Меню Рубрики

Трактат любви точки зрения жуткого зануды

ТРАКТАТ О ЛЮБВИ,

как её понимает жуткий зануда

Предлагаемая вашему вниманию книга представляет собой дальнейшее развитие широко известного «Трактата о любви, как её понимает жуткий зануда». Доработки и дополнения в существенной степени учитывают общение с читателями предыдущих редакций указанного Трактата, и частично включают другие статьи, написанные автором за время после выхода в свет второй и третьей редакций его. Книга существенно расширена главным образом за счёт вопросов, выходящих за рамки полоспецифической тематики; эти вопросы в основном вынесены во вторую часть, названную «Зазнавшееся млекопитающее». Доработки четвёртой редакции касаются главным образом вопросов, связанных с понятием «альтруизм».

Тем не менее тема инстинктивных основ брачного поведения людей, как биологического вида осталась стержневой в изложении. Первая часть начинается со сжато рассмотренных биологических предпосылок; затем освещаются инстинктивные критерии выбора брачного партнёра у людей; даются практические советы. Во второй части книги — «Зазнавшемся млекопитающем» дан широкий обзор инстинктивных мотиваций поведения людей; уделено серьёзное внимание основополагающим понятиям и идеям этологии. Сокращенный вариант первой редакции «Трактата о любви…» впервые был опубликован в журнале «Химия и жизнь — XXI век» N7 за 1997 г. в статье «О поручике Ржевском и корнете Оболенском — без всяческих прикрас». Полный вариант второй редакции «Трактата» был издан в 2002 году издательством КСП+ под оригинальным названием.

ТРАКТАТ О ЛЮБВИ,

как её понимает жуткий зануда

Истинное знание — знание причин

Считаю своим долгом выразить глубокую признательность всем читателям, высказавшим свои замечания к предыдущим редакциям «Трактата», а также другим статьям — эти мнения, высказывания и вопросы не в последнюю очередь вызывали к жизни появление очередных редакций текста.

Совершенно особую признательность хочу выразить Ирине Пацевой, без моральной поддержки которой этот текст мог бы и не увидеть свет. Важную роль в появлении первой редакции материала сыграл также Владимир Кривошеев — первый и вдумчивый критик моего сочинения, за что ему моя персональная признательность.

Выражаю признательность также Леониду Иванову, оказавшему мне существенное и любезное содействие в подготовке второй редакции.

Не могу не упомянуть добрым словом переводчиков: Михаила Линецкого(английский), Ирину Итальянскую (испанский), Александра Отенко и Марию Келейникову (английский, доп статьи); Мирослава Писешки (болгарский). При подготовке текста третьей редакции очень важным было содействие Михаила Потапова, Льва Сигала, Игоря Галочкина, Алексея Вязовского, а также Светланы Разумной, Анны Фазеевой и Елены Ждановой, за что им также мои искренние признательности.

Введение. Этология как наука о любви.

Эта книга — о любви. Казалось бы, «о любви немало песен сложено», и добавить что-либо вроде уже нечего — однако не спешите, мой уважаемый читатель. И даже то, что мы рассмотрим здесь любовь через призму биологической сущности человека, многим покажется не оригинальным, однако опять же, не спешите. Биология — очень многогранная дисциплина, и взгляд на любовь сквозь эту призму порождает чрезвычайно широкий спектр оттенков. Можно рассмотреть биохимию любви — через влияние различных гормонов, ферментов и нейромедиаторов на возникновение у человека этого специфического состояния (вскользь замечу, важную роль в этом процессе играет древнейший гормон пролактин, обнаруженный уже у амёб!); можно — нейрофизилогию, изучающий процессы в нейронах мозга; и сугубую физиологию, рассмотрев в том числе и технику совокупления. Не ищите здесь таких подробностей — мы будем лишь прикасаться к ним при необходимости. Однако мы отнюдь не ограничимся строго любовной тематикой, и сделаем весьма далёкий экскурс в прочие аспекты как этологии, так и биологии вообще; без этого нельзя. Однажды известный астроном Артур Эддингтон заметил по сходному поводу: «Изучая внутреннее строение звёзд, мы вдруг обнаружили, что изучаем внутреннее строение атомного ядра». Это действительно так — без знания устройства атомного ядра внутреннее строение звёзд не понять. В изучении любви ситуация аналогична — не заглянув в клеточное ядро, мы вряд ли сможем понять сущность этого загадочного чувства.

Фокус нашего внимания будет сосредоточен на любви, как явлении выбора одним человеком другого, и возможных последствия такого выбора — как для самого этого человека, так и для всего человечества. Можно поэтому назвать наш подход эволюционным, однако не без внимания к конкретной личности.

С названных позиций этого рода явления изучают такие науки, как этология, социобиология, эволюционная психология, и некоторые другие; мне, как этологу любезнее всего этологический подход, который и будет использован ниже. Этология, как и психология — наука о поведении. Однако в отличие от традиционной психологии этология акцентируется на биологически-обусловленном поведении, и это как правило врождённое поведение, прямо или косвенно заданное генетически. И именно на врождённых предпосылках тех или иных поступков, связанных с отношениями полов мы и сосредоточимся здесь. Рассудочной мотивации мы будем касаться лишь вскользь — но не потому, что она не имеет никакого значения в полоспецифическом[1] поведении, но потому, что это не есть цель нашей книги. Рассудочные и тому подобные мотивы достаточно пристально рассмотрели другие авторы, так что не будем отнимать у них их хлеб.

Часто врождённое поведение называют инстинктивным, однако инстинкты — это не всё, что интересует этологию. Важно также заметить, что бытовое представление об инстинктах, и современная этологическая интерпретация этого понятия сильно различаются, и это различие мы тоже будем рассматривать. В силу многих причин, как объективных, так и субъективных, гуманитарная и естественнонаучная концепции весьма плохо «смешиваются», образуя два различных, и иногда даже враждующих научных царства; но к полемике с гуманитарной точкой зрения мы вернёмся много позже, в этологическом продолжении.

Изучать этологию человека непросто. Помимо объективных трудностей, вытекающих из мощного влияния рассудка, маскирующего и модифицирующего многие инстинктивные проявления, исследователи регулярно сталкиваются с общественным неприятием самого этологического метода применительно к человеку. С неизбывным постоянством произносится тезис о том, что нельзя переносить на человека закономерности, изученные на животных, это, дескать некорректно и является лишь внешним подобием. Для обозначения такого внешнего подобия предложен даже специальный термин — антропоморфизм, (буквально — «по форме человека», неоправданное наделение животных человечьими качествами), или нечто совсем уж ругательное — «биологизаторство» (употребляется, когда говорящий не согласен с утверждениями о каком-то подобии человека животным). Однако доказательства такой некорректности при близком рассмотрении оказываются лишь своего рода «презумпцией исключительности человека», то есть принятым у гуманитариев соглашением, что любые сомнения (а почва для сомнений неизбежно присутствует в истолковании любого научного опыта или наблюдения) трактуются в пользу утверждения о том, что человек настолько уникален, что с животными ничего общего, кроме низшей физиологии, не имеет. Так или иначе, но многим людям кажется неприемлемым и даже оскорбительным сам факт сопоставления поведения человека с животными. И этому тоже есть этологическое объяснение! Заключается оно в действии инстинкта этологической изоляции видов, подробное рассмотрение которого выходит за рамки нашей книги (желающие могут обратиться к книге В. Дольника «Непослушное дитя биосферы»). Сущность этого инстинкта можно выразить в виде девиза «возлюби своего — вознелюби чужого»; «чужими» в нашем случае являются обезьяны, неприязненное отношение к которым распространяется и на тезис о родстве нашего поведения с их поведением. Казалось бы, теория Дарвина, несмотря на непрекращающиеся (в силу той же неприязни) и по сей день попытки её опровергнуть, прочно и и бесповоротно принята научным сообществом, и с происхождением человека от обезьян большинство образованных людей вполне согласно. Однако мысль о том, что то или иное чувство является голосом обезьяньего инстинкта, по прежнему вызывает у многих людей резкие протесты, по большей части не находящие рационального объяснения. А между тем, корень этой неприязни — как раз в подсознательном неприятии нашего родства с обезьянами. Помните об этом, мои уважаемые читатели.

