Меню Рубрики

Точки зрения на соотношение прав и обязанностей

Связь между правом и обязанностью в правоотношении имеет характер объективной закономерности.

Нетрудно заметить, что перед нами яркое проявление диалектического закона единства противоположностей. Субъективное право и юридическая обязанность — такие противоположности, которые вне единства (правоотношения) существовать как социальные и юридические явления не могут.

Характер объективной закономерности имеет не только сама по себе связь между субъективным правом и обязанностью в правоотношении, но и сцепления между правомочиями и обязанностями, переходы от одного правомочия к другому. Это — жесткие, неразрушимые связи, т.е. свойственны объективным закономерностям.

Закономерностью является перерастание субъективного права в состояние притязания при неисполнении юридической обязанности. В данном случае можно наблюдать интересный переход, когда правовая энергия, движущаяся от права требования к юридической обязанности, при неисполнении последней получает как бы обратный ход, что и приводит к появлению в субъективном праве нового правомочия — притязания.

Весьма наглядно жесткие сцепления между правомочиями и обязанностями прослеживаются и в правоотношениях активного и пассивного типов, и в охранительных правоотношениях. В любом из правоотношений активного и пассивного типов одна из сторон (а в охранительном правоотношении обе стороны) совершает активные, положительные действия. Но в каждом из них это активное поведение опосредствуется таким своеобразным сочетанием правомочий и обязанностей, которое может быть охарактеризовано как своего рода закон для данного вида или типа правоотношений.

Каково соотношение между содержанием субъективного права и его осуществлением? Субъективное право предоставляет управомоченному лицу возможность выбора определенного правомерного поведения с целью достижения желаемого результата (блага), то есть «возможность потенциальную, лишь предоставленную, зафиксированную в законе». С момента реализации этих возможностей — совершения реальных, конкретных действий — начинается (возникает) осуществление субъективного права.

Соотношение между возможным поведением, составляющим содержание субъективного права, и поведением, составляющим содержание осуществления права, представляется, в первую очередь, как соотношение между потенциальной возможностью и действительностью («возможность реализующаяся»). Поэтому «осуществление субъективных прав и исполнение обязанностей — это проведение их в жизнь путем превращения в действительность возможности и необходимости определенного поведения сторон правоотношения».

В отличие от права как меры возможного поведения обязанность представляет собой должное поведение, которое превращается в действительное в зависимости от воли управомоченного осуществить свое право. Таким образом, может сложиться впечатление, что обязанность тоже является в известной мере возможностью, которая реализуется в действительности по воле управомоченного лица.

Это справедливо для некоторых видов правоотношений, в которых осуществление права полностью зависит от воли управомоченного. Однако во многих правоотношениях, особенно в том широком и важном круге правоотношений, который опосредствует управление экономикой и другими отраслями жизни общества, сложное переплетение взаимных прав и обязанностей побуждает управомоченного к реализации своего права. Следовательно, обязанность в подавляющем большинстве случаев представляет собой социальную реальность. Это находит свое отражение и в терминологии: говорят об осуществлении права и о выполнении обязанности.

Конечно, нельзя отрицать значения воли и при выполнении обязанности. В исполнение действий, составляющих содержание обязанности, может быть вложена инициатива, добрая воля, и, наоборот, выполнение обязанности может быть формальным, неадекватным. Наконец, возможны случаи уклонения от исполнения обязанности. Поэтому правовая норма призвана стимулировать заинтересованность обязанного лица в надлежащем исполнении обязанности.

Как правило, нарушение обязанности (ее невыполнение или ненадлежащее выполнение) влечет определенное правовое последствие — применение мер государственного принуждения. Однако опыт показывает, что наиболее эффективными оказываются те средства воздействия, которые создают заинтересованность обязанного лица в наилучшем выполнении обязанности. Так, меры поощрения, перспектива продвижения работника в зависимости от выполнения им своих трудовых обязанностей имеют существенное значение для их выполнения. Заинтересованность в выполнении обязанности может быть различной: для одних это материальное поощрение, для других — возможность продвижения на более интересную работу, хотя и не связанную с материальной выгодой, для третьих — условия для самостоятельного творческого труда и т. и.

Непосредственная, прямая связь права с точно отвечающей ему обязанностью характеризует далеко не все правоотношения. Вычленение данного правоотношения из системы взаимосвязанных правоотношений, в которых состоят участники данного правоотношения, также иногда препятствует развернутой характеристике их взаимных прав и обязанностей. Такое вычленение необходимо в процессе исследования для того, чтобы на простейшем примере установить некоторые общие закономерности. Но для более глубокого исследования важен учет влияния связи данного, конкретного правоотношения с другими правоотношениями.

В советской правовой науке различаются два вида связи прав и обязанностей: абсолютные права, при которых праву управомоченного лица противостоит обязанность неопределенного круга субъектов воздерживаться от нарушения права, и относительные права, при которых праву управомоченного лица противостоит обязанность конкретного лица или лиц совершить определенные действия или воздержаться от них. Это различие не является общепризнанным. Так, Д. М. Генкин, исходя из того, что субъективное право может существовать и вне правоотношения, относил право собственности именно к таким правам. Он возражал против конструирования понятия абсолютного права как права, реализуемого в правоотношении, считая, что для правоотношения требуется определенность участников правоотношения и его содержания.

Различение двух типов связи прав и обязанностей — абсолютного и относительного, активного и пассивного — имеет несомненное практическое значение, но представляет собой лишь первое приближение к классификации! связи прав и обязанностей и не охватывает всего богатства конкретных видов связи, не включаемых в традиционный тип абсолютных прав. Так, в некоторых отношениях управомоченное лицо может осуществить свое право, путем своих действий, не нуждаясь при этом в действиях других лиц. Областной финансовый отдел зачисляет в доход местного бюджета средства по закрепленным за ним доходным источникам; наниматель вправе произвести капитальный ремонт нанятого имущества и зачесть стоимость ремонта в счет наемной платы, если наймодатель не произвел своевременного ремонта. Можно привести и другие примеры, когда управомоченное лицо обладает фактической возможностью осуществить свое право собственными действиями и закон допускает такое осуществление. Исполнение обязанности воздерживаться от нарушения права реализуется в этаж случаях независимо от поведения обязанного лица. Несомненно, такой тип связи прав и обязанностей отличается от связи в правоотношениях, где управомоченный не может осуществить свое право без соответствующего действия обязанных лиц.

Взаимосвязь правоотношений, в которых одни и те же участники выступают в различном качестве, определяет и характер связи в каждом отдельном правоотношении. Так, субъективное право в правоотношениях между двумя организациями может выступать как освобождение от обязанностей одной из организаций, участвующей в другом правоотношении. Например, право потребителя отказаться от заключения договора да поставку излишней и ненужной продукции, закрепленное в положениях о поставках. Какая и чья обязанность корреспондирует этому праву? Рассмотрим этот пример для того, чтобы уяснить всю сложность данного правоотношения.

