Ни денег, ни поступления.

Зато мошеннику греет карман двойное вознаграждение – для него и для «того парня». Не прилагая никаких усилий – не вскрывая сейф, не владея оружием, не рисуя поддельных документов – суметь добыть такую сумму. Не оставляя никаких доказательств и застраховав себя от последствий со всех сторон.

С другой стороны, казалось бы, вполне нормальный, обычно осторожный и щепетильный человек, будучи в здравом уме и доброй памяти, добровольно отдает «в никуда» свои деньги. Да, он очень хочет вложить их в свое будущее, в будущее детей. Но при такой важной задаче он должен быть тем более аккуратен. Что же заставляет его идти на такой шаг?

В милиции говорят: «Будьте бдительны!» Однако, это не мешает честному населению все в более крупных масштабах попадать на уловки аферистов. Как предупредить граждан от обмана? Органы правопорядка ищут ответ на этот вопрос столько веков, сколько существуют: со времен Древнего Вавилона и до сих пор. И не могут ответить.

А ответ есть. Нужно заранее отличить такого «порядочного знакомого» от остальных. Как? С помощью системно-векторной психологии Юрия Бурлана Это единственный способ, который позволяет увидеть то,что живет человеком, наблюдая его в реальной жизни.

Читайте также:  Ухудшение зрения школьников из за компьютера

Воровство на доверии происходит во всех сферах жизни, и от встречи с таким никто не может заречься. Так как же его отличить? Почему люди врут и как понять психологию обмана?
Согласно системно-векторной психологии Юрия Бурлана каждый человек наделен врожденными желаниями и свойствами (векторами), которые бессознательно определяют его поведение и жизненный сценарий. И эта наука описывает 8 векторов – 8 групп желаний, всевозможные закономерности их проявлений.
Судя по поведению талантливого вора на доверии, у него присутствует сразу несколько векторов: кожный, зрительный и оральный.
Какова цель подобных действий? Каждый ответит – деньги. Говоря от буквы закона, целью является: «хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием» (ч. 1 ст. 159 УК РФ).
А откуда такое стремление?

Воровство – удел архетипичных кожников людей, которые не получили должного развития своих свойств в детстве. Чаще это битые родителями дети, остановившиеся в своем развитии на уровне архетипа. Став взрослыми они выбирают соответствующий образ жизни и реализацию – становятся аферистами, ворами.

Зрительный вектор в таком человеке не может быть развит на достаточном уровне. Человек не испытывает сострадания к людям – своим жертвам, не сопереживает им. Обрабатывая жертву, он играет роль, как на сцене, и этим наполняет свой зрительный вектор. Наполнение же происходит эмоциями другого порядка – страхом, переживанием от возможного провала. Восполнив эту нехватку, человек ощущает эйфорию, удовольствие от жизни.
Зрительный вектор дает возможность прочувствовать состояние другого человека, ощутить его, предугадать настроение, найти к нему нужный подход. Благодаря зрительному вектору человек может замечать мельчайшие детали окружающего мира. Роль дневного охранника стаи позволила зрительнику не только различать все оттенки цветовой палитры, но и малейшие движения – мимику лица, жесты и прочее. Благодаря этой способности мошенник может одним взглядом выбрать свою доверчивую жертву из толпы проходящих мимо людей. И не ошибется.

Оральный вектор, обладающий вербальным умом, наделен врожденной способностью создавать общие нейронные связи у людей через говорение. Своими словами оральник может так убедить вас, что вы будете уверены, что сами так думали! Сказанное им доходит до человеческого сознания и вынуждает к действию, минуя стадию осмысления.
Зачем нужно такое свойство? В первобытной стае на орального человека накладывалась чрезвычайно важная миссия: предупреждать всю стаю об опасности. После предупреждающего крика оральника вся стая срывалась с места, не медля ни секунды. Особый крик оральника – и стая спасена! И нет времени на вопросы – несколько секунд могут стоять жизни целой группе человек.