Полоспецифическое поведение — поведение, тесно связанное с полом субъекта, и имеющее своей явной или неявной целью репродуктивные отношения. Это поведение вовсе не обязательно включает в себя непосредственно половые контакты, это могут быть и невинные ухаживания. Важно, чтобы пол партнёра при этом имел непосредственное значение.

Скачать книгу (полная версия)

О книге «Трактат о любви, как ее понимает жуткий зануда»

Учебник для молодых людей, озадаченных и измученных странностями любви. Рассмотрены инстинктивные основы брачного поведения людей, как биологического вида. Вначале сжато рассматриваются биологические предпосылки; затем освещаются инстинктивные критерии выбора брачного партнера у людей; даются практические советы. Завершает изложение этологический обзор инстинктивных мотиваций поведения людей. Сокращенный вариант первой редакции данного материала был опубликован в журнале `Химия и жизньXXI век` № 7 за 1997 г. в статье `О поручике Ржевском и корнете Оболенском — без всяческих прикрас`.

На нашем сайте вы можете скачать книгу «Трактат о любви, как ее понимает жуткий зануда» Протопопов Анатолий бесплатно и без регистрации в формате epub, fb2, читать книгу онлайн или купить книгу в интернет-магазине.

Мнение читателей

Так сказать «затравка», рассчитанная, что читатель перейдет на серьёзную литературу по этологии

Увы, но лучшим определением для содержания этой книги будет англоязычный термин «bullshit»

Сложная книга,очень тяжело далась мне, наверно потому что не привыкла читать такое, такие слова, но очень правильная книга,все по полочкам

И не надо тут «ля-ля» про Любовь) Читать и перечитывать

Последний раскрывает духовную роль любви, как единственный правильный и рациональный способ связи с другим человеком и с миром вообще

) Поэтому, я не могла пройти книги с таким интригующим названием, к тому же русского этолога) И так, любовь жуткий зануда понимает крайне занимательно

На богатом фактическом материале автор показывает хитросплетения любовной игры в человеческом обществе, вскрывая потаенные пружины, приводящие все в движение.

Местами приходилось отлистывать назад, чтобы понять, удостовериться и читать дальше

Не рекомендуется читать слишком романтически настроенным личностям, ибо неизбежно постигнет сильное разочарование либо в книге либо в понимании любви и людях

Автор объясняет парадоксы и закономерности поведения людей в русле Дарвинской концепции эволюции (с точки зрения этологии)

Трактат любви точки зрения жуткого зануды

О нашем первобытном «Я», или в общих чертах про человеческие инстинкты.

Во мне два «Я» — два полюса планеты
Два разных человека, два врага
Когда один стремится на балеты
Другой стремится прямо на бега …

Человек, как известно, относится к отряду приматов, виду HOMO SAPIENS. И хотя на бытовом уровне этот факт, бывает, оспаривается (о чём мы говорили во введении), всё же это факт — с обезьянами мы родственники. Означенное родство с другими приматами определяется большим или меньшим сходством генетического материала, внешне выражающимся в сходстве строения тела. Например, гены человека и шимпанзе совпадают более чем на 99%; интересно, что геном мыши сходен с человеческим на 85% и даже у дождевого червя имеется порядка 70% тех же генов, что и у человека. В этом мало удивительного — ведь это означает, что тела тех и других построены на основе примерно тех же белков (к примеру, все перечисленные организмы вырабатывают белок гемоглобин). Другое дело — как построены и организованы функционально.

Однако видообразующими признаками являются не только особенности строения органов, но и поведение, повадки (приёмы охоты, защиты, брачные ритуалы, и многое другое). И раз уж все видообразующие признаки жёстко передаются по наследству (на то они и видообразующие!), то присущее виду поведение тоже передаётся по наследству. К примеру, львы и гепарды демонстрируют существенно разное охотничье поведение, хотя оба относятся к семейству кошачьих, и даже живут в примерно одинаковых природных условиях. Причём говорить о «передающейся из поколения в поколение культурной традиции» в этом случае нет оснований. Даже у подвидов одного вида поведение может отличаться. К примеру доказана передача по наследству способность делать стойку для собак именно охотничьих пород. Ещё пример инстинктивно-обусловленного рефлекса, но уже ближе к нам, людям: опускание глаз, как признание своего подчинения другой особи, характерен для приматов, включая человека. Псовые (собаки, к примеру) в этой же ситуации поджимают хвост. Такой интересный для нашей темы инстинктивный акт, как поцелуй — часть врождённого брачного ритуала приматов, произошедший от ритуала кормления.

Такое унаследованное поведение принято называть инстинктивным, а отдельные его компоненты — инстинктами. В отношении инстинктивных поведенческих программ используется также термин «врождённая модель поведения».

Как уже говорилось выше, вопрос о наследовании поведения применительно к человеку неизменно вызывает бурные протесты и жаркое желание спорить у значительной части общества, преимущественно — у лиц с гуманитарным складом характера, однако в этой книге мы исходим, что унаследованным поведением человека пренебречь нельзя, и наоборот — именно оно даёт ключ к пониманию многих парадоксов поведения. Тех же читателей, кому трудно с этим согласиться, я отсылаю к этологическому продолжению, где мы рассмотрим этот вопрос подробнее.

Инстинкты управляют нами через эмоции, не утруждаясь разъяснениями. Инстинкт, побуждающий женщину украшать себя, в частности косметикой, никак не сообщает ей зачем это нужно делать — ей хочется, и всё. Логический смысл в этом однозначен — привлечь внимание мужчин, однако большинство женщин будут это категорически и искренне отрицать, говоря что красятся они «для себя». Просто хочется, и всё… Но ведь гетеросексуальные мужчины «для себя» не красятся! Такой поведенческой программы в их инстинктах нет. Кстати, очень многие современные мужчины негативно относятся к косметике на женщинах, но инстинкт про это не хочет знать. Ещё стоит обратить внимание, что чем ниже уровень культуры женщины, тем ярче и грубее «штукатурка» — инстинктивные мотивы в этом случае не сдерживаются и не корректируются рассудком. Однако имея свободный и прямой доступ к мотивационным центрам мозга, инстинкты способны вызвать ОЩУЩЕНИЕ своей правоты в чём угодно. Воистину верно сказано «То, чего хочется, всегда кажется необходимым» ((С)_Мария Эбнер-Эшенбах). Это воздействие можно даже уподобить наркотическому. Наркотические иллюзии также нередко воспринимаются, как какая-то высшая мудрость. Также и пресловутая «мудрость любви» на деле — лишь только ощущение мудрости. На самом деле любовь оценивает объект выбора очень поверхностно — в соответствии с жёсткой, где-то даже тупой, генетической программой, задающей стратегию выбора брачного партнера. Рассудку при этом не остается ничего другого, кроме как заниматься подгонкой под ответ. Человеку вообще очень свойственно заниматься подгонками под ответ, когда он пытается объяснить своё инстинктивно-мотивированное поведение.