Наряд на поставку продукции является плановым актом, порождающим обязанность поставщика и потребителя заключить договор на условиях, установленных в наряде. Эти обязанность, осуществление которой обеспечивается правом обращения любой из сторон в арбитраж с требованием обязать другую сторону заключить договор. Право потребителя отказаться от заключения договора, если данная продукция ему не нужна, представляет собой, таким образом, право на освобождение от обязанности, которое обеспечивается тем, что, служит основанием для отказа в иске о заключении договора. Рассматриваемое право, как уже упоминалось, служит эффективным средством учета требования потребителей при формировании планов. Характер связи прав и обязанностей в рассматриваемых отношениях отличается большой сложностью и не может быть сведен к одному из указанных выше типов.

Сложные варианты связи прав и обязанностей возникают и при формировании портфеля заказов, в соответствии с которыми должны составляться производственные планы предприятий. Поясним конкретным примером. Предприятие, исходя из сложившегося технологического процесса, дает плановую заявку или заказ на необходимое ему электрооборудование. В соответствии с заявкой (заказом) предприятие-поставщик включает в свой план производство продукции, нужной для выполнения заказа (либо в соответствии с плановой заявкой планирующая организация дает задание предприятию-производителю). Однако к моменту заключения договора у потребителя внедрен новый, более совершенный технологический процесс и надобность в заказанном оборудовании либо отпала, либо существенно уменьшилась. Между тем поставщик произвел ряд затрат для выполнения заказа. Несомненно, с точки зрения интересов общественного производства гораздо целесообразнее и экономичнее обязать потребителя возместить, расходы, произведенные эвентуальным поставщиком, а не заставлять его получать и оплачивать ту продукцию, которая ему не нужна. Другое решение вопроса означало бы использование производственных мощностей и трудовых ресурсов поставщика для производства продукции, которая с самого начала окажется неликвидом.

Точно так же нельзя полностью освободить потребителя от ответственности за сделанный заказ или заявку. Сокращение сроков планирования, повышение его точности и обоснованности требуют и повышения ответственности за такие исходные для составления плана данные, как определение конкретной потребности.

Конструкция прав и обязанностей в отношении будущих действий и использование этой конструкции в нормотворческой и правоприменительной практике может иметь большой положительный результат для повышения ответственности за плановые заявки и заказы.

До сих пор рассматривались в порядке научной абстракции отдельно взятое право и точно соответствующая ему обязанность. Между тем в практике сложнейшая взаимосвязь явлений современной жизни определяет и характер связи отдельных прав и обязанностей. Некоторые нормы — главным образом технические — содержат определенное правило, соблюдение которого является строго определенной, однозначной обязанностью каждого осуществляющего данный вид деятельности. Так, правила движения, техники безопасности, бухгалтерского учета, кассовых операций и хранения денежных средств возлагают определенные обязанности, нарушение которых влечет за собой ту или иную ответственность. Право контроля является вместе с тем и обязанностью органов государства и должностных лиц. Нарушение правил само по себе служит основанием для применения соответствующих мер воздействия, определенных законом. Вместе с тем соблюдение или нарушение правил служит критерием оценки поведения в другом правоотношении. Так, нарушение правил техники безопасности, даже если оно не повлекло никаких последствий, может быть основанием для административного взыскания, смещения с должности или даже увольнения лица, ответственного за нарушение. Строгое соблюдение водителем автомашины всех правил движения может служить основанием для освобождения его от уголовной ответственности при несчастном случае. Запущенность бухгалтерского учета, нарушение правил кассовых операций — основание для административного взыскания или увольнения виновных лиц даже тогда, когда в результате таких действий никаких хищений или других нарушений сохранности социалистической собственности не произошло. Если же хищения имели место, то несоблюдение правил учета является основанием для применения мер уголовной ответственности к виновным даже в том случае, если они непосредственно не принимали участия в хищении.

Во всех рассматриваемых случаях точно и однозначно определены права и обязанности участников; органы, призванные контролировать выполнение обязанностей меры ответственности. Но в очень широком круге отношений связь прав и обязанностей гораздо сложнее. Не всегда определенному праву соответствует точно определенная обязанность.

В весьма широком круге случаев, когда — то или иное лицо или коллектив выступает участником различных правоотношений, осуществление прав или выполнение обязанности в одном правоотношении является вместе с тем элементом другого правоотношения. Выше приводился пример, когда предприятие вправе требовать заключения договора. Это право является вместе с тем выполнением обязанности, возникающей из акта планирования. Осуществление должностным лицом права контроля за деятельностью подчиненной организации будет одновременно его обязанностью в отношениях, связанных с выполнением служебных функций. Право потребителя отказаться от поставленной ему нестандартной продукции есть его обязанность, установленная законодательством о стандартизации. Такая связь отражает богатство и разносторонность реальных конкретных связей. Вместе с тем она способствует сочетанию различных средств воздействия на поведение участников отношений.

Многослойность, взаимное переплетение прав и обязанностей в реальной жизни ставят важную задачу взаимной согласованности средств воздействия на поведение, применяемых нормами различных отраслей права, регулирующих всевозможные аспекты одного комплекса общественных отношений.

В некоторых случаях сочетание прав и обязанностей, интересов управомоченных и обязанных не создает эффективного стимула для того, чтобы данное поведение дало оптимальный для общества результат.

Значение определения управомоченного лица, заинтересованного в надлежащем исполнении обязанностей,— одно из средств повышения общественной эффективности того или иного вида деятельности. Поясним примером. Ряд нормативных актов обязывает строительные организации сдавать законченный объект, полностью отвечающий всем предъявляемым требованиям. Выделяются специальные комиссии для приемки законченных объектов. Устанавливается строгая ответственность за сдачу объектов с недоделками. Тем не менее, чаще случается что жильцы, въехавшие в новые дома, вынуждены за свой счет, кустарным способом устранять серьезные недоделки во внутренней отделке, санитарной технике, благоустройстве территории и т. п. Предприятия иногда вынуждены затягивать пусковой период из-за необходимости исправить то, чего не сделали или что ненадлежащим образом сделали строители. Почему же столь строгие требования к качеству строительных работ и контролю за выполнением всех необходимых требований к законченному объекту не всегда соблюдаются?

Несомненно, при грандиозном размахе строительства в нашей стране, при тех огромных задачах, которые возложены на строительную индустрию, наличие отдельных грехов может быть в известной мере объяснено. Но несомненно, что правильное распределение прав и обязанностей, участие непосредственно заинтересованных в завершении и качестве строительства организаций, эффективные санкции за нарушение требований могут сыграть большую роль в решении важнейшей задачи повышения качества строительства.