Оральники способны формировать общие мысли и устремления в других людях, причём так, что человек считает это своей самостоятельной мыслью. Это люди умеющие убеждать и консолидировать народ на масштабные действия, это прирожденные ораторы, например Ленин, Троцкий, Фидель Кастро. Но в случае недоразвитости свойств орального вектора дар убеждения служит неправильной цели – для личного обогащения.


В целом, категории возможных жертв невелики.
●Виктимные люди, с неразвитым или нереализованным зрительным вектором, сами по себе идущие «в ловушку» преступнику.
●Жадные к легкой наживе обладатели кожного вектора, подобные по свойствам самому вору, они становятся понятными ему с одного взгляда. И механизм для их обмана становится еще более легким.
●Старики и дети — традиционные жертвы. Уже или еще не все понимающие в некоторых аспектах жизни люди, которые отличаются особой доверчивостью.
Особой доверчивостью отличаются люди с анальным и зрительным вектором.

Однако, когда когда речь идет о воре на доверии, следует отметить, что такое мощное оружие как оральный вектор позволяют сделать жертвой почти любого человека.
Проявления орального вектора в человеке таковы, что делают его обладателя весьма симпатичным и располагающим к себе. Люди с оральным вектором очень разговорчивы, веселы, про них говорят – всегда в хорошем настроении. Вор на доверии просто не вызывает недоверия. Ни одна черта лица не выдает его вранья. «Такие честные глаза». Несмотря на наличие зрительного вектора, в глазах его не выражается ни одна эмоция.

Еще одним примером такого воровства является одна из самых громких афер ХХ-го века – дважды «проданная» на металлолом Эйфелева башня. Мошенник Виктор Люстиг оказался в 1925 году в Париже, где прочитал в газете об обветшании знаменитой башни и о том, что она требует ремонта.
Затем Виктор разослал от своего имени «официальные» письма шести крупнейшим представителям компаний по вторичной переработке металла. Встреча с предпринимателями состоялась в дорогом отеле, где Люстиг «по секрету» сообщил бизнесменам, что расходы на башню неоправданно высоки, поэтому правительство и организует закрытый аукцион по продаже Эйфелевой башни на металлолом. Для того, чтобы преждевременно не создавать недовольство общественности, Люстиг попросил держать эту новость в тайне. Право на утилизацию башни выкупил Андре Пуассон за 50 тысяч долларов, сам же Виктор с чемоданом полученных наличных денег бежал в Вену. Предприниматель так боялся выглядеть дураком, что скрыл факт мошенничества над ним, хотя бригада монтажников честно явилась в указанный день для сноса башни.
Однако, позже Люстиг возвращается в Париж и снова проделывает тот же трюк, на этот раз Эйфелева башня продана за 75 тысяч долларов. Но новый покупатель отправился в полицию, и афера была раскрыта.

Таким образом, вор на доверии – это человек с орально-кожно-зрительной связкой векторов. Опасность от Вашей встречи с ним заключается в намерении нажиться за Ваш счет из-за архетипичного состояния его кожного вектора, и идеального инструмента для этого – свойства орального вектора – легко войти в ваше личное пространство.

Слушая такого афериста –вора, человек не успевает задуматься – а зачем ко мне подошли? Он не ищет никаких доказательств сказанному. Чем мне грозит действие, к которому меня призывают? И прочих адекватных вопросов критического ума у него не возникает.

Конечно, возможны исключения. Можно сразу выявить такого человека среди остальных. Определить и быть готовым к возможной ситуации. Оставить свое, нажитое непосильным трудом, добро при себе. Если, конечно, суметь отличить высококлассного вора на доверии от любого другого человека в толпе, понять не только психологию обмана, но и корни собственной доверчивости.

Статья написана по материалам тренинга по системно-векторной психологии Юрия Бурлана

Психология Воровства

Речь пойдет не о том воровстве, которое мы осознаем и за которое можно сесть в тюрьму. Речь пойдет о том воровстве, которое мы осуществляем повседневно и даже не замечаем, что воруем. Самое интересно, что последствия такого воровства не менее тяжкие, а иногда может и более тяжкие, чем последствия воровства явного.

Воровство как явление современной жизни можно представить в виде айсберга. Видимая часть — это явное воровство. Им занимаются следственные органы. Там имеется своя классификация. Различают воров, грабителей. Говорят еще об экономических преступлениях, хотя в принципе это воровство. Воровство я бы определил как присвоение себе того, что тебе не принадлежит.