«Любовь всегда права» часто слышим мы в песнях, стихах или проповедях. Люди же бывалые склонны петь другие песни — «любовь зла — полюбишь и козла». Зачем и почему возникает любовь к человеку, при упоминании которого приходят на ум аналогии со столь малоприятным в качестве объекта половой любви животным? А затем, что такой человек малоприятен лишь в современной обстановке с желательным ныне моногамным браком и продуктивной деятельностью на благо общества в рамках закона; в те же доисторические времена, когда формировались инстинкты выбора наилучшего брачного партнёра, как раз такая, ныне неприятная, а то и опасная личность была вариантом хоть куда… Но инстинкты не спрашивают, какова нынче социальная конъюнктура, они просто включаются, когда сочтут нужным, в соответствии с заложенным в них древним шаблоном, оставляя нам недоумевать, как зла и слепа бывает любовь.

Читайте также:  Можно ли потерять зрение после удара

Реальная картина поведения людей усложняется и запутывается не только наличием в нас двух «Я», но и тем, что граница между ними не абсолютно чёткая, инстинктивная и рассудочная мотивация может причудливо переплетаться. Кроме того, на каждый случай человек располагает несколькими инстинктивными программами поведения, возникшими в разное эволюционное время, и бывает, противоречащими друг другу.

О стадной иерархии

Наглость — второе счастье
(общеизвестная банальность)
В театре, как и в жизни, самым требовательным
бывает тот, кто не заплатил за место.
(Французская поговорка)

Справедливости нет! Те, кто возмущён несправедливостью в мире людей, могут успокоить себя тем, что в мире всех прочих животных обстановка гораздо хуже. Ведь что есть справедливость? Это когда каждому воздаётся по заслугам. А как оценить заслуги каждого? Вот в чём вопрос, достойный Гамлета… Тем не менее — некое практическое его решение, пусть крайне спорное, природой найдено.

Если группе мышей давать корм, то скоро можно заметить, что каждый раз лучшие и большие куски достаются одним и тем же особям. Эти же особи занимают лучшие места для отдыха и имеют наибольшее количество спариваний. Другие особи, довольствуются тем, что осталось от первых; третьи — от вторых, и так далее… Таким образом, в этой группе будет наблюдаться определённая внутригрупповая иерархия, определяющая доступ ко всяческим ресурсам. Такая иерархичность была изучена основателями этологии впервые на курах, за что и до сих пор называется иногда «порядком клевания» — для подтверждения своего иерархического ранга вышестоящая курица клюёт нижестоящую, что как правило не вызывает протестов. Нижестоящая же вышестоящую не клюёт (если не оспаривает её ранг). Отсюда понятно, что ранг в этой иерархии определяет не только доступ к ресурсам; но об этом — ниже.

Великолепнейше дал современное описание иерархических отношений В.Р. Дольник в [1]; я лишь не могу согласиться с его утверждением, что у человека иерархию образуют только мужчины.

Известно наличие такой иерархичности у всех живых существ, ведущих сколь-нибудь групповой образ жизни. Даже у амёб, и тех уже наблюдаются зачатки иерархичности. Места (ранги) в этой иерархии издавна принято обозначать буквами греческого алфавита: альфа — высокопоставленная особь, омега — соответственно, низкопоставленная. Впрочем, это обозначение не вполне удачно — в больших группах иерархическая структура утрачивает линейность алфавитного списка, более напоминая пирамиду, в которой несколько особей могут иметь практически одинаковый ранг. Высокоранговых особей называют также «иерарх», «доминант», В.Р. Дольник иногда употребляет термин «пахан» — нередко он наиболее уместен.

Очевидно, что ранг чрезвычайно важен для каждой особи — ведь от него сильно зависит качество её жизни, а бывает, и само выживание. Поэтому члены группы в той или иной форме борются между собой за повышение этого ранга, или сохранение достигнутого. Причём, чем выше ранг, тем больше времени и сил вынуждена тратить особь на его поддержание. Бывает даже, что альфа меньше вкушает от жизненных благ, чем бета — ему некогда, он занят борьбой. Однако он сохраняет возможность, по крайней мере теоретическую, отнять любой кусок у беты.

То, какой ранг будет занимать особь в группе, зависит от соотношения ранговых потенциалов данной особи, и других особей группы, т.е. одна и та же особь в разных группах будет иметь разный ранг. Ранг, таким образом — явление относительное, а ранговый потенциал — абсолютное.

А что такое ранговый потенциал? Понятно, что он тесно связан с физической силой, однако именно связан, а не определяется ей однозначно; практически он зависит от большого количества признаков и особенностей особи — как врождённых, так и приобретённых, которые мы рассмотрим ниже.

Поскольку иерархическое поведение проявляется самых разных видов, в том числе (и особенно!) у примитивных, практически неспособных к обучению, то можно уверенно полагать, что основа рангового потенциала даётся особи при рождении. Причём специфическое высоко-, или низкоранговое поведение начинает проявляться с первых дней жизни. Значит, поведение особи в иерархии регулируется врождёнными поведенческими механизмами, то есть инстинктами.

Виктор Дольник называет ранговый потенциал силой НАСТЫРСТВА (известный психолог Владимир Леви — силой НАГЛОСТИ; — пожалуй, нагляднее). Они доказывают, что решающим компонентом рангового потенциала является уверенность в своём превосходстве — возможно, и весьма часто, особыми действительными достоинствами не подкреплённая и ни на чём не основанная. В самом деле, уверенность одного человека может просто гипнотизировать другого, да и самого себя, будь то уверенность студента перед экзаменом, водителя перед ГАИшником, гуру перед верующим, и прочее и прочее…

Всё это неплохо обрисовано в фольклоре. Возьмем к примеру, сказку о лисе в ледяной избушке, и зайце в лубяной. Ранговый потенциал у лисы был очень высок — её убоялся и волк и медведь. Но у петуха он был ещё выше, и лиса сразу убежала. Хотя петух, даже с косой, не опаснее медведя.

Обычно доминант с большой решимостью, упорством и удовольствием занимается внутригрупповой борьбой, которая для него нередко становится самоцелью. Омеге эта борьба гораздо менее приятна — он более уступчив. Отсюда, есть и другой параметр, влияющий на ранговый потенциал — это степень уступчивости (или, наоборот, конфликтности). Приемлемая для каждой особи величина конфликтной напряжённости напрямую связана с ранговым потенциалом — чем ниже ранговый потенциал особи, тем менее напряжённый конфликт вызывает у неё дискомфортные ощущения.

ледует различать ранговый потенциал исходный, фактический и визуальный. Исходный потенциал определяется главным образом наследственностью; к примеру, на него сильно влияют природные уровни гормонов и нейромедиаторов (серотонина, адреналина, норадреналина, допамина, тестостерона, окситоцина и прочих) и в меньшей степени — условиями внутриутробного развития. Фактический, отталкиваясь от исходного потенциала, сильно зависит от условий роста, воспитания, и других довольно случайных обстоятельств — везения, если угодно. Эти обстоятельства могут воспрепятствовать реализации врождённого рангового потенциала, а могут способствовать его полному раскрытию, и даже усилению.

Поскольку ранговый потенциал определяется различными, в том числе и не связанными друг с другом параметрами, то реальный иерархический облик особи может быть МОЗАИЧНЫМ, когда одни признаки указывают на высокий потенциал; другие — на низкий. Эти признаки в общих чертах можно разбить на ранговые амбиции и ранговые возможности. Ранговые амбиции — это ЖЕЛАНИЕ (жажда, если угодно) занять возможно более высокий ранг в доступных и возможных иерархиях; ранговые возможности — способность это желание реализовать.

Важно отметить такое свойство рангового потенциала, как аддитивность, т.е. возможность суммирования ранговых потенциалов разных особей. Несколько слаженно действующих низкоранговых особей могут превзойти высокоранговую не только в физической силе, но и подавлять её, так сказать, психически — точно так же, как бы её подавляла отдельная особь с более высоким потенциалом.