Рассмотрим, например, как идет приемка вновь возведенных жилых домов. Строительные организации, как известно, имеют напряженные планы, от выполнения которых зависит оценка их работы, их финансовое положение. Они заинтересованы в том, чтобы как можно скорее сдать законченный объект, получить акт приемки, хотя: очень многое еще не завершено («недоделки»). Приемочная комиссия также заинтересована в том, чтобы поскорее принять объект и заселить дом лицами, для которых предназначены квартиры. Размеры «освоенных» новых домов, жилых помещений, предоставленных гражданам, имеют немаловажное значение в оценке деятельности комиссии. Все эти стимулы настолько сильны, что всякие «мелочи» вроде неблагоустроенной территории, недостатков внутренней отделки, сантехники и т. п. представляются незначительными и легко исправимыми. Между тем возложение исправления и завершения всего, что должны были сделать строители, на ЖЭК и главным образом на жильцов с точки зрения всего народного хозяйства неэкономно и нерационально. Немаловажное значение имеет и то, что на этой почве создается возможность для всякого рода частного предпринимательства, нередко граничащего с уголовно наказуемой деятельностью.

Читайте также:  Медкомиссия на права какое должно быть зрение

При приемке объектов промышленного строительства заказчик также оказывается иногда вынужденным принять не полностью завершенный объект, с тем, чтобы заканчивать его своими силами.

Детальный анализ прав и обязанностей заказчика и подрядчика, стимулов, мотивирующих их поведение, позволит использовать такие правовые средства, которые способствовали бы строгому выполнению закона. Так, в комиссии по приемке следовало бы шире включать представителей лиц, непосредственно заинтересованных в эксплуатации законченного объекта. Эффективным средством могло бы стать предоставление заказчику права своими средствами произвести все, не выполненные строителями работы за счет подрядчика. Причем стоимость этих работ подлежала бы бесспорному списанию со счета подрядчика и отражалась бы на поощрительных фондах в сторону их соответствующего уменьшения.

В пределах настоящей работы трудно предложить детально разработанное решение конкретного практического вопроса. Приведенный же пример свидетельствует о том, что в процессе правового регулирования тщательный анализ связи прав и обязанностей не только в данном правоотношении, но и с учетом взаимосвязанных отношений дает возможность определить наиболее эффективные стимулы воздействия на поведение.

Рассмотрение связи прав и обязанностей дает возможность установить некоторые критерии определения правильности модели, ее соответствия тем целям, на достижение которых направлена норма, реализуемая в данном правоотношении. К таким критериям относятся:

  • а) точное определение участников правоотношения — управомоченного и обязанных лиц;
  • б) такое распределение их прав и обязанностей, которое обеспечивает строгую их согласованность, корреляцию, учет прав и обязанностей, возникших из других правоотношений, но связанных с данным правоотношением;
  • в) установление правовых средств, которыми располагает управомоченный для осуществления своего права и принуждения обязанного к надлежащему исполнению его обязанностей;
  • г) определение органов государства, призванных обеспечить надлежащее осуществление прав и выполнение обязанностей;
  • д) определение в ряде отношений специфических средств взаимодействия права и средств общественного воздействия для обеспечения надлежащего выполнения обязанностей и осуществления прав.

Не для каждой модели обязательно соблюдение всех указанных требований, однако в подавляющем большинстве случаев для эффективности модели они необходимы.

Соотношение прав, свобод и обязанностей

Говоря о соотношении прав, свобод и обязанностей следует отметить, что права, свободы и обязанности выступают как некое единое целое, что обусловлено единством исходных принципов, прежде всего, равноправия и социальной справедливости вытекающих из теории естественного права.

В системе права конституционные права, свободы и обязанности занимают свое особое место и представляют собой самостоятельный институт.

Как особый государственно-правовой институт основные права, свободы и обязанности обладают рядом таких свойств, признаков, которые выделяют их из всей системы прав, свобод и обязанностей граждан и обусловливают их определяющую роль в оформлении правового статуса личности в демократическом обществе и государстве.

Основные права, свободы и обязанности образуют общественно-правовой институт, но они расходятся относительно его содержания. Если большинство ученых считают, что в этот институт следует включать все записанные в конституции права, свободы и обязанности гражпан, то некоторые, напротив, полагают, что к нему относятся не все, а лишь те права, свободы и обязанности, которые непосредственно связаны с функционированием государственной власти. По моему мнению, конституционные права, свободы и обязанности в совокупности составляют государственно-правовой институт, потому что все они закрепляют место человека, его положение в обществе и государстве. Конституционные права, свободы и обязанности фиксируют правовое положение граждан не в целом, а лишь его основы. Следовательно, всем им и каждому из них в науке конституционного права могут даваться лишь общая характеристика и оценка.

Вывод о том, что все взятые вместе основные права, свободы и обязанности образуют единый конституционно-правовой институт, имеет важное теоретическое и практическое значение, так как он позволяет взглянуть на них как на нечто целостное, обладающее специфическими признаками и свойствами системы. Конституционные права, свободы и обязанности рассматриваются как основополагающие. Основными конституционными правами, свободами и обязанностями являются не только по форме, поскольку они закреплены в Основном законе Российского государства, но и по содержанию.

Рассуждая о единстве прав и обязанностей,на мой взгляд,следует отметить характеристику, данную Н.И. Матузовым. По его мнению, единство прав и обязанностей выражается: в их одинаковой социально-политической однородности, одинаковой значимости и ценности; в их юридической согласованности; в диалектическом взаимодействии как парных категорий; в однозначности роли как определителей вида и меры поведения субъектов; невозможности раздельного (независимого) функционирования и реализации; в общности целей, путей, задач развития; в гарантированности со стороны государства и одинаковой заинтересованности в осуществлении и тех и других.

Таким образом, права, свободы и обязанности тесно взаимосвязаны и должны корреспондировать между собой. Это можно подкрепить утверждением, что нет прав без обязанностей и обязанности, без прав.

Точки зрения на соотношение прав и обязанностей

В результате изучения данной главы студент должен:

знать

• систему конституционных прав;

• политические конституционные права;

• экономические конституционные права;

• личные конституционные права;

• социально-культурные конституционные права;

• гарантии конституционных прав;

уметь

• соотносить понятия человека, личности и гражданина;

• определять правовой статус гражданина;

• устанавливать нормативные правовые акты, регулирующие вопросы гражданства;

• определять систему прав и их конституционные гарантии;

владеть навыками

• выявления разных типов конституционных прав;

• определения гарантий и механизмов реализации конституционных прав.

17.1. Правовой статус личности

Правовой статус – совокупность различных прав и обязанностей субъектов, закрепленных нормами всех отраслей права.

Совокупность конституционных норм, закрепляющих положение человека и гражданина в российском обществе и государстве, объем его прав, свобод и обязанностей образуют конституционный статус личности в Российской Федерации.

Наряду с названными понятиями существует понятие правового положения человека и гражданина, которое представляет собой совокупность реализуемых прав, свобод и обязанностей, тогда как правовой статус образуют нормы права, не все из которых реализуются субъектами.

Правовое положение – это те права и обязанности, которые осуществляются их носителями в форме правоотношений.

Основу конституционного статуса человека и гражданина составляют такие принципы, как равенство всех перед законом, неотчуждаемость прав человека, уважение и соблюдение чужих прав и свобод, гарантированность прав и свобод государством.