Это могут быть, как материальные ценности, так и идеи. За это можно сесть за решетку, или как минимум получить моральное осуждение. Самый же страшный вид воровства — это воровство времени как чужого, так и своего.

Классификация воровства:

I. По критериям морали и юриспруденции.

Уголовно-наказуемое и морально осуждаемое.

Уголовно-наказуемое, но морально не осуждаемое.

Уголовно ненаказуемое, но морально осуждаемое.

Уголовно ненаказуемое и морально не осуждаемые.

II. По критерию опознавания.

III. По объекту воровства.

Воровство имущества и денежных средств.

IV. По субъекту воровства.

Воровство у личностей и семей.

Воровство у предприятий.

Воровство у государства.

Воровство у себя.

Дорогой мой читатель, вам понятно, что сейчас я дам очень краткую характеристику осознаваемым и уголовно наказуемым формам воровства. Но в основном, буду вести речь о неосознаваемых и об уголовно-ненаказуемых формах. Самое страшное в них, что человек привыкает воровать и часто не осознает, что он это делает. Он не делает это открыто, он даже не осознает, что ворует, но он привыкает воровать.

Рано или поздно он начнет воровать осознанно. Мы же боремся с надводной частью айсберга. Это совершенно бесполезная трата времени, сил и средств, если мы одновременно не предпримем усилий по ликвидации подводной части айсберга. Ведь после того, как мы срежем надводную часть айсберга, та что была подводной, станет надводной, а подводная может только укрепить свою мощь. Борьба только с явной преступностью, если не идет работа со скрытой, способна лишь увеличить ее. Так происходит при попытке избавиться от дерева, когда вырезают ее ветви, не выкорчевывая корня. Дерево становится только гуще.

Итак, приступим к систематическому изложению материала. Оно основано на проведении нами социологических анонимных опросах, а также опросах, проводимых другими социологами…

I. По критериям морали и юриспруденции

1. Уголовно-наказуемое и морально осуждаемое воровство.

Не буду на нем останавливаться подробно. Практически всеми морально осуждается воровство у отдельных личностей. К этой категории относятся карманники, квартирные воры, грабители и бандиты. Меньшее количество людей осуждается воровство в коммерческих предприятиях. Еще меньшее количество людей осуждает воровство у государства.

2. Уголовно-наказуемое, но морально не осуждаемое воровство.

Это, прежде всего, воровство у государства. Оно даже воровством многими не осознается, а рассматривается как возврат ранее у него отнятого. Здесь поворовывают многие. Кто как может. Формы разные: от экономических преступлений до попытки уклониться от уплаты налогов или взятие в личное пользования материальных средств со своего производства. В годы застоя никто не осуждал врача или медсестру, если он в свое личное пользование брал с поста несколько таблеток от головной боли или с десяток ампул глюкозы, или еще какого-нибудь средства.

Эти два вида воровства еще можно подразделить на два варианта: раскрытое и нераскрытое.

Исход раскрытого воровства — наказание. Если воровство незначительное, а наказание легкое, то не исключено, что вор одумается и больше воровать не будет. Если наказание чрезмерное, и вор попадает в тюрьму, то там пройдет школу и может стать профессиональным вором.

Исход нераскрытого воровства зависит от личности вора. Те, кто ориентирован еще на легальную жизнь в социуме, могут длительное время находиться в таком страхе, что накажут себя сильнее, чем судья, и больше воровать не будут. Но чаще нераскрытая кража скорее стимулирует человека к совершению следующего воровства, которое уже будет делать все с большим размахом и меньшими предосторожностями.

Но даже успешные воры всех мастей, которые осознают, что их действия подпадают под статью уголовного кодекса, все же находятся в состоянии выраженного эмоционального напряжения, о чем свидетельствует их образ жизни — наркотики, алкоголь, чрезмерное внимание к сексу, которые не сколько служат объектом удовольствия, сколько являются транквилизаторами, которые снимают тревогу, если используются в малых дозах и выключают сознание, если используются в больших количествах.