Чтобы не слишком отвлекаться от любви, не будем здесь очень уж углубляться в эту бескрайнюю и очень важную тему, и не будем сейчас детально рассматривать составляющие рангового потенциала; однако воздадим ей должное в этологическом продолжении.

Из мозаичности рангового потенциала (как обобщающего понятия), вытекает понятие визуального рангового потенциала, как совокупности сигнальных признаков (в специальной литературе такие сигнальные признаки часто называют релизерами), возможно второстепенных, но выраженных ярко, что вызывает срабатывание инстинкивных моделей у других особей. Ведь инстинктивные механизмы не проводят сложного анализа; блестит — значит золото. Хороший пример визуального ранга — низкоранговый петух с наклеенным гребнем. Такого все другие петухи воспринимают как высокорангового, но стоит отклеить гребень, и он опять скатится вниз. Ещё пример: человек, страдающий нарциссизмом (влюблённостью в самого себя), может на кого-то из окружающих производить впечатление высокорангового. Но при этом он может быть напрочь лишён способности бороться за место под солнцем, что есть сущность высокого ранга. Напротив, дружелюбный человек, пусть даже неплохо устроившийся в жизни, может производить впечатление низкорангового.

На разных особей могут производить впечатление разные проявления рангового потенциала, т.е. чувствительность разных особей к разным сигнальным признакам, составляющим шаблон образа особи может быть разной. Визуальный может совпадать с фактическим, а может и не совпадать. Происходит это потому, что как уже было сказано, нервные структуры, реализующие инстинктивные модели поведения, возникли в глубочайшей древности — они относительно просто устроены и реагируют на обстановку очень поверхностно, шаблонно. Особь может быть низкоранговой по сути, но обладать одним — двумя сигнальными признаками высокого ранга. Тогда эти один — два ярких визуальных (сигнальных) признака могут на кого-то подействовать, несмотря на объективно низкий ранговый потенциал. Да, даже своих первобытных целей, инстинктивные программы, в силу примитивности механизмов их реализации, достигают усреднённо, с большими погрешностями.

О примативности

Ум никогда не руководит сердцем, но нередко
становится соучастником в преступлениях.
(Миньон Макфлорин, американская писательница)

Примативность (через «а» — от лат. primatus — первоначальный) — понятие, предложенное автором, и характеризущее степень влияния инстинктивных мотиваций на практическое поведение. Если мы будем изучать поведение, к примеру, насекомых, то скоро обнаружим, что оно полностью инстинктивно — неспроста само понятие инстинкта было впервые предложено на основании изучения поведения насекомых. Такое поведение, даже очень сложное, представляет собой вполне жёсткую поведенческую программу, принципиальных отклонений от которой животное не допускает — или так, или никак. В новой для такого животного обстановке его поведение становится бессмысленным, и в этом его главный недостаток. В ходе же эволюции позвоночных (и в какой-то степени — головоногих), по мере усложнения нервных систем, поведенческие программы становятся всё более гибкими, врождённые поведенческие схемы во всё большей степени становятся лишь тенденциями, предрасположенностями, уходя от жёсткой детерминированности действий. И наконец у наиболее продвинутых в этом отношении существ появляется способность к сложной деятельности, впрямую не зарегулированной инстинктами. Однако способность к такой деятельности вовсе не выключает врождённых механизмов, регулирующих поведение; они действуют совместно, иногда антагонизируя, иногда — сотрудничая. Это подтвержается и нейрофизиологами — отдельные мозговые структуры, при всей взаимосвязанности, обладают определённой степенью автономности в обработке информации, и принимаемые ими решения столь же автономны, что порождает в том числе и внутренний антагонизм (ну бывают люди не в ладу сами с собой, что скрывать…).

К человеку это относится в полной мере — инстинктивные и рассудочные мотивации в поведении имеют сравнимый порядок величины. И что особенно для нас важно — отношение степени влияния первых и вторых могут сильно отличаться у разных представителей рода человеческого. И вот именно это отношение и выражает понятие примативности.

Если некто почти не подвержен влиянию своих инстинктов, живет только рассудком — примативность такого человека низка. При всём при том, что снижение примативности — явно генеральная линия эволюции HOMO SAPIENS, такие люди не всегда благоприятно воспринимаются окружающими. Их, бывает, находят скучными, пресными и непонятными при всём при том, что они могут быть вовсе не чужды эмоций как таковых. И наоборот — высокопримативный человек, весьма «ведущийся» на голос своих инстинктов, может восприниматься как яркая, интересная и захватывющая личность, хотя практически контактирование с ним может доставлять очень много хлопот, проблем и даже трагедий; да и яркость его как личности при более пристальном рассмотрении может оказаться иллюзорной. И это закономерно — ведь инстинктивно «правильное» поведение одного человека будет с большой вероятностью вызывать в окружающих те или иные инстинктивные же отклики, ярко окрашенные эмоционально. Неспроста среди высокопримативных людей так много деятелей искусств.

Понятие примативности отнюдь не тождественно понятию культуры (точнее — бескультурности). На бытовом уровне примативность воспринимается скорее как эмоциональность, импульсивность, но совсем не обязательно бескультурие. Ведь инстинктивные программы, обнаружив совпадение внутренних сигнальных признаков с какими-то факторами внешней обстановки, порождают соответствующие эмоции, и высокопримативный человек им охотно подчиняется. Низкопримативный человек, даже испытывая те же по силе эмоции, способен поступать им вопреки. Да, конечно, современная культура — это комплекс правил, призванный регулировать отношения между людьми по правилам, отличающимся от инстинктивных, и в этом смысле примативное поведение вполне может быть бескультурным. Однако далеко не все инстинктивные модели поведения являются неприемлемыми в культурном смысле, особенно если примативное поведение никого отрицательно не затрагивает кроме его исполнителя; кроме того, многие в общем-то бескльтурные (и даже хамские) поведенческие акты можно облечь в весьма благокультурную оболочку.

Уровень примативности, как и ранговый потенциал, в основном детерминирован генетически и условиями внутриутробного развития. Он весьма слабо меняется в ходе воспитания и образования, однако сам может влиять на воспитуемость и способность к получению образования того или иного вида. Бывает, что человек с серьёзным научным образованием в житейских вопросах может не доверять своим знаниям, больше полагаясь на чувства. И наоборот.

Важно влияние примативности на отношение к иерархической борьбе. Очень низкопримативный человек живёт как бы вне первобытной иерархии; высокопримативный, напротив, очень чуток к рангу окружающих. Малейшее проявление окружающими уступчивости он воспринимает как сигнал к началу иерархической атаки; встреча же с чем-то (или кем-то), явно его превосходящим, вызывает у такого паралич воли и гнусное заискивание.

Напоследок уместно подчеркнуть, что примативность является обобщающим понятием, показывающим среднюю силу всех инстинктивных программ поведения. Однако таких программ довольно много, в том числе — противоречивых, и каждая может иметь различную силу, что дополнительно запутывает наблюдаемую картину.

О критериях полового отбора

Мужчины делятся на достойных и недостойных.
Женщины — на молодых и старых.
(анекдот)

Такой исключительно важный для всего живого процесс, как размножение, разумеется никак не мог быть оставлен без контроля инстинктов. Соответственно любовь, как одно из сильнейших чувств, является голосом того самого первобытного инстинкта, который заставляет предпочитать для спаривания наиболее перспективную особь другого пола. Какой может быть система возможных инстинктивных критериев этой перспективности?