Конституционный статус включает в себя конституционные права, свободы и обязанности личности. Наиболее сложным является соотношение прав и свобод. По этому вопросу существуют две точки зрения. Согласно одной из них, названные понятия тождественны, согласно другой – различны. Их разделение построено с учетом деления правоотношений на относительные и абсолютные.

Конституционные права – это такие юридически признанные возможности человека избирать вид и меру своего поведения, которые могут быть реализованы только при условии исполнения соответствующей (корреспондирующей) юридической обязанности государства в лице государственных органов, должностных лиц, а также других субъектов права (например, право на охрану здоровья). Права соответствуют относительным правоотношениям.

Конституционные свободы – это такие правомочия индивида, которые он может реализовать самостоятельно, не вступая в правоотношения с другими субъектами (право на жизнь и т.п.). Реализация индивидом свобод предполагает лишь невмешательство со стороны других субъектов, т.е. они должны воздерживаться от деяний, препятствующих осуществлению свобод.

Конституционные обязанности – это предписанные и закрепленные в Конституции определенные вид и мера необходимого (должного) поведения (обязанность сохранять окружающую среду и т.п.).

На территории РФ находятся лица, имеющие различный правовой статус. Это граждане Российской Федерации, граждане иностранных государств, лица, не имеющие гражданства, лица с двойным гражданством. Конституция РФ учитывает особенности названных категорий граждан, но при этом исходит из того, что государство должно обеспечить достойные условия жизни и уважительное отношение к любому человеку как к личности, гарантировать защиту его жизни и достоинства.

В Конституции РФ закрепляется совокупность прав человека, определенных в нормах международного права и общепризнанных мировым сообществом, минимум социальных благ и свобод, необходимых для достойного существования любого лица, находящегося на территории РФ.

Правовой статус личности и гражданина

Соотношение прав, свобод и обязанностей человека и гражданина

Каждый человек, где бы он ни находился, имеет право на признание его правосубъектности.

Всеобщая декларация прав человека.

Современный период развития общества характеризуется качественно новым состоянием, которое определяется как процесс глобализации — всемирный процесс, объединяющий национальные образования в единую мировую систему. Глобализация предполагает сближение национальных правовых систем, создание единых правовых стандартов, прежде всего в сфере защиты прав человека. В условиях глобального мира права, свободы, обязанности человека и гражданина занимают основное по важности место по сравнению с другими правовыми явлениями.

Сегодня признание и юридическое защищенность прав и свобод человека и гражданина справедливо считается главным признаком правового государства. Именно по этому признаку современная демократия отличается от своих исторических прототипов, становится более взвешенной и гуманной. Статья 4 Конституции Украины прямо определяет, что человек, его жизнь и здоровье, честь и достоинство, неприкосновенность и безопасность признаются в Украине наивысшей социальной ценностью; права и свободы человека и гарантии по ним определяют содержание и направленность деятельности государства; государство отвечает перед человеком за свою деятельность; утверждение и обеспечение прав и свобод человека является главной обязанностью государства.

Каждый человек имеет право на эффективное восстановление в правах компетентными национальными судами в случаях нарушения его основных прав, предоставленных ему конституцией или законом.

Всеобщая декларация прав человека.

В любой демократической, правовой, социальной государству права и свободы человека и гражданина составляют важнейший социальный и политико-юридический институт, объективно является измерением достижений этого общества, показателем его зрелости, цивилизованности. Он является средством доступа личности к духовым и материальных благ, механизма власти, законных форм волеизъявления, реализации своих интересов. Наряду с этим, это обязательное условие совершенствования самого индивида, укрепления его статуса, достоинства.

Сейчас почти все исследователи в этой области едины в том, что права и свободы человека и гражданина имеют естественный характер, то есть предоставлены индивиду от рождения; государство же должно признавать неотделимость этих прав от человека и закреплять их нормативно с целью большей обеспеченности и реализации последних участниками общественных отношений.

По мнению ученых, права — это определенные возможности человека, то есть его способности действовать определенным образом или воздерживаться от определенных поступков с тем, чтобы обеспечить себе должное существование, развитие, удовлетворение тех потребностей, которые сформировались. Права человека понимаются в общепризнанном для личности юридическом смысле как право на жизнь и здоровье, право на честь и достоинство, право на неприкосновенность и безопасность, право на свободу слова, право на творчество, право на свободу получения и использования информации, право на частную жизнь.

Таким образом, права и свободы человека можно определить как систему естественных неотчуждаемых от лица возможностей, которые нужны ей как для удовлетворения своих жизненно необходимых потребностей и интересов, так и для духовного роста. В свою очередь, понятие прав и свобод гражданина определим как систему закрепленных в национальном законодательстве естественных неотчуждаемых от лица возможностей, необходимых ей для нормальной жизнедеятельности и развития.

Каждый человек имеет обязанности перед обществом, в котором только и возможно свободное и полное развитие его личности.

При осуществлении своих прав и свобод каждый человек должен подвергаться только таким ограничениям, какие установлены законом исключительно с целью обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других и удовлетворения справедливых требований морали, общественного порядка и общего благосостояния в демократическом обществе.

Осуществление этих прав и свобод ни в коем случае не должно противоречить целям и принципам Организации Объединенных Наций.

Всеобщая декларация прав человека.

Отношения между человеком и государством не могут быть односторонними, исчерпываться вопросами о правах человека, — они требуют выполнения человеком и гражданином определенных обязанностей перед государством и обществом. Не может быть с точки зрения современных критериев гуманизма и социальной справедливости как обязанностей без прав, так и прав без обязанностей. Именно права и свободы человека и гражданина, с одной стороны, и обязанности человека и гражданина — с другой, в органическом единстве составляют такую юридическую конструкцию, как правовой статус. Итак, обязанность человека и гражданина — это юридическое признание необходимости определенной его поведения, обусловленное потребностями существования и развития других людей, государства и общества.

Правовой статус личности и правовой статус гражданина могут существовать отдельно (например, когда лицо является иностранцем или не имеет гражданства), а также могут совпадать — при наличии гражданства в лица или когда государство гарантирует реализацию провозглашенных обществом ценностей.

Место человека в обществе, а гражданина в государстве определяется реальностью предоставленных им прав и обязанностей. Характеристика соотношения правового статуса личности и правового статуса гражданина определяет особенности положения человека в государственно организованном среде. Отметим, что категории «правовой статус лица» и «правовой статус гражданина» имеют самостоятельный характер, а их взаимодействие основывается, во-первых, на неразрывности общества и государства, а во-вторых — на совместных и особых признаков приведенных юридических понятий.