Следует отметить, что при таком образе жизни завершенного полноценного секса постепенно становится меньше, а наркотиков и алкоголя — все больше. Так продолжается до тех пор, пока алкоголь или наркотики не приведут к деградации личности, физическому маразму и слабоумию. Все это приводит к тому, что вор перестает совершать преступление. У меня временами возникает мысль, что если бы мы прекратили борьбу с употреблением наркотиков, а наркоманов бы поселяли отдельно от нас, как индейцев в резервации, из которых они могли бы выходить для завершения сделок или работы, то уровень наркомании резко бы упал. В самих резервациях они могли организовывать свои, производства, выращивать мак и пр. Я понимаю, что общество на это не пойдет никогда. Поэтому добиваться этого не буду. Но в одном я четко убежден, что современные методы борьбы с этой заразой эффекта не дадут.

3. Уголовно-ненаказуемое, но морально осуждаемое.

В нашей стране это воровство в особо крупных размерах. Я не знаю зарплат наших чиновников, но то, что они имеют, вряд ли можно купить на эти зарплаты. Формально я зарабатываю не меньше многих моих знакомых, но позволить себе то, что они позволяют, я и близко никогда не смогу. Если иногда и кое-кого кого судят, что это скорее исключение из правил или способ расправиться с конкурентом при переделе имущества. Чаще производится отстрел. Но все расстрелы богатеньких не вызывают гнева народного, который может возникнуть, когда убьют или изнасилуют маленькую девочку.

Но все же чаще всего это мелкое бытовое воровство. Сосед по даче может не отдать инструмент, который он одолжил всего на несколько часов. Сослуживец нередко может не отдать небольшую сумму денег. Нередко эти формы воровства не осознаются самими ворами, но не теми, кто стал жертвой преступления. Люди в ролях «вор — жертва» часто меняются местами. Но когда я украл, то я могу это не осознавать, но вряд ли я забуду, что у меня украли.

Не хотите иметь врагов — отдавайте мелкие долги и не обижайтесь, если вам об этом напомнили, а благодарите человека. Лучше эти мелкие долги записывать. Давно уже замечено, что потерянные деньги или имущество за короткое время вырастают в сознании потерпевшего в десятки, а иногда в сотни раз.

Не случалось ли вам, мой дорогой читатель, что, когда вам не хватало той суммы, которой вам не вернули? Вспомните о чем вы тогда думали? «Вот если бы мне вернули этот долг, я бы смог приобрести эту вещь». А сама вещь стоит во много раз дороже суммы долга. Сразу возникает чувство, что вам не вернули эту огромную сумму, следом за этим завязывается ярость на того, кто лишил тебя возможности приобрести столь ценную вещь. Причем думаете вы так не один раз, раз 10, 15, а то и 20, и вообще, каждый раз, когда вам не хватает именно этой суммы или даже больше.

Читайте также:  Что такое бинокулярное зрение в биологии определение

Следует иметь в виду, что, если вы не возвращаете мелкие долги, то вам рано или поздно, перестанут одалживать. Тем же, кто одалживает, лучше думать, что ему этот долг никогда не вернут или что они просто сделали подарок человеку, которому одолжили деньги. Тогда вам легко будет знать, на какую сумму вам следует покупать подарки. Но, все же некоторые возвращают свои долги. Тогда у вас будет возможность лишний раз порадоваться. Только не одалживайте помногу.

Кстати, тот, кто вам не отдал долг, он больше к вам не придет одалживать. За небольшую сумму вы избавитесь от нечестного человека. Послушайте рассказ одного из моих подопечных, педагога по профессии, который подрабатывал книготорговлей: «Я обычно легко отдаю книги своим слушателям и разрешаю им деньги за книгу принести позже. Также могу одолжить и небольшую сумму денег. За много лет человека два, или три деньги не вернули. Но они ведь ко мне больше и не приходили! За небольшую для меня сумму я избавился от нескольких мошенников».

Воровство у «своих» осуждается повсеместно, даже в преступной среде. Тогда говорят, что он живет не по «понятиям». Такой вор там наказывается гораздо строже, чем, если бы его за подобное деяние наказали бы профессиональные судьи. Говорят, что проблема аморальности стала актуальной и в уголовной среде. Там стали чаще красть у своих.