Начнём с того, что эволюционный отбор преследует две, где-то противоречивые основные задачи: сохранение существующего генотипа вида (стабилизирующий отбор, направленный на выбраковку неудачных экземпляров, неизбежно и даже запланированно порождаемых репродуктивным процессом), и его коррекция для улучшения приспособленности вида к текущей обстановке (направляющий отбор, в ходе которого такие вот вроде бы неудачные экземпляры могут быть очень даже к месту). Очевидно, что главным видом отбора, даже в быстро (но не взрывообразно) меняющейся обстановке является отбор стабилизирующий. Именно «поддержанием породы» более всего озабочены участники репродуктивного процесса. Критериев «породистости» того или иного претендента на спаривание много — обычно таким критерием без раздумий называется внешняя привлекательность, красота; практически в качестве красивого человека называется тот, чья внешность наиболее полно соответствует некоему эталонному экстерьеру половозрелого самца или самки нашего зоологического вида. Однако это далеко не единственный, а у мужчин — даже и не главный критерий такой эталонности. Гораздо более простым и наглядным признаком преимущественности является высокий ранг в первобытной иерархии. И хотя очевидно, что ранг является довольно поверхностным признаком «высококачественности», но что-либо лучшее в неразумной природе трудно даже представить. Внешняя красота в этом смысле менее надёжна. Ведь ранг в иерархии является обобщающим выразителем здоровья, энергии, генетической и ресурсной перспективности данного самца. Вместо того, чтобы анализировать многие отдельные достоинства и недостатки данного образчика, проще просто посмотреть, какой ранг в иерархии он занимает. Хилый самец в верх иерархии вряд ли пробьётся. Кроме того, оценка ранга позволяет привлечь к оценке перспективности не только частное мнение данной самки, но и мнение других участников группы. Высокоранговая особь — это та, высокий ранг которой признают все или почти все участники группы. И наблюдая это всеобщее признание, доверяя ему, данная самка делает вывод о действительно высокой перспективности данного самца.

Читайте также:  Оцени методы ведения хозяйства в странах латинской америки с точки зрения

Вообще, у всех животных количество спариваний является наиболее простым и чётким количественным показателем ранга самца в иерархии. Для самок эта зависимость очень слабая, и скорее обратная — ведь наблюдаемая извне картина динамической дефицитности самок как раз и выглядит как концентрация полоспецифической благосклонности самок на сравнительно небольшом сегменте самцов, для которых таким образом ранг критически важен. Но раз уж самки в дефиците (пусть и динамическом), то интерес к ним самцов существенно более равномерен, и следовательно — среди них не может столь же явственно развиться зависимость привлекательности от ранга. Разумеется, эта дефицитность и не отменяет различий в женской привлекательности вообще, но об этом чуть далее.

Как уже было сказано, выбор партнёра по признаку ранга — отбор преимущественно стабилизирующий. Однако такой показатель высокоранговости, как удачливость, может быть на деле как признаком близости к генетическому стандарту (хотя бы в форме крепкого здоровья), так и признаком хорошего соответствия текущей обстановке (которая может отличаться от эталонной), что уже является отбором направляющим. Также формой направляющего отбора может быть предпочтение различного рода экстремальных и экстравагантных форм; причём, если такой экстремал дежит себя независимо и вызывающе по отношению к социуму, то в отношении его тоже срабатывает один из релизеров высокоранговости — ведь противопоставлять себя социуму позволительно лишь высокоранговой особи. Стоит также напомнить об аддитивности рангового потенциала; практически это означает, что компанейский, демонстрирующий хорошие способности к созданию альянсов мужчина будет восприниматься как весьма привлекательный, ибо альянс из нескольких низкоранговых самцов может иметь весьма высокий суммарный ранговый потенциал.

Таким образом, такой критерий полового отбора, как ранг (или хотя бы ранговый потенциал, в том числе в составе возможного альянса) самца в стайной иерархии, является доминирующим в системе критериев этого отбора — и как наиболее ёмкий критерий отбора стабилизирующего, так и один из сводных показателей отбора направляющего. Тем не менее — этот критерий, будучи превалирующим, в принципе может быть чреват эволюционным тупиком, подобным павлиньим перьям(*); особенно если учесть сигнатурность работы инстинктивных анализаторов, легко принимающих за истинно высокоранговое «золото» лишь поблёскивающую имитацию его.

Разумеется, это не единственная тенденция. Ведь в ходе репродуктивного процесса решается задача не только выбора наиболее генетически «правильного» партнёра, но и многие другие. Достаточно актуальной является задача избегания родственного скрещивания, реализуемая инстинктом, известным как «инстинкт предпочтения свежей крови», который побуждает предпочитать партнёра, не входящего в данную группу; для самок актуальна задача выбора партнёра — долговременного источника ресурсов для воспитания потомства (что опять-таки впрямую связано с рангом в иерархии!), а для самцов — сексуальная экспансия.

Потапов и Евсиков в [16] упоминают о наличии также тенденции к рождению детей от разных отцов для парирования определённых иммунологических эффектов.

Ну и конечно, на эти тенденции накладываются и индивидуальные особенности вкусов и симпатий, глубинный смысл многих из них тоже носит биологическую природу (см. хотя бы там же — в [16]), но их подробное рассмотрение выходит за рамки нашей книги; нам важно рассмотреть суть.

Представляется реалистичным предположение о том, что в какие-то периоды, и в каких-то условиях, приоритет тех или иных критериев отбора мог меняться. К примеру, в небольших группах, живущих на грани физического выживания, на первое место мог выдвинуться критерий обладания ресурсами, и готовностью их «инвестировать» в потомков; в условиях же изобилия этот фактор мог утрачивать важность, а приоритетными могли становиться, к примеру — критерии генетической кондиционности или новизны.

Всё это, как мы видим, весьма запутывает систему критериев оценки предпочитаемого самца, однако стержнем же мужской привлекательности, по крайней мере — в современной обстановке, видится всё же система признаков высокоранговости. Важность высокого ранга мужчины для женщины усиливается ещё и тем обстоятельством, что женская иерархия у людей в значительной степени строится как тень мужской, и заботясь о ранге претендующего на неё мужчины, женщина тем самым заботится о собственном ранге в стайной иерархии.

———————————————————————————
(*) У самца оленя размеры рогов намного превосходят оптимальные для защиты от хищников, однако будучи визуальным признаком высокоранговости — очень привлекательны для самок, и следовательно — из поколения в поколение гипертрофируются, начиная нешуточно и даже фатально мешать ему жить. В эволюционном прошлом Земли известны виды (болотный олень, к примеру), таки и вымершие из-за описанной глупости самок.

Комментарии (4) Оставить комментарий

1. Сергей | Июль 25th, 2010 в 15:20

Эту ссылку дал мне мой хороший знакомый. Мы не виделись много лет. Сидели в кафе недели две или три назад, говорили. Оказалось, что говорим на одном языке. И те мысли, за которые другие собеседники мне пытались дать по морде, вызывали полное понимание, и наоборот, я его понимал. Мы дополняли друг друга. А это, к сожалению, бывает так редко… И после этой встречи он и скинул мне ссылку. Мозаичность моих представлений о поведении человека резко уменьшилась. И я не мог не поделиться этой ссылкой с теми, кто, я считаю, мог воспринять ее адекватно. В частности с Сашей. Очень рекомендую к собственно книге, прочитать ссылки. Сейчас эту книгу читает мой сынуля. Я очень надеюсь, что эта модель поможет ему в своем поведении быть человеком, а не обезьяной.