Читайте также:  Подкорковые центры зрения в среднем мозге

Общие черты подчеркивают производный характер этих категорий и их зависимость от уровня организованности систем, которые гарантируют. Как правовой статус лица, так и правовой статус гражданина:

• характеризует правовое положение единственного субъекта — человека;

• имеют единый смысл;

• определенным образом установлены и закреплены;

• основанные на гуманистических принципах и общечеловеческих ценностях;

• отражают уровень развития общества и государства и определяют его,

• гарантированы системой средств;

• имеют общую цель — упорядочение отношений между людьми и взаимодействие индивида и социальной системы (нации, народа, общества, государства);

• имеют определенную структуру, характеризующуюся определенной взаимодействием компонентов.

Правовой статус лица — это система закрепленных в нормативно-правовых актах и гарантированных государством прав, свобод, обязанностей, ответственности, в соответствии с которыми индивид как субъект права (т.е. имеющий правосубьектнисть) координирует свое поведение в обществе. Центром правового статуса личности является ее юридически закрепленное положение в обществе и государстве.

Каждый человек, для определения его прав и обязанностей и для установления обоснованности предъявленного ему уголовного обвинения, имеет право, на основе полного равенства, на то, чтобы его дело было рассмотрено гласно и с соблюдением всех требований справедливости независимым и беспристрастным судом.

Всеобщая декларация прав человека.

По характеру правового регулирования различают три вида правового статуса: 1) общий (конституционный) — правовой статус, предусматривающий основные конституционные права и обязанности гражданина; 2) специальный (коллективный) — правовой статус, который предоставляется отдельным группам лиц и граждан; 3) индивидуальный (персональный) — правовой статус, который предоставляется отдельному лицу или гражданину правоприменительными актами. Все указанные правовые статусы связаны между собой. Например, лицо может быть одновременно гражданином Украины (общий правовой статус), преподавателем в вузе (специальный правовой статус, предусмотренный Законом Украины «О высшем образовании» от 01.07.2014 № 1556-VII), Героем Украины (индивидуальный правовой статус, который предоставляется лицу правоприменительным актом — Указом Президента Украины).

По субъектному составу различают следующие правовые статусы:

а) физические лица — гражданин Украины, лицо без гражданства (апатрид), лицо с двойным гражданством (бипатрид), иностранец, беженец и др .;

б) должностные и служебные лица — прокурор, судья, министр, председатель государственного комитета, депутат и др .;

в) лица, имеющие особый специальный статус с учетом специфики их полномочий и опасные условия труда (разведчики).

26. Соотношение права и моральных норм

Единство права и морали

• Они представляют собой разновидности соц. норм. У них единая нормативная основа.

• Преследуют одни и те же цели и задачи

• У них один и тот же О регулирования – обеств. отношения

• Они в качестве нормативных явлений определяют границы должных и возможных поступков, служат средством выражения и гармонизации личных и обществ. отношений

• Право и мораль выступают в качестве показателей соц. и культурн. прогресса общ-ва

Отличия права и морали

1. По способу их установления, формирования.

• Право – уст. гос-вом. Выражает не просто волю народа, а его гос. волю

• Мораль – возникает и развивается спонтанно, в процессе практической деятельности людей.

2. По методам их обеспечения

• В праве заложен принудительный характер, и опирается на силу гос-ва

• Мораль не опирается на силу гос-ва. Нарушение НМ не влечет за собой вмешательства гос. органов

3. По форме фиксации

• ПН закрепляются в спец. актах

• НМ содержатся в сознании людей

4. По характеру и способам их воздействия на сознание и поведение людей

• Право регулирует отношения с точки зрения их Юр. прав и обязанностей

• Мораль с точки зрения добра и зла

5. По характеру и порядку ответственности за нарушения

• Нарушение НП влечет за собой юр. ответственность, реакцию гос-ва.

• Нарушение НМ влечет моральное осуждение

6. По сферам действия

• Право регуль. особо важные области обществ. жизни

• Мораль – все остальные

28. Понятие признаки нп. Виды нп

Норма права- волевое общеобязательное, формально определенное правило поведения, регулирующее обществ. отношения путем предоставления прав и возложения обязанностей, соблюдение которого обеспечено возможностью гос. принуждения.

1. Формальная определенность

2. Общий характер т.е НП это правило поведения

3. Общеобязательность – распространяется на всех, кто вступает в ее сферу действия

4. Многократность действия

6. Гарантированность со стороны гос-ва

7. Госуд-властный характер т.е НП –властное предписание, гос-во устанавливает, что явл. правомерным, а что нет

8. Предписательно-обязывающий характер

9. Системна – находится в определенной организации

Также НП имеет ряд особенностей:

1. НП регулирует не все, а наиболее важные общ. отношения для жизни общ-ва. Регуль. этих отношений осущ. на гос-политич. уровне.

2. В НП закрепляются, как правило, уже сложившиеся повторяющиеся общ. отношения. Но НП могут и также программировать развитие отношений.

3. НП – модель регулируемых общ. отношений, которые желательны

4. НП обладают определенной сущностью, имеют конкретную форму и содержание.

29. Виды и Нормы Права

1. По предмету правового регуль:

? Императивные — строго регулируют общественные отношения, не допуская отклонений от предусмотренного поведения

? Диспозитивные — позволяют участникам общественных отношений самостоятельно выбирать варианты своего поведения, не выходя при этом за рамки закона

? рекомендательные — закрепляют правила поведения желательного для гос-ва

? поощрительные — закрепляют меры поощрения, стимулирующие субъектов права к наиболее активному правомерному поведению

2. По характеру предписаний:

? материальные — устанавливают правила поведения субъектов, закрепляют их права и обязанности

? процессуальные — устанавливают процедуру и порядок применения правил

3. По времени действия

4. По кругу лиц, на которых распространяется действие нормы

5. По сфере действия

• Общего действия — имеют широкое распространение в рамках всего гос-ва

• Ограниченного действия — ограничиваются территорией в рамках гос-ва, указанной в самом нормативном правовом акте

• Локальные — в рамках отдельных организаций , учреждений, предприятий

6.Исходя из выполняемых функций

? регулятивные — направлены на регулирование общественных отношений возникающих между различными субъектами права в рамках правомерного поведения. Могут иметь управомочивающий (предоставлять субъектам определённые права), обязывающий (возлагать на субъектов определенные позитивные обязанности ) или запрещающий характер

? охранительная — охрана существующих общественных отношений и закрепляю меры гос принуждения которые применяются в связи с противоправным поведением субъектов

? специальные — нормы которые выполняют особые функции в правовом регулировании создавая необходимые условия для полноценного функционирования регулятивных и охранительных норм права.

Соотношение гражданской правоспособности и субъективных прав

Вопросу соотношения гражданской правоспособности и субъективных гражданских прав уделено значительное внимание в научной литературе. Вместе с тем, какого-либо однозначного решения не найдено, что подтверждается наличием совершенно противоположных точек зрения о природе правоспособности и ее соотношении с субъективными правами.

В целом сложилось два основных подхода к соотношению правоспособности и субъективных гражданских прав: 1) некоторые субъективные права являются элементами правоспособности; 2) субъективные права не могут входить в содержание правосубъектности или правоспособности.