4. Уголовно ненаказуемое и морально не осуждаемое.

Пример такой формы воровства я уже приводил. Это невозвращение книг, которые вы читаете, вашими интеллигентными друзьями. Дорогой мой читатель, я хотел бы, чтобы вы четко усвоили, что хорошую нужную книгу вам ваши друзья постараются не вернуть. Дружба всегда предполагает сходство интересов. Поэтому если книга вам нужна, она нужна также и твоему другу.

Кроме того, нужную книгу вы читаете довольно часто, делаете какие-то пометки по которым можете воссоздать мысли, которые у вас возникают при чтении этой книги. Когда вы даете читать эту книгу кому-нибудь, то информации по крайней мере для вас уже втрое больше, чем в новой книге. Поэтому утрата такой книги никогда не может быть восполнена, ибо это ваши уникальные мысли. Кроме того по вашим отметкам на полях и подчеркиванием умный человек (а вы же не водитесь с глупыми людьми) может понять всю вашу суть, всю вашу душу.

А готовы ли вы полностью раскрыться перед этим человеком. Отсюда вывод: никогда не отдавайте никому читать ту книгу, которую вы читаете много раз, книгу, которая является путеводителем в вашей жизни. Если же вы все-таки не можете отказать своим друзьям, то купите два экземпляра этой книги. Второй экземпляр и будет вам для того, чтобы одалживать почитать. Даже если не вернут, потеря будет невелика.

Но хочется прямо вам сказать, что эти критерии (юридические и моральные) носят исторический и условный характер. Законы как паутина — держат только слабых, как говорил великий древнегреческий мудрец Солон. Со временем законы меняются. То, что раньше у нас называлось спекуляцией, то есть воровством, теперь называется предпринимательством. То, что раньше называлось обманом, теперь называется многоуровневым маркетингом и т. п.

Кроме того, здесь я не специалист. Это просто мои соображения и практические рекомендации. Мне они помогли.

II. А сейчас разберем критерий осознаваемости

1. Осознаваемое воровство.

Нас оно интересует в меньшей степени. Им занимаются воры профессионалы. В зависимости от масштабов преступления оно тщательно планируется. Здесь все происходит как в сексе. Есть идеаторная стадия, когда возникает мысль, что все-таки стоит украсть. Затем наступает время производственной стадии, когда планируются детали операции. Затем идет тренировка (пресексуальная стадия), затем идет собственно процесс воровства (аналог сексуальной стадии). Затем идет постсексуальная стадия, которая здесь называется дележом добычи. Так вот и в воровстве, как и в сексе, самое главное — это постсексуальная стадия. На дележе добычи воры как раз часто не могут договориться, если живут не по «понятиям».

Профессиональное воровство нас интересует в меньшей степени. Но хочется отметить, что вора-профессионала найти сейчас не так просто, как и вообще профессионала в любой степени. Сейчас и среди людей, которые сделали воровство своей профессией, профессионалов не так много, как и в других профессиях. Но профессионала очень трудно найти в любой среде, даже там где они не прячутся, а наоборот рекламируют себя.

В книге «Бинтование душевных ран…» я дал критерии профессионала среди врачей-психотерапевтов и психологов. Один из них и может быть самый важный. Они себя практически не рекламируют. Тем более не рекламирует себя профессиональный вор. Один из его признаков — он практически не оставляет следов. Он старается украсть с минимальными усилиями.

После его работы внешняя обстановка практически не меняется, актов вандализма нет, убивать ему не приходится, так как при хорошо спланированном воровстве субъект воровства или отсутствует или чем-то так увлечен, что самого вора обычно не видит. Более того, он заинтересован, чтобы его жертва осталась живой и работоспособной, чтобы потом можно было еще что-нибудь у нее отнять. Они не будут запугивать своего клиента, а наоборот, помогут выкрутиться из трудной ситуации, помогут ему заработать, а потом уже может быть изымут и даже еще больше.