2. Инкогнито | Июль 27th, 2010 в 3:06

Я книгу тоже проглотила залпом. Пока идиоты-американцы пытаются ОЧЕНЬ осторожно применить некоторые результаты ethology в наблюдении за людьми (детьми с аутизмом, например), наши российские «ученые» замахнулись самым широким размахом. Одна глава про феминизм (да-да, это мое любимое чего стоит, начиная с подборки цитат, я очень много интересного о себе узнала, надо же.
P.S. Олень меня добил. Рыдала. Все из-за нас, глупых самок.

3. Сергей | Август 3rd, 2010 в 14:19

Нечайно включил телевизор, на средине передачи. Канал 24 техно, если не ошибаюсь. Шла речь о женщинах и мужчинах. Их отличии и сходстве. В качестве комментаторов, в частности, Геодакян (есть ссылка у Протопопова), Савельев. Других не запомнил. Очень много ссылок на генетические исследования. Общий смысл — мужчины — расходный материал эволюции и психи почти по определению, женщины — это круто. И коня на скаку остановят, и как бизнесмены лучше, генетическими болезнями меньше болеют (X -хромосома большая и их две и они друг друга дублируют). Рыдал. Как расходный материал и придаток. Мозгой (корой) понимаю, а душа (подкорка) не приемлет (это мое определение души). Раздрай души и ума, алкоголизм и наркомания, болезни и более ранняя смерть (в статистическом смысле) -привелегия мужчин по генетике. И вообще, самки вертят нами, самцами, как хотят (от себя). Очень хорошее дополнение к Протопопову оказалось. Не могу оценить, насколько были верны генетические доказательства, но впечатляет. А про оленя — это частный случай, маловероятный, ну такая нехорошая мутация получилась. А с тезисом «все из-за нас, глупых самок», я в первой части полностью согласен, как представителей наиболее важной части вида, а «глупых самок» — типичный способ водить нас за нос. Уж больно мы после такой фразы глупеем.

4. Инкогнито | Август 16th, 2010 в 23:47

Давайте вместе плакать над идиотами, независимо от их пола. А олень жив, как ни странно. Я и говорю, все-таки ссылки давать надо, откуда дровишки. Мало его осталось это правда, но основная причина исчезновения его естественной среды обитания это осущение/вырубка под поля, плюс охота.
По поводу ссылок: не сохранила, увы. Погуглите swamp deer или marsh deer. Автор конкретно не указал, какого оленя он имеет в виду, подозреваю, что индийского, у него размах рогов больше чем у латиноамериканского.
«А с тезисом “все из-за нас, глупых самок”
Это была шутка. Саркастическая.
«я в первой части полностью согласен, как представителей наиболее важной части вида»
Простите, не поняла.
“глупых самок” – типичный способ водить нас за нос.
Что значит в данном случае «водить за нос» и зачем мне для этого прикидываться глупой?
Уж больно мы после такой фразы глупеем
Да шутка это была, шутка.

Комментарии

Немного HTML кода:

Текст книги «Трактат о любви, как её понимает жуткий зануда»

Это произведение, предположительно, находится в статусе ‘public domain’. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Автор книги: Анатолий Протопопов

Жанр: Книги по психологии

Текущая страница: 1 (всего у книги 7 страниц)

Анатолий Протопопов
ТРАКТАТ О ЛЮБВИ,
как её понимает жуткий зануда

О чём речь

Вопрос к Армянскому радио:

Как предохраниться от беременности?

Ответ: пейте Нарзан

А когда пить, ДО или ПОСЛЕ?

Попытки общества просветить молодых (и не очень) людей в половых вопросах, на мой взгляд, крайне однобоки. Широко освещаются вопросы техники секса, предохранения от беременности и заболеваний. О да, обсуждать технику секса чертовски приятно, но между тем большинство трагедий на сексуальной почве происходит не из-за того, что делается это НЕ ТАК, как нужно, а из-за того, что НЕ С ТЕМИ, с кем нужно. Между тем про выбор партнера обычно говорится вскользь, бессистемно, противоречиво, и в силу субъективной и чисто умозрительной аргументации, неубедительно. Фактически всё сводится к рекомендации съесть пуд соли, и пить нарзан. Однако, скушанный пуд соли – ещё не гарантия, что дальше всё будет хорошо, и с другой стороны, пока его кушаешь, можно упустить не один, действительно подходящий вариант.

В течение всей писанной истории человечества считалось желательным доверяться в выборе чувству любви, а в последние десятилетия и того более – любовь, как заклинание, стала противопоставляться минутным увлечениям, считаясь как бы гарантией безошибочности выбора. Однако до сих пор строго не доказано, что это доверие оправдано – ведь разница между «большой» любовью и минутной симпатией чисто количественная, а не качественная. Вместо этого объясняются и красочно описываются возникающие при этом ощущения, но коренная логика этого явления остаётся за кадром, или просто отрицается, относимая к чему-то сверхъестественному. Не следует искать тайну там, где её нет – все эти иррациональности любви на деле вполне рациональны, логичны, и по-своему разумны. Для того, чтобы увидеть эту рациональность, необходимо только лишь перейти к другой системе координат – от цивилизованной к первобытно-стадной. Ниже я попытаюсь показать, как это сделать, и доказать корректность такого перехода. Конкретно, речь пойдет об инстинктивных основах брачного поведения людей как биологического вида. Сам процесс совокупления рассматривать не будем. Нас также не будет интересовать и собственно ЧУВСТВО, то есть те ощущения, которые испытывает влюбленный человек, и физиологические механизмы их возникновения.

Убеждён, что знание этой логики вовсе не обеднит восприятие любви, как прекраснейшего из чувств, подобно тому что знание устройства цветка не мешает ботанику восхищаться его красотой, а знание законов гармонии и устройства инструмента не мешает (и даже наоборот, помогает) музыканту наслаждаться исполнением шедевра.

Инстинктивные основы поведения изучает наука ЭТОЛОГИЯ, однако популярных публикаций на тему этологии брачного поведения людей практически нет, и я надеюсь, что данная статья этот пробел в какой-то мере восполнит.

А зачем, собственно, размножаться?

Кто в этот мир пришёл – того печаль понятна

В небытие вернуться должен он обратно

В течение жизни любого живого существа генетический материал постепенно искажается, в нем накапливаются ошибки, в результате организм столь же постепенно снижает жизнеспособность и в конце концов умирает. Мы не будем рассматривать другие теории старения, т.к. это выходит за рамки нашей темы. Феномен размножения известных нам живых существ состоит в том, что потомки получают гены, практически свободные от этих накопленных ошибок. В противном случае дети бы наследовали от родителей не только особенности строения тела, но и. возраст, и смена поколений очень быстро бы заглохла, а вернее просто бы не возникла.

—Размножение – способ очистки генетического материала от искажений, т.е. как бы способ жить вечно.

Почкованье и половой процесс

Умножение лучше всего производить делением.

Вегетативное размножение сводится к простому делению клеток, но процесс деления клетки при всей его внешней простоте очень сложен. Генетический текст при этом не просто раздваивается, после раздвоения хромосомы очень хитро обмениваются различными своими участками; в результате чего дефектные гены исключаются, и не передаются потомкам. Лишь после этого клетка разделяется на две части. Однако довольно велика вероятность, что повредятся все экземпляры гена в спиралях хромосом, и взять неповреждённый будет негде.

Чтобы исключить, или сильно уменьшить эту вероятность, природа и пришла к половому процессу. Коренное отличие его от вегетативного состоит в том, что обмениваются участками два неидентичных генетических набора, взятых от разных особей, в которых практически отсутствуют совпадающие повреждения генов. Кроме того, открывается возможность комбинировать в потомках свойства и признаки, полученные от разных родителей, что облегчает приспособление к меняющимся условиям внешней среды.