Сторонники первого подхода, не отвергая общепризнанное мнение о самостоятельности субъективных гражданских прав, предложили считать некоторые из них элементами правоспособности (право на совершение сделок , на приобретение имущества в собственность , на труд, на образование, на обеспечение в старости , на обращение в суд и др.).

М.М. Агарков отмечал, что слово «право» мы можем использовать для тех или иных проявлений правоспособности – право совершать договоры, составлять завещания, расторгнуть договор, произвести зачет и т.п. .

Многие из перечисленных гражданских прав носят конституционный характер. Н.И. Матузов, сторонник второй точки зрения, указал, что конституционные права – «это субъективные права, особый их вид, а не правоспособность и не нормы объективного права» .

В рамках первого подхода правоспособность зачастую характеризуют как особое субъективное право, тем самым выстраивая конструкцию «право на право» .

На противоречивость такой позиции обратила внимание Е.А. Флейшиц: «Определенные по содержанию права не могут быть «элементами» правоспособности, остающейся абстрактной возможностью правообладания» . Р.О. Халфина рассматривает как разнопорядковые явления «абстрактную возможность, которая может никогда не осуществиться в действительности, и реальное право, осуществление которого зависит от воли управомоченного» .

Возможность и действительность обладания субъективными правами и несения обязанностей образуют первое основание к разграничению правоспособности как абстрактной способности и субъективного права как конкретной возможности.

По мнению Д.М. Чечота, «абстрактная способность к правообладанию связана с тем, что закон не указывает конкретного субъекта и конкретный вид субъективных прав, которые он может приобрести, а конкретность – с тем, какие виды субъективных прав может, а какие не может приобрести субъект» .

Однако здесь автор допускает ошибку, смешивая признаки юридического понятия как такового с качествами, присущими явлениям правовой действительности. Любое юридическое понятие должно быть конкретно, иначе нельзя установить его роль в правовом регулировании.

К социальному благу, по поводу которого возникает субъективное право, непосредственно обращен интерес управомоченного лица. В отечественной литературе сложились две противоположные точки зрения о соотношении этих категорий.

По мнению одних ученых, интерес не входит в содержание субъективного права, не является его сущностью . Другие авторы рассматривали интерес как элемент содержания субъективного права .

Также высказывались мнения, что субъективное право может существовать при отсутствии интересов, что можно оставаться носителем права даже вопреки собственному интересу . Такая трактовка нам кажется неверной, поскольку если закон идет против воли лица, то речь необходимо вести не о праве, а об обязанности. По замечанию В. Буркхардта, субъективное право, которое управомоченный должен осуществить, уже не право, а обязанность .

Интерес выступает явлением социальной, а не правовой реальности, поскольку может существовать без субъективного права. По этой причине мы поддерживаем сторонников первой точки зрения и считаем, что интерес должен находить отражение в субъективном праве, но не выступать его элементом.

Для правоспособности же определить только ей присущий интерес нельзя, так как интерес связан с социальным благом, а обладание правами само по себе благом не является. В противном случае получается, что объективное право существует ради себя самого, а не для регулирования тех общественных отношений, в связи с которыми оно возникает.

Следует согласиться с Н.И. Матузовым в том, что правоспособность «не обеспечивает сама по себе никакого реального блага, а служит лишь предпосылкой правообладания» .

Таким образом, с интересом лица связано только субъективное право, правоспособность не связана с каким-либо интересом. Это второе основание к разграничению данных понятий.

Субъективное право и правоспособность многими определяются через понятие «возможность», однако в последнем случае прибегают также к термину «способность» . В п. 1 ст. 17 ГК РФ закреплено понятие гражданской правоспособности как «способности иметь гражданские права и нести обязанности».

Н.И. Матузов, определяя правоспособность как «… общественно-правовое свойство лица, выражающее его способность быть носителем (обладателем) предусмотренных законом прав и обязанностей», отмечает, что в правоспособности заключена и правовая возможность (возможность иметь право, быть его носителем, обладателем – «право на право») .

В более поздней работе он подчеркивает, что «главное в правоспособности – не права, а принципиальная возможность или способность иметь их» .

Другие авторы предлагают понятие «правоспособность» заменить на «правовозможность», так как первое раскрывает только личные качества индивида, а второе содержит в себе субъективный и разрешительный элементы, вытекающие из существующего порядка в обществе . Данное предложение не выглядит убедительным. «Разрешительный элемент», который усмотрели авторы, характерен для всех правовых отношений, и есть не что иное, как необходимое свойство нормы права.

В Толковом словаре русского языка слово «способность» имеет два значения: «1) природная одарённость (курсив наш – К.К.), талантливость; 2) умение, а также возможность производить какие-нибудь действия» . «Возможность» определяется как: «1) то, что может (курсив наш – К.К.) произойти, мыслимое, осуществимое, допустимое; 2) средство, условие, обстоятельство, необходимое для осуществления чего-нибудь» .

Для способности характерны «наличность», «данность», для возможности – «условность», «вероятность». Если для субъективного права определяющим выступает возможное поведение (активная сторона правовой личности), то для правоспособности никакого поведения не требуется (пассивная сторона правовой личности). Правоспособность – это то, чем право «одаряет» индивида. Условность такого дара в том, что от него невозможно отказаться: п. 3 ст. 22 ГК РФ не допускает полный или частичный отказ от правоспособности.

Расширение объема правоспособности невозможно вне реализации субъективных прав . Раз возникнув по указанию закона, в дальнейшем она может изменяться и самим лицом, действующим в рамках того или иного субъективного права.

О.С. Иоффе отмечал, что «правосубъектность… исчерпывается… мерой дозволенного данному лицу поведения. Субъективное право включает в себя не только меру дозволенного поведения, но и возможность требовать определенного поведения от обязанных лиц» .

Концепцию О.С. Иоффе поддержал Д.М. Чечот . Н.С. Малеин в свою очередь отметил, что если правосубъектность (или правоспособность) не предоставляет возможности требовать определенного поведения (от других…), то, очевидно, она утрачивает юридическое качество…, перестает быть правом» .

Если придерживаться позиции данных авторов и считать включенными в правоспособность меру дозволенности самого управомоченного лица или его возможность требовать определенного поведения от обязанных лиц, как отличить ее от субъективного права?

Читайте также:  Интраокулярная коррекция зрения что это такое

Это значит, что определенные варианты поведения получат отражение и в правоспособности, и в субъективном праве, а для защиты интересов лица придется выбирать между защитой правоспособности и субъективного права. Если придерживаться данной позиции, вопрос не получит удовлетворительного решения, так как право и правоспособность будут выполнять одни функции.

Все-таки более правильным было бы считать, что мера дозволенного поведения – это содержание субъективного права, а не правоспособности. Если правоспособность и подразумевает возможность поведения, то только в том смысле, что такая возможность появится с момента возникновения у лица субъективного права.

Таким образом, активное поведение лица в рамках субъективного права и пассивное поведение в рамкахправоспособности – это третье основание к их разграничению. Термины «возможность» и «способность» отражают данные отличительные признаки, а потому определение правоспособности как «возможности» представляется нам неправильным.