Хочу привести случай из практики. Один из моих подопечных организовал неплохой маслобойный завод. Получил кредит на расширение производства. Но допустил одну стратегическую ошибку. Занял своим родственникам большую часть этих денег. Когда пришло время расчета, родственники естественно, эти деньги не вернули. На него, как говорят сейчас, «наехали», угрожали убить, если он не рассчитается во время с долгами. Может быть он бы и выкрутился как-нибудь, но вид у него был весьма депрессивный. ОН еще удивлялся, почему ему никто не одалживает деньги.

Я его подвел к зеркалу и велел ему посмотреть на себя и спросил: «неужели человеку с таким видом кто-нибудь выделит кредит. Поработали мы с ним немного. Поговорил он совсем в другом тоне со своими кредиторами. Они уверовали в его предприимчивость. Настроение его улучшилось. В конце концов, он рассчитался с долгами. Но если бы на него не «наезжали», со своими долгами он рассчитался бы быстрее. Может быть, эту книгу прочтут рэкетиры и перестанут действовать только угрозами. Может быть, помогут в принципе инициативному человеку и получат еще больше, чем предполагали. Но к сожалению, и среди рэкетиров профессионалов мало. Они не столько добиваются своего, сколько вымещают свои невротические обиды на зависимых от них людей.

К сожалению, и в осознаваемом воровстве есть много невротичного. Желание кому-то что-то доказать, эмоционально разрядиться, продемонстрировать себя, отомстить кому-то и пр. Здесь также имеется много моментов связанных с психологической защитой. Чаще всего здесь встречается рационализация. «Меня государство (предприятие, некая персона) обкрадывает постоянно. Я не ворую, я просто возвращаю себе то, что было у меня украдено». КПД такого воровства часто не более 20 %, чуть больше, чем у паровоза, даже если оно удачное. Профессиональный вор затрачивает на это гораздо меньше усилий и оставляет меньше следов, да и попадается гораздо реже.

2. Неосознаваемое воровство.

Классический пример неосознаваемого воровства описан в рассказе А.П.Чехова «Злоумышленник». Герой рассказа, неграмотный крестьянин свинчивал гайки, которыми крепили рельсы к шпалам. Эти гайки он использовал в качестве грузила для удочки. Он так и не понял, за что его осудили. Ведь он не все гайки скручивал, а только одну из четырех. Кстати, этим успешно занимались и другие односельчане.

Примеров неосознаваемого воровства можно приводить неограниченное количество. Никто не считает воровством, если проедет остановку в автобусе и не оплатит, да даже если весь маршрут проедет бесплатно, его это тоже не огорчит и он сам себя оправдает. Воруют по мелочам у себя на предприятиях. На стройке — это строй материалы, которые можно унести, на предприятиях продукты питания. Не будет считать воровством директор ресторана, если он пообедает в своем ресторане и не заплатит.

Примеров неосознаваемого воровства можно привести достаточно много. Чаще всего воруют друзья друг у друга, не осознавая, что они воруют. Проявляется это чаще в форме «бартера». Услуга на услугу. Мне многие врачи жаловались на это. Подвезет сосед-водитель бесплатно груз один раз в год, а пользуется его услугами в течение нескольких лет. Наоборот тоже бывает. Услугу врач оказал один раз, а эксплуатирует много раз.

Один мой знакомый психотерапевт рассказал мне забавную историю. Один из его подопечных, довольно состоятельный человек. На джипе ездит. Походил несколько раз на группы, а после группы подвозил доктора домой. В процессе езды они беседовали. Он старался затянуть эту беседу на более длительное время. Затем он и перестал ходить вообще на группы, а приезжал к концу группы для того, чтобы подвести доктора домой. Нетрудно подсчитать сколько он у него крал.Он фактически добивался индивидуальной консультации, которая стоила столько сколько оплачивала вся группа, а в виде бартера расплачивался услугой таксиста, которая стоила раз в 20 меньше. Конечно, ни доктор, ни пациент этого не осознавали. Затем доктор понял, что его обворовывают. Я посоветовал ему, чтобы он сам прекратил воровать — отказаться от его услуг и вызвать такси. Сразу все стало на свои места.