За преимущества полового процесса приходится платить. Вегетативный проще в осуществлении, и надёжнее, поэтому многие живые существа практикуют и то и это. К половому процессу обычно прибегают при ухудшении условий жизни, когда учащаются ошибки в генах, да и необходимость что-то менять в жизни становится более очевидной. Когда всё хорошо, то просто делятся.

Читайте также:  С точки зрения герберта маклюэна существуют следующие типы культур

—Несмотря на сложность в осуществлении, половой процесс обеспечивает более качественную очистку генетического материала при смене поколений;

—Порождает большее разнообразие свойств и качеств особей вида, что даёт преимущества при адаптации к условиям внешней среды.

О гермафродитах и эволюции способов размножения

Не умножай сущностей без необходимости.

В половом процессе должны участвовать две разные особи, но ниоткуда не следует, что они должны быть РАЗНОГО пола. Гермафродиты практикуют половое размножение, но пол у них только один! Каждая особь-гермафродит имеет полный комплект половых органов, т.е. с равным успехом может выполнять роль как «самца», так и «самки», и нередко делает это одновременно. Например, некоторые виды улиток копулируют большими группами, соединившись в длинные ленты и кольца.

Гермафродитизм совсем даже не плох. Он надёжнее и проще, чем раздельнополость. В самом деле, если бы мы с вами были в норме гермафродитами, то наша брачная жизнь сильно бы упростилась, причём вряд ли бы обеднела. Судите сами: помимо двухкратного роста шансов найти себе спутника жизни, мы бы имели и как минимум упрощение самой процедуры знакомства и ухаживания. Почему же тогда однополые не господствуют на земле? А вот тут начинается самое для нас интересное.

Жизнь зародилась на Земле около 3 – 3,5 млрд лет назад, и первоначально размножалась вегетативно. Момент «изобретения» полового способа точно не известен, однако первые многоклеточные организмы, появившиеся около 800 млн лет назад, половой способ уже использовали, хотя бы изредка. Из тех, дошедших до нас организмов (улиток, червей и т.п.), большинство – гермафродиты, т.е. однополые явно появились раньше. Их господство заканчивается в силурийский период (ок 400 млн лет назад), а вместе с ними заканчивается господство однополого размножения. С тех пор господствует раздельнополое – оно явно даёт видам какие-то важные преимущества. Какие?

Одно из этих преимуществ самоочевидно. Некоторые гермафродиты имеют возможность совокупляться сами с собой, и в отличие от онанистов, иметь от этого потомство. Естественно, что такой предельный инцест противоречит смыслу полового процесса, и должен быть как-то предотвращён – такое «половое размножение» мало отличается от вегетативного. Впрочем, истинные гермафродиты самосовокупляются редко, и как правило, по очень уважительной причине – другой особи, в пределах досягаемости просто нет. В противном случае срабатывают какие-то механизмы исключения самооплодотворения. Изначально, специализация полов – один из этих механизмов, однако одного этого явно мало, чтобы потеснить гермафродитов.

О разнополых и половом отборе

– Ах, ну где же эти пчёлы.

После старика Дарвина как-то принято считать (отчасти вопреки его мнению), что естественный отбор основан на спонтанной, случайной гибели существ, недостаточно приспособленных к условиям жизни. Такой отбор, в сочетании с изменчивостью, назвался двигателем эволюции. Между тем такой способ отбора крайне неэффективен. Сам человек, выводя новые породы животных или растений действует гораздо более результативно; он достигает результатов за несколько поколений выводимых животных или растений, а не за сотни тысяч лет. Сущность такой селекции состоит в сознательном отборе родителей исходных пород, несущих желаемые качества, и соответственно не допущении размножения других особей, желаемых качеств не несущих. Умерщвлять этих аутсайдеров, вообще говоря, не требуется. Какой гуманизм, а? Кроме того, остается ещё возможность исправить «судебную ошибку», если таковая произойдет.

Очевидно, что использование самой природой подобных методов селекции способно резко ускорить темп эволюции, а тем самым улучшить адаптивность видов к меняющимся условиям жизни. Но как же природа могла бы это реализовать на практике? Ведь для этого необходим некий Судья, принимающий решения о том, кто достоин, а кто – нет. Проще всего конечно, привлечь гипотезу о существовании Бога, но это будет лишь уход от ответа. Вполне допустимо, чтобы этот Судья был не один, главное – чтобы все они судили более-менее однотипно.

А судей много, и называются они самками. Именно они выносят вердикт, кому из самцов продолжиться в потомках, а кому – нет. Поэтому такой отбор называется половым. Известно, что сам Дарвин придавал большое значение половому отбору, но это почему-то не нашло должного отклика у других учёных.

Возможен ли половой отбор у гермафродитов? Представим себе такую особь-гермафродита, которую следовало бы отбраковать, как производителя. Вот отказывают ей все, отказывают, отказывают – но натыкается она на вторую такую же бедолагу, и. как-нибудь они договорятся. У разнополых существ один отверженный самец другому такому же, в рождении потомства не поможет, а отверженных самок в животном мире не бывает. Ведь одного самца бывает достаточно для оплодотворения многих самок (исключения вроде богомолов – единичны), причём предела своей потенциальной плодовитости он как правило, далеко не достигает. Поскольку количество самцов в популяции обычно примерно равно количеству самок, а следовательно, оплодотворяющие возможности их в популяции сильно избыточны, то самки практически всегда имеют более или менее широкий выбор оплодотворителя. Он может быть замаскирован, но тем не менее всегда имеет место.

Исключать с целью отбора самок из процесса размножения слишком рискованно, т.к. их нерождённых детёнышей другая самка не родит – она своих-то детёнышей рождает столько, сколько может, а тут ещё за кого-то там другого. То ли дело самец! Не зачатых именно им детёнышей с удовольствием зачнёт другой, да и ещё не откажется.

На практике так оно и есть. У морских котиков 1/6 всех самцов оплодотворяют 5/6 всех самок, остальные вынуждены делать вид, что не очень-то и надо. Ещё более резкие диспропорции наблюдаются у морских львов, где 4% самцов обеспечивают 88% спариваний! Такая картина типична для всех стадных животных. Среди самок животных живущих парами, особенно среди птиц, распространена привычка оплодотворяться до образования пары (семьи), а бывает, что и после, но от другого самца, причём нередко на виду у «законного мужа». То есть пара образуется как бы для ведения хозяйства, а оплодотворение нередко происходит по вполне стадным законам. Кроме того, самцов обычно рождается чуть больше, чем самок (и тем больше, чем хуже живётся виду!). Все это оставляет пространство для выбора даже у строго парных животных.

Растения, даже двудомные, практически не в состоянии производить такой отбор (см. эпиграф), поэтому полная раздельнополость (двудомность) в растительном мире так и не стала преобладающей, и сохраняется вид ридания ему целенаправленности, какая-то часть, в принципе потентных самцов обязательно будет исключена из процесса размножения с соответственным ростом доли остальных.

Из принципа незаменимости самки следуют принципиальные же отличия поведения самок и самцов. Поскольку самки представляют гораздо большую ценность для популяции, а самцы рождаются в объективно избыточном количестве, следовательно, их персональная ценность для вида гораздо ниже. Это обстоятельство закреплено в соответствующих инстинктах, требующих от самок проявлять осторожность, избегать риска, заботиться о себе, и требовать заботы о себе от окружающих. В рамках этого инстинкта, к примеру, женщины более эгоцентричны, и больше доверяют интуиции и чувствам, чем логике. Интуиция и чувства основаны на практическом опыте, в том числе всего вида, т.е. как бы проверены практикой, а потому подсознательно считаются ими чем-то более надёжным. Далее мы будем не раз к этой теме возвращаться, а в конце рассмотрим её подробно.