Защита субъективного права и правоспособности также имеет свои отличительные особенности. Поскольку признание правоспособности зависит не от других лиц, а от государства , она не может быть нарушена другими участниками гражданских отношений .

Например, если право собственности организации подверглось нарушению со стороны третьих лиц, это не означает, что нарушена ее способность иметь имущество в собственности.

Субъектами нарушения правоспособности выступают государственные образования или их органы. Органы муниципальных образований не могут выступать субъектами таких нарушений, поскольку их акты не должны содержать норм гражданского законодательства (ст.3 ГК РФ). При оспаривании незаконного акта муниципального образования защищается субъективное право, а не правоспособность.

Если акт государственного образования противоречит Конституции РФ, то защита права осуществляется в порядке конституционного судопроизводства. Если же имеет место несоответствие норме закона, то заявление может быть направлено в суд общей юрисдикции или арбитражный суд .

В любом случае мы исходим из того, что правоспособность надлежащим образом установлена нормативным актом, имеющим большую юридическую силу, иначе придется признать, что лицо осуществляет защиту на основании одной лишь социальной, а не правовой власти. Однако предъявить требование в рамках закона в таком случае не представляется возможным.

В иной форме правоспособность нарушена быть не может, в том числе при наличии правового акта индивидуального характера или постановления суда. В первом случае может быть нарушено только право лица. Во втором – как право субъекта, так и его дееспособность при необоснованном ограничении (лишении) последней .

Д.М. Чечот отмечал, что «судебная форма защиты может применяться только в отношении субъективного права или охраняемого законом интереса и не может в отношении иных прав, не достигших степени субъективного права (правоспособность, правовой статус, компетенция)» .

В настоящее время данный вывод утратил свою актуальность, поскольку процессуальное законодательство допускает обжалование нормативных правовых актов в суде.

Защита правоспособности и защита субъективного права имеют существенные отличия, определяемые характером возможных нарушений, и это четвертое основание к их разграничению.

Итак, проведенный анализ позволил установить основные отличия правоспособности и субъективного права.

Соотношение понятий «правосубъектность», «правоспособность» и «субъективное право»

Рождаясь, человек попадает в мир созданного до его рождения объективного права, сам по себе факт рождения наделяет его правосубъектностью, правовой статус данного человека определяет его как носителя всех естественных неотчуждаемых гражданских прав, а также правовых возможностей, выработанных соответствующей правовой системой. Иначе говоря, правосубъектность – неотъемлемый элемент любой личности, включая ребенка, государство в виде норм объективного права и идей естественного права наполняет правосубъектность определенным содержанием, закрепляя правовой статус личности.

А.В. Мицкевич полагает тождественными такие понятия как «правосубъектность», «правовой статус», «правовое состояние» лица, относя их к разновидности юридических фактов. Содержание же правосубъектности, по мнению данного автора, составляет совокупность общих прав и обязанностей (правоспособность), а также определенных по содержанию прав и обязанностей, непосредственно вытекающих из действующих законов[1].

Г.В.Мальцев отождествление правосубъектности с правовым статусом личности считает ошибочным, «затрудняющим поиск исходной общеправовой категории, с которой собственно начинается процесс реализации прав и обязанностей».[2] Под правовым статусом лица автор предполагает совокупность субъективных прав и обязанностей, правоспособность определяет как способность осуществлять последние при конкретных обстоятельствах. При этом правовой статус субъекта права наряду с правоспособностью и дееспособностью автор включает в состав правосубъектности.

Е.А. Чефранова разделяет правовой статус и правосубъектность следующим образом: «Правовой статус и правосубъектность характеризуют граждан как субъектов права с различных сторон: правовой статус определяет границы правомерного поведения, меру поведения по пользованию материальными и духовными благами, а правосубъектность указывает на закрепленную правом способность лица к сознательному поведению в рамках, границах правового статуса. Только обладая качеством правосубъектности, субъект может быть носителем правового статуса, может пользоваться им»[3].

Заслуживает внимания точка зрения Н.В. Витрук: «показывая отличие правосубъектности от правового статуса, а значит, и от составляющих его элементов — прав, свобод и обязанностей, следует, однако, подчеркнуть, что самостоятельность указанных явлений нельзя назвать абсолютной. Правосубъектность в отрыве от правового статуса в целом не существует. При этом их связь носит конкретизированный (отраслевой) характер… Правосубъектность — самостоятельная правовая категория, существующая наряду с правами и обязанностями и свидетельствующая о правовой способности лица иметь права и обязанности, быть их носителем на любой стадии их проявления, в том числе самостоятельно (своими действиями) либо через законных представителей приобретать, осуществлять, изменять и прекращать, а также отвечать за неправомерную реализацию и исполнение. Правосубъектность в целом показывает способность к сознательному поведению в границах правового статуса. Правовой статус — это самостоятельное явление, отличное от правосубъектности. Правовой статус очерчивает границы возможного и необходимого поведения личности, определяет меру пользования конкретными материальными и духовными благами через указание прав, свобод, обязанностей и законных интересов во всех областях общественных отношений. Таким образом, правосубъектность и правовой статус в их неразрывном единстве с разных сторон характеризуют личность как субъект права»[4].

Многие авторы склоняются к тому, что категория «правосубъектность» является излишней в терминологическом аппарате юридической науки. Так, С.Н. Братусь понятия правосубъектности и правоспособности полагал идентичными[5]. Аналогичной точки зрения придерживались А.В. Венедиктов[6], Н.Г. Александрова, А.Г. Потюкова[7]. Смешивая понятия правосубъектности и правоспособности, учитывая то обстоятельство, что из буквального толкования ч.ч. 1 и 3 ст. 22 ГК РФ законодатель допускает ограничение или отказ гражданина от правоспособности, в порядке и случаях, установленных законом, получаем возможность утраты лицом присущей ему правосубъектности.

Аналогичное мнение высказал Н.И. Матузов, указав, что лучше вообще не вводить категорию правосубъектности, поскольку «это осложняет и без того сложные вопросы и ведет к новым излишним спорам и дискуссиям»[8]. Отрицают самостоятельность понятия «правосубъектность» Н.А. Чечина и В.И. Корецкий, мотивируя свою точку зрения отсутствием данного термина в законодательстве.[9] В настоящее время последнее утверждение не актуально, в связи с тем, что в международном законодательстве[10] имеется ссылка на указанную категорию: «каждый человек, где бы он ни находился, имеет право на признание его правосубъектности».[11]

А.В. Мицкевич отмечает, что «правосубъектность является самым абстрактным, а потому глубочайшим понятием, которым закрепляется исходное правовое положение субъекта права. Им опосредуется сущностная сторона данного явления, что позволяет утверждать: физическое лицо, организация, государственное или муниципальное образование признаются по действующему законодательству субъектами права. Это есть право признаваться и быть субъектом права»[12]. Анализируя данную проблему, С.С.Алексеев пришел к выводу, что правосубъектность означает способность лица быть субъектом права вообще в рамках данной политической и правовой системы[13]. В то же время при выявлении природы правового статуса субъектов автор лишил категорию «правосубъектность» признака всеобщности. Всеобщим понятием стал правовой статус, куда были включены правосубъектность и другие общие права и обязанности.

Правоспособность — статический элемент правосубъектности, потенциальное правообладание, возможность иметь права. Она признается в равной мере за всеми гражданами, возникает в момент рождения человека и прекращающиеся с его смертью.

О.С. Иоффе рассматривал правоспособность как юридическую способность лица, при этом усматривая сходство между правоспособностью и субъективным правом в том, что и субъективное право и правоспособность – это мера возможного и дозволенного поведения. Различие автор проводил в том, что субъективное право, в отличие от правоспособности, заключает в себе возможность требовать определенного поведения от других обязанных лиц[14]. Автор указывает, что правоспособность есть лишь отношение ее обладателя с государством, в то время как субъективное право — отношение носителя этого права как с государством, так и с обязанным лицом[15].

Правоспособность как право признавали Я.Р. Веберс, П.И. Стучка, М.М. Агарков. Данный взгляд на правоспособность по существу получил дальнейшее развитие в работах С.Н. Братуся, С.С. Алексеева, а также фактически тех авторов, которые рассматривают правоспособность как стадию в развитии субъективного права, обращая внимание на предпосылочный характер данного явления (Ц.А. Ямпольская).[16]

Так С.Н. Братусь в своих работах рассматривал правоспособность как суммарное, общее выражение всевозможных проявлений субъективных прав, существование которых допущено законом. «В отличие от правоспособности, — пишет ученый, — субъективное право — это принадлежащее данному субъекту — гражданину или юридическому лицу — наличное, существующее право (правомочие)»[17]. Аналогично С.С. Алексеев в правоспособности усматривал «общее субъективное право».[18] Согласно теории Ц.А. Ямпольской, конкретное субъективное право гражданина в своем развитии проходит три стадии:

-стадию правоспособности — потенциального состояния субъективного права;

-стадию возникновения субъективного права как такового;

-стадию реализации субъективного права — стадию притязания[19].

Таким образом, правоспособность понимается автором как субъективное право в одной их своих стадий.

О.А. Красавчиков, Д.М. Чечот, напротив, отрицали правоспособность в качестве права, мотивировали свою точку зрения тем, что правоспособность не имеет корреспондирующей обязанности других лиц, чем исключается возможность требований лица к другим лицам на основании правоспособности. Указанные авторы рассматривали правоспособность как связь между государством, обществом и конкретным лицом. По мнению данных исследователей, правоспособность, в отличие от субъективного права, достаточно общая категория, не имеющая такой определенности и конкретности, как субъективное право. Характеризуя конкретное лицо в качестве субъекта права, правоспособность обеспечивается существующим правопорядком, т.е. устанавливается, наполняется законом соответствующим содержанием в виде правовых возможностей и закрепляется (поддерживается) в статическом состоянии за лицом в течение всей его жизни, независимо от субъективных качеств человека. Обладателю правоспособности противостоит круг абсолютно всех иных правоспособных граждан. В этом заключается абстрактность правоспособности. Таким образом, она может быть определена не как субъективное право, а как правовое состояние лица[20].

В соответствии с доктриной субъективное право можно охарактеризовать как:

— неотъемлемые свойства и возможности лица, обусловливающие меру его свободы;

— возможность использования наиболее существенных благ, защиты жизненных интересов;

— предел осуществления государственной власти, способ свободного развития личностью ее способностей и талантов;

— формы защиты человека от глобальных угроз его существованию[21].

[1] Мицкевич A.B. Субъекты советского права. — М., 1962. С. 22-29. [2] См.: Зинченко С.А. Юридические факты в механизме правового регулирования. — М.: Волтерс Клувер, 2007 – 152 с. Зинченко С. А., Шапсугов Д.Ю.. Корх С.Э. Предпринимательство и статус его субъектов в современном российском праве. — Ростов — н/Д. 1999 — 20 с. [3] Чефранова Е.А. Правосубъектность несовершеннолетних по советскому гражданскому праву: Дис. . канд. юрид. наук. М., 1978. С. 34. [4] Витрук Н.В. «Общая теория правового положения личности». М.: «НОРМА», 2008. С. 94 [5] Братусь С.Н. Субъекты гражданского права. — М., 1950. С. 6. [6] Венедиктов А.В. О субъектах социалистических правоотношений // Советское государство и право. 1955. N 6. [7] Александров Н.Г. Законность и правоотношения в советском обществе. М., 1955. С. 134; Потюков А.Г. Правоспособность и дееспособность граждан по советскому гражданскому праву: Автореф. дис. . канд. юрид. наук. Л., 1954. С. 5; Братусь С.Н. Субъекты гражданского права. М., 1950. С. 6. [8] Матузов Н.И. Субъективные права граждан СССР. Саратов, 1966. С. 84. [9] Чечина Н.А. Гражданские процессуальные отношения. Л., 1962. С. 24; Корецкий В.И. Гражданское право и гражданские правоотношения в СССР. Душанбе, 1967. С. 97. [10] ст. 16 Международного пакта о гражданских и политических правах … [11] Международный пакт о гражданских и политических правах, принят Резолюцией 2200 A (XXI) Генеральной Ассамблеи ООН от 16 декабря 1966 года, вступил в силу 23 марта 1976 года. Пакт ратифицирован Указом Президиума ВС СССР от 18 сентября 1973 г. N 4812-VIII. Пакт вступил в силу для СССР с 23 марта 1976 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1994. № 12. [12] Мицкевич A.B. Субъекты советского права. — М., 1962. С. 30. [13] Алексеев С.С. Общая теория права. — М., 1982. С. 144. [14] Иоффе О.С. Советское гражданское право. М., 1967. С. 104. [16] См. Веберс Я.Р. Указ. соч. С. 48. [17] Братусь С.Н. Субъекты гражданского права. — М., 1950. С. 6. [18] Алексеев С.С. Указ. соч. С. 74 — 75. [19] Ямпольская Ц.А. Субъекты советского административного права: Автореф. дис. . д-ра юрид. наук. М., 1958. С. 32 — 33. [20] Красавчиков О.А. Социальное содержание правоспособности советских граждан // Правоведение. 1960. № 1. Чечот Д.М. Субъективное право и формы его защиты. Л., 1968. С. 16. [21] Рудинский Ф.М. Понятие и содержание прав человека: Сборник научных трудов юридического факультета МГПУ. С. 23; Право и права человека / Под ред. Е.Н. Рахмановой. Кн. 3. М.: Логос, 2000. С. 22.
Источники:
  • http://studwood.ru/1206321/pravo/sootnoshenie_problemy_realizatsii_prav_svobod_obyazannostey
  • http://vlad-rialty.ru/tochki-zrenija-na-sootnoshenie-prav-i-obja/