Материальные ценности неосознанно воруют все-таки реже, чем интеллектуальные ценности. На такое обворовывание жалуются многие люди интеллектуального труда разных профессий. Чаще всего стараются обворовать в этом плане юристов, врачей, экономистов, психологов, переводчиков, плановиков, чертежников, конструкторов. Воруют так на работе, в транспорте, но чаще в местах отдыха. Поэтому многие на отдыхе, в командировке и в поездке стараются не говорить о своей профессии, особенно те, кто достиг достаточно больших вершин в своем деле. Они просто скрывают свою профессию.

Но чаще всего неосознанно люди воруют друг у друга самое ценное — время. При этом считают, что еще оказывают человеку какую-то милость. Чаще всего — это разговор по душам со своими приятелями и друзьями, которые могут затягиваться часами.

III. По объекту воровства

1. Воровство имущества и денежных средств.

Чаще бывает осознанным, уголовно наказуемым и морально осуждаемым.

2. Воровство идей.

Часто бывает неосознаваемым, редко уголовно наказуемым. Морально осуждаемое. Не осознаваемо из-за отсутствия общего образования или по неосознаваемым психологическим механизмам. Привести примеры — кто первый сказал мяу. Схемы, принципы. Привести пример Козлова. Вытеснение. Обязательно ссылаться на автора и вести записи. Будьте творческими личностями и все время продуцируйте новые. Кража конспекта лекций, печатание моих лекций и пр. Сейчас все публикую, а потом об этом говорю.

3. Воровство времени.

Самый частый и опасный вид воровства. У нас навалом хронофагов. Хронофагией занимаются застенчивые люди. Здесь на лекции вопрос стесняются задать, а потом пишут письма и требуют внимания. Морально не осуждаемое и уголовно ненаказуемое. Если и осуждают, то скорее того, кто не дает себя обкрадывать.

Врачей часто осуждают за то, что не хотят принять лишнего больного. Осуждают, когда он хочет брать за это деньги. Осуждают приглашаемого в гости, если он отказывается придти. Осуждается подружка, которая не хочет выслушать ваши жалобы. Ведь помочь она не может. Никто не оплачивает потерянное время, если не пришел на назначенную встречу. Человек может не придти на визит к врачу, парикмахеру, портному, хотя он уже был записан на прием. Ведь он фактически украл у него время.

IV. По субъекту воровства

1. Воровство у личностей и семей.

Обычно морально осуждаемое, уголовно наказуемо и осознаваемо Воровство у предприятий Уголовно наказуемо, иногда морально осуждаемо, иногда поощряемо.

2. Воровство у государства.

Уголовно наказуемо, но морально не осуждаемое, часто неосознаваемое.

3. Воровство у себя.

Уголовно ненаказуемое, часто неосознаваемое, морально приветствуемое (не считается с личным временем — писалось в характеристиках советского времени как достоинство работника, хотя это большой недостаток). Вообще-то, в конечном итоге, каждый вид воровства — это воровство у самого себя. Ушел от налогов — государство беднеет и не может тебя же защитить. Не заплатил в автобусе — их станет меньше на линии, будет давка, протрешь быстрее одежду, опоздаешь на работу. Обманул партнера — можешь его лишиться, да еще и приобрести репутацию.

Опаснее всего воровство безнаказанное — человек теряет контроль, расслабляется и попадается. Тяжелее судьба того, кто ворует, чем того, у кого воруют. Обворованный приобретает опыт.

Мы воруем — приходится держать большой штат милиции, который мы же и оплачиваем.

Ворую еще и честь — клевета, не сдержал обещания. Здесь еще и воровство времени.

Примеры воровства: Чиновник задержал автобус. Лектор укравший время на пререкания.

Любое воровство — это, в конечном счете, воровство у самих себя.

Источники:
  • http://studfiles.net/preview/4654214/page:24/
  • http://xn----7sbfghublmqkebkluk6dzkk.xn--p1ai/olga-mezenceva-livejournal-com/psixologiya-obmana-ili-vorovstvo-na-doverii-pochemu-im-eto-udaetsya/
  • http://litvak.me/statyi/article_post/psihologiya-vorovstva