—Раздельнополое размножение обеспечивает резкое ускорение естественной эволюции путём организации эффективного полового отбора, в ходе которого часть самцов целенаправленно отсеивается.

О разнообразии и риске

Без рождённых ползать – летать не могут.

Если все особи вида будут похожи друг на друга, как гайки на конвейере, то вся суета с выбором будет лишена смысла. Чтобы выбор имел смысл, необходимо должное разнообразие особей вида. Конечно, за сотни и тысячи поколений вполне можно сформировать некий оптимум качеств, который обеспечит наибольшую жизнеспособность каждой особи, а значит и вида в целом, но.

Дело в том, что условия, в которых существует вид, отнюдь не постоянны, и в какую сторону они изменятся завтра, природа, несмотря на всю свою так называемую «мудрость», предугадать никак не может. Именно для этого необходимы особи с набором качеств, в данных условиях неоптимальных, не нужных, и быть может вредных. Ведь если условия изменятся, то какие-то из этих качеств могут оказаться очень кстати. Порождая таких особей, природа рискует – такие особи в данный момент менее жизнеспособны, но рисковать нужно, ибо кто не рискует, тот не выигрывает. Иного способа «предсказывать будущее», кроме слепого поиска наугад, природа не знает, что бы ей ни приписывали.

А как бы ещё свести к минимуму нежелательные последствия этого риска? Как сделать так, чтобы последствия этих хаотических экспериментов, большей частью невпопад, не угрожали жизнеспособности всего вида в целом?

Элементарно! Нужно только, чтобы самки по возможности от оптимума не отклонялись, а объектами экспериментов были самцы. Ведь неподходящих самцов можно смело отбросить, не опасаясь, что это уменьшит количество детёнышей во всей популяции. И наоборот, немногие выдающиеся самцы могут в принципе стать отцами всех детёнышей популяции.

Давно замечено, что соотношение новорождённых самцов и самок сильно зависит от условий существования вида. В неблагоприятных условиях увеличивается доля самцов, таким образом увеличивается разнообразие, ускоряется и ужесточается отбор, а тем самым и адаптация вида к новым условиям. В благоприятных – доля самок, что создает условия быстрого роста численности вида.

—Для повышения эффективности полового отбора самцы, как объекты выбора, должны обладать большим разнообразием свойств и качеств, вплоть до явной неоптимальности отдельных особей, чтобы покрыть как можно более широкий спектр возможных потребностей вида.

—Это разнообразие, в силу невозможности для стихийной эволюции осмысленного предсказания будущего, может быть только хаотически случайным.

—Самкам же чрезмерное разнообразие ни к чему – это рискованно, а реализовать преимущества этого разнообразия не удастся (в силу небольшого количества потомков одной самки).

О базисе брачной стратегии

Лекция в зооветеринарном институте:

Хороший бык-производитель должен совершать до двенадцати совокуплений в сутки.

Женский голос с первого ряда:

Женский голос с первого ряда:

Повторите это погромче для последнего ряда!

Мужской голос с последнего ряда:

Простите, это с одной коровой или с двенадцатью?

Конечно с двенадцатью!

Мужской голос с последнего ряда:

Повторите это погромче для первого ряда!

Почему, стремясь друг к другу, мужчины и женщины никак не могут друг друга найти? А потому, что поиск ведут в разные стороны, ибо имеют разные цели своих устремлений. Более того, это стремление друг к другу отнюдь не безусловно дружелюбно, и подобно поведению людей на рынке. Продавец и покупатель тоже стремятся друг к другу, но оба они стараются извлечь из сделки максимальную личную выгоду, часто невзирая на возможные убытки другой стороны. Природе, увы, чужды сентименты.

Как уже было сказано, принцип разделения полов предполагает, что небольшая часть самцов оплодотворяет большую часть самок, вынуждая таким образом, большую часть самцов изображать неисправимых холостяков. Такая стратегия позволяет быстро закрепить в потомстве появляющиеся полезные признаки, избавляя самок от репродукции ненужных генов. Для этого необходимо, чтобы самцы и самки вели себя существенно различно при поиске брачного партнера.

Любой самец должен стремиться к максимально частой смене самок, как бы предполагая себя носителем уникально-полезных генов. Представим себе, что у некоторого мужчины появился каким-то образом ген устойчивости, ну например, к СПИДу. Крайне важно этот ген срочно распространить в популяции как можно шире! А он, гад, верен только одной женщине. Сколько она может ему родить? Ну 10, максимум 20 детей, и по законам генетики этот ген получит только половина их. Это же преступление перед видом! А вот если себя вести подобно султану, то вполне можно народить 1000, и на пределе пожалуй до 2000 детей. Это уже кое-что. Так что общественное мнение не зря так сдержанно относится к мужской неверности – такова инстинктивная программа, и с биологических позиций очень, надо сказать здравая. Самец не должен ограничивать своей половой экспансии – на это есть самки.

Таким образом, инстинктивная цель брачного поведения мужчин —

больше женских тел, хороших и разных.

А если такой уникальный ген обнаружится у женщины? Как она должна вести себя, чтобы этот ген, так сказать не канул в Лету, а наоборот, закрепился и размножился? В принципе, можно тоже увеличить количество детей, но увеличится ли оно от интенсивной смены мужчин? Разумеется нет, но от этого может существенно пострадать их (детей) качество! Не зря общественное мнение с гораздо большим осуждением относится к женской неверности – женщина, неразборчивая в половых партнёрах, не заботится тем самым о качестве своих детей! Мужчина, пристроивший свои гены к некачественной женщине практически ничего не теряет – если завтра подвернется качественная, то он пристроится и к ней; женщина же, зачавшая от некачественного мужчины, может исправить свою оплошность очень нескоро (природа не предполагает абортов), и вообще, число такого рода попыток чаще всего очень ограничено. Чтобы понадёжней закрепить свои гены в потомках, женщина должна усилить строгость отбора претендентов, чтобы не разбавлять свои, предположительно уникальные, гены чем попало. Но чтобы было из кого выбирать, она должна нравиться по возможности всем мужчинам. И чем большему количеству мужчин она нравится, чем больше у неё воздыхателей, тем шире её выбор. Идеал – влюбить в себя всех, но подпустить – одного, а может быть, даже и никого. Само совокупление при этом – едва ли не досадный побочный эффект процесса соблазнения.

Итак, цель инстинктивной брачной стратегии женщин —

больше мужских сердец, хороших и разных.

А завладев сердцем мужчины, женщина может утратить к нему активный интерес, придерживая его только для коллекции. А тем временем соблазнять следующих.

Следует подчеркнуть, что здесь обрисован лишь базис различий брачной стратегии. Ниже мы рассмотрим инстинктивные факторы, заполняющие этот базис конкретным содержанием.

—Для реализации преимуществ полового отбора самцы стремятся к максимально возможному количеству совокуплений – они, так сказать, борцы за КОЛИЧЕСТВО потомства, ибо количественно их плодовитость практически не ограничена;

—С той же целью самки, имея количественно ограниченную плодовитость, стремятся к наивысшему КАЧЕСТВУ рождающегося потомства. В силу этого именно они являются выбирающим субъектом, а стало быть заинтересованы в максимальном расширении количества потенциальных партнёров, из которых легче выбрать наиболее «качественного», отвергнув остальных.

Это произведение, предположительно, находится в статусе ‘public domain’. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Источники:
  • http://avidreaders.ru/book/traktat-o-lyubvi-kak-ee-ponimaet.html
  • http://filurin.ru/2010/07/traktat-o-lyubvi/
  • http://iknigi.net/avtor-anatoliy-protopopov/36517-traktat-o-lyubvi-kak-ee-ponimaet-zhutkiy-zanuda-anatoliy-protopopov/read/page-1.html