Меню Рубрики

С точки зрения фридриха ницше мораль и нравственность представляют собой

Бунтарь и имморалист — именно эти два слова приходят на ум первыми, когда мы говорим о Фридрихе Ницше. Попробуем все таки разобраться, как понимает эти слова сам философ.

Понятие морали появляется в связи с попыткой оценить вещи и явления. Оценка — то, что мнимо упорядочивает окружающую человека хаотичную вселенную, определяет для него направление движения. ”Через оценку впервые появляется ценность и без оценки был бы пуст орех бытия” -уверяет нас ницшеанский пророк Заратустра. Добро и зло – фундаментальные оценочные понятия, абстракции призванные помочь человеку ориентироваться в окружающем мире превратились в тиранов, в картонный небосклон мешающий увидеть Солнце. Ницшеанская философия это одна из первых попыток заглянуть за него, встать “по ту сторону добра и зла”.

Первую и, возможно, свою главную книгу, посвященную этой проблеме, философскую поэму “Так говорил Заратустра” Ницше написал от лица небезызвестного персидского мыслителя. Что побудило философа вложить свои мысли в уста этого персонажа? Многие аналитики творчества Фридриха Ницше связывают это с тем, что Заратустра был одним из основателей нынешнего биполярного мира, мира стоящего на двух китах, имя которым Добро и Зло. Его философская концепция была полностью построена на этих понятиях, а концепция Ницше, мягко скажем, ставила эти понятия под сомнение. В своем сочинении, мысленно вернувшись в эпоху Заратустры, во времена младенчества Добра и Зла, он, со свойственной только ему и древним грекам решительностью, сбросил этих младенцев со скалы.

Заратустра у Ницше смотрит на все с гор, и это позволяет ему увидеть несколько больше чем остальные. Да Добро и Зло придает народам силу, народ не состоится, если не будет оценивать явления, но каждый народ оценивает их по-своему, а значит, эти понятия далеко не абсолютны. Более того, народ непременно погибнет, если его взгляд на вещи не будет отличаться от взгляда его соседа, потому, что народ закаляется в борьбе. От этого сосед никогда не поймет соседа. Мораль конкретной нации обуславливается многими историческими причинами, это не нечто неизменное, данное свыше.

Вообще, найти истоки моральных чувств, в девятнадцатом веке (и начале двадцатого), пытались многие. Фрейд копался в эмоциях детей, Маркс в потребностях целых классов, но самым главным нигилистом оказался Ницше. Все-таки его исторический подход к вопросу морали существенно отличался от исторического подхода Маркса мотивом поиска, стержневой идеей, утопией. Марксу грезилось идеально справедливое общество, поэтому для него мораль – “внутренний регулировщик социальных отношений”. Ницше видел будущее только в сверхчеловеке, а для сверхчеловека мораль (та мораль, что господствует в современной Европе) не что иное, как кандалы.

В своем произведении “По ту сторону добра и зла” (“прелюдии к философии будущего” и одновременно сопроводительным документом к “Заратустре”) Ницше заверяет, что современная европейская мораль основана на обыкновенной трусости, а любовь к ближнему – не что иное, как потаенный страх перед ним. Страх быть наказанным. Слова “ты должен” для многих единственное, что наполняет их жизнь смыслом. Естественная, данная человеку природой, воля к власти выродилась у них в волю к подчинению. Им нравится чувствовать себя “орудиями общественного блага”, “первыми слугами своего народа”. Да “Мораль в Европе есть нынче мораль стадных животных”. В этом же произведении уже упоминается о “восстании рабов в морали” – главной беде современного общества. Позже эта тема будет более подробно освещена Ницше в полемическом сочинении “К генеалогии морали”.

В “Сумерках идолов” Ницше обращает особое внимание на отношение морали к страсти. Он уверяет, что “противоестественная мораль, т. е. почти всякая мораль, которой до сих пор учили, направлена против инстинктов жизни”. Разумеется, христианская мораль и здесь на круг опережает любую другую. ”Жизнь кончается там, где начинается «Царствие Божие»”

Мораль говорит человеку: “погибни!”. Она есть “инстинкт decadence делающий из себя императив”. Даже вовсе не имморалист Шопенгауэр подвел итог под тем, что было моралью два тысячелетия, определив ее как “отрицание воли к жизни” По-моему, весьма показательно.

“К генеалогии морали” Ницше написал всего за три недели. Это говорит о том, что все идеи, освещенные в произведении, созрели у философа уже давно. Здесь он просто подводит итог, собирает под общий знаменатель и выносит окончательный приговор.

Сперва Ницше обращается к анализу известных ему языков и обнаруживает, что в абсолютном множестве культур слова “хороший” и “знатный” имеют очень тесную родственную связь (русский язык Ницше вряд ли рассматривал, но тем не менее слово “благородный” явно происходит от слова “благо” т. е. “добро”). Значит во времена формирования языков, или на каком то не таком уж далеком этапе его развития, именно знатные определяли “что такое хорошо и что такое плохо”, т.е. давали оценку явлениям. Господствовала рыцарская мораль. Эта мораль основывалась на высокоструктурных и трансцендентных понятиях, например на понятии чести. Никакой стадности, высоко поднятый подбородок и уверенный взгляд вперед. У древних греков сострадание если и было благом, то неявно граничило с неким презрением, или чувством превосходства здорового над больным. Это была мораль хищных животных.

Но очевидно у плебеев тоже была какая то альтернативная оценка вещей, оценка стадных травоядных. Хорошо то, что полезно потому, что оно сохраняет жизнь. Плохо то, что опасно т.к. оно жизнь отнимает. Разумеется, благородные хищники находили такое отношение к миру, по крайней мере, смешным. “Если наступить на червя, то он начинает извиваться, чтобы на него не наступили снова” — это и есть главный тезис плебейской морали, основанной на самосохранении. Мораль черни была основана на примитивных потребностях, в то время как мораль господ основывалась на потребностях экзистенциальной ступени.

Оказалось, что знать несколько недооценивала творческие способности низов. Они говорили: ”Мы преимущественные, мы добрые, мы прекрасные, мы счастливые” и не очень жаждали посмотреть вниз, а если и смотрели, то видели там горсть копошащихся муравьев. Но однажды чернь начала творить свою религию и свою философию

С появлением христианства стартовал процесс подмены благородных ценностей на ценности черни, и теперь нам остается лишь пожинать плоды двухтысячелетней деградации ценностных ориентиров. На первом плане уже давно проблема всеобщего выживания. Современная цивилизация может лишь производить и потреблять, и что самое смешное, находит в этом какой то смысл! Получив возможность выживать, личность не переходит на другую ступень, потребности меняются не качественно, а лишь количественно. Просто хочется выживать лучше. Даже то, что некогда было предметами искусства, теперь стало продуктом потребления. Роман качественно не отличается от гамбургера.

С притуплением религиозного чувства в Европе доминирование рабов в морали не прекратилось. На смену христианству пришли так называемые демократические и гуманистические ценности.

“Какой смысл в том, чтобы как можно больше людей жило как можно дольше” — спрашивал Ницше у современников, а те не отвечали, видимо, были заняты пережевыванием пищи.

Для того чтобы оценить темпы подмены моральных ценностей за последние два с половиной века достаточно вспомнить Вольтера. Всего за полтора столетия до Ницше он заявил: ”Когда чернь начинает рассуждать – все потеряно”, и, тем не менее, остался в истории как великий просветитель, подобные же мысли Ницше в конце девятнадцатого века были заклеймены как античеловеческие. ..

Позиция Ф. Ницше, немецкий философ, (1844 – 1900 гг.) отличается от всех других мыслителей тем, что он утверждал мораль через её критику. Если все другие моралисты занимались оправданием морали, теоретически её обосновывали, то Ницше стал рассматривать этические ценности в философском ключе, ставя в ранг проблем само их существование.

Такой подход, с его точки зрения, обусловлен тем, что в Европе существует «много разных моралей», которые можно включить в такие две разновидности: мораль господ и мораль рабов. При этом мораль рабов не имеет никакого отношения к действительной морали. Характеризуя мораль рабов, он выявляет её истоки. Ими являются античная философия и христианство. Мораль рабов в Европе стала господствующей.

Для неё характерны такие черты:

– претензия на идеал, абсолютную истину, что позволяет каждому человеку смириться с оценками себя как несовершенного существа, не способного выйти за эти рамки;

– «стадность» морали, выражающаяся в том, что она охраняет только общество («стадо»), «стадную общественность», а не отдельную личность;

– репрессивность морали по отношению к человеку, так как она предъявляет одинаковые нормы, которые усредняют всех людей;

– мораль обрекает человека на то, что он должен постоянно «делить себя на две части», постоянно «копаться» в самом себе, чтобы найти в себе самом одного человека, который испытывает чувство вины, недоволен собой, и другого – стремящегося обрести добродетельные намерения. В этом случае мораль существует не на практическом уровне, а является областью намерений человека. И именно в этом проявляется лицемерная (фарисейская) сущность рабской морали.

Сам Ницше называет свою позицию «имморализмом». Имморализм – философская позиция, претендующая выйти за рамки существующих моральных ценностей. Критика Ницше направлена не на мораль саму по себе. Он критикует общепринятые нормы поведения. Считает, что существуют и должны существовать «высшие морали». Поэтому позицию Ницше можно оценить как моральный нигилизм, осуществляемый с моральной точки зрения. Если Ницше и критикует мораль, то эту критику осуществляет, прибегая к таким категориям этики как «любовь к человеку», «сострадание» и утверждая, что он не отрицает сострадание, а утверждает сострадание «более высокое и дальновидное». Критика традиционной морали осуществляется им в аспекте исторического взгляда на феномен морали. Он считает, что пришло время возвращения к аристократизму в морали. Аристократизм в морали, по мнению Ницше, является наивысшим выражением добродетельного в человеке. Он проявляется в огромной воле, готовности к огромной ответственности, склонности и привычке к справедливости, правдивости, бесстрашию и пр. Таким образом, Ницше выступает не против морали, он утверждает в гуманистическом смысле более высокую мораль, чем традиционная.

Рассмотрим особенности той морали, которую утверждает Ф. Ницше. Аристократическая мораль отличается от рабской морали следующими особенностями:

– носителем её является сверхчеловек, из природы которого она органично «вытекает»;

– благодаря ей преодолевается абсолютная противоположность между добром и злом.

Сверхчеловек, согласно позиции Ф. Ницше, – это совершенный человек, наделённый волей и являющийся таковым не благодаря воспитанию, а в силу присущей ему от рождения жизненной силы. Для Ницше сверхчеловек – это идеал, являющийся носителем новой морали. Сверхчеловек является добродетельным не в силу принуждения, а в силу своей природы, условий жизни, положения. Ницше свойственно понимание морали как системы ценностей, зависящих от условий жизни. Исследователи творчества Ницше отмечают его заслугу в том, что он первым в истории этических учений показал историческую основу фундаментальных понятий морального сознания, таких как «долг», «справедливость», «добро», «зло», «ответственность», «совесть». Он первым обозначил психологическую основу, мотив морали, глубоко скрытый не только от других людей, но и от самого морализирующего человека. Мотив морали он назвал рессентимент(от фр. – злопамятство, злоба). Это понятие занимает центральное место в ницшеанской теории морали. С помощью его Ницше объясняет «природу» декларируемых ценностей морали, часто за которыми стоят эмоции злобы, зависти, отчаяния, мести действительно униженного человека. Не умея утвердиться в жизни, слабый человек с уязвлённым достоинством переворачивает многое «с ног на голову». В частности, шкалу ценностей, начиная отождествлять «слабость» с «хорошим», «добрым». Иными словами, человеческая униженность начинает выдаваться за моральную добродетель.

Как было уже отмечено, проблема добра и зла в классической морали являлась центральной. При этом мораль и добро рассматривались как тождественные. Ницше утверждает иную позицию в трактовке добра и зла. Ницшеанский сверхчеловек находится по ту сторону добра и зла. Мораль сверхчеловека открыта творчеству, совершенствованию. Она лишена слабости, стадности, лицемерия и утверждает достоинство человека.

Контрольные вопросы

1. Отрицает ли Ницше мораль?

2. Каково содержание понятия «рессентимент»?

3. В каких работах Ницше рассматриваются проблемы морали?

4. За что Ницше критикует христианскую мораль?

5. Каковы особенности аристократической морали?

2. Этика и мораль в учениях Ницше

Критика религии и философии у Ницше полностью находится под властью этических мотивов. Он восхищается некоторыми качествами, которые, как он верил (может быть и правильно), возможны только у аристократического меньшинства; большинство, по его мнению, должно быть средством для возвышения меньшинства, большинство нельзя рассматривать как имеющее какие-то независимые притязания на счастье и благополучие.

Обычно Ницше называет простых людей «недоделанными и неполноценными» (bungled and botched) и не возражает против того, чтобы они страдали, если это необходимо для создания великого человека. Так, вся важность периода 1789-1815 годов суммирована в Наполеоне. Наполеона сделала возможным именно революция — вот в чем ее оправдание. Нам следует желать анархического крушения всей нашей цивилизации, если его результатом было бы такое вознаграждение. Наполеон сделал возможным национализм, — вот такое извинение последнего. Почти все возвышенные надежды XIX века, пишет Ницше, обязаны своим возникновением Наполеону.

Этика Ницше является этикой самооправдания ни в каком обычном смысле этого слова. Он верит в спартанскую дисциплину и способность терпеть, так же как и причинять боль ради важной цели. Он ставит силу воли выше всего. «Я оцениваю силу воли, — говорит он, — по количеству сопротивления, которое она может оказать, по количеству боли и пыток, которые она может вынести, и знаю, как обратить ее к ее собственной выгоде. Я не указываю на зло и боль существования пальцем укора, но, напротив, я питаю надежду, что жизнь может однажды стать еще более злой и еще более полной страданий, чем когда-либо» 4 .

Имеются всяческие практические аргументы, показывающие, что попытка достичь цели, которую ставил Ницше, на самом деле приведет к чему-то совсем другому. Потомственные аристократы дискредитированы. Единственной практически возможной формой аристократии является организация типа фашистской или нацистской партии. Подобная организация вызывает оппозицию и, вероятно, будет побеждена в войне; но если она и будет побеждена, то она должна вскоре стать не чем иным, как полицейским государством, где правители живут в постоянном страхе быть убитым, а герои заключены в концентрационные лагери. В таком обществе доверие и честность подорваны доносами и предполагаемая аристократия сверхчеловеков вырождается в клику дрожащих трусов.

Этическим вопросом, в противоположность политическому, является вопрос о сочувствии. Сочувствие выражается в том, что становишься несчастным из-за страданий других, и это до некоторой степени естественно для человеческого существа. Маленькие дети огорчаются, когда слышат, как плачут другие дети. Но развитие этого чувства у разных людей идет по-разному. Некоторые находят удовольствие в том, что причиняют страдание, другие, например Будда, чувствуют, что они не могут быть полностью счастливы до тех пор, пока какое-нибудь животное существо страдает. Большинство людей эмоционально делит человечество на друзей и врагов, сочувствуя первым, но не вторым. Такие этики, как христианская и буддистская, содержат в своей эмоциональной основе универсальное сочувствие, а этика Ницше — полное отсутствие сочувствия «В целом сострадние парализует закон развития — закон селекции. Оно поддерживает жизнь в том, что созрело для гибели». Проповеди Ницше часто направлены против сострадания, и чувствуется, что в этом отношении ему было нетрудно следовать своим заповедям.

«Человеческое, слишком человеческое» вышло с посвящением «памяти Вольтера», что одно уже могло вызвать скандал, и с подзаголовком «Книга для свободных умов», хотя, как признается автор уже на первых страницах, «когда мне это было нужно, я изобрел для себя и «свободные умы». таких умов нет и не было». Однако он надеется, что «наша Европа будет иметь среди своих сыновей завтрашнего и послезавтрашнего дня таких веселых и дерзких ребят» 5 .

Книга эта, составленная из девяти отделов, каждый из которых анализирует аспекты человеческого бытия в мире, человеческого общества и человеческого сознания показывает, как мало в человеке и его жизни подлинного величия и свободы, как сильно закрепостил он себя многочисленными представлениями и предрассудками, сложившимися в моральные установления и как спокойны и беззубы его мысль, наука, выхолощено искусство. Все это только лишь «человеческое».

Всем этим «человеческим» связаны людские души, и потому, чтобы могли появиться вновь (как когда-то существовавшие изначально), «свободные умы», душа должна испытать, «как решающее событие своейжизни» испытать «великий разрыв» со всем этим безнадежно человеческим. «Лучше умереть, чем жить здесь». и это «здесь» , это «дома» есть все, что она любила доселе!» Выпутываясь из тягчайшей антиномии: мораль или свобода, Ницше предполагает, что традиционная мораль, извне предписывающая человеку целую систему запретов и декретов, могла опираться только на презумпцию несвободы. Выбор в пользу свободы диктуется взрывом внутренних сил человеческой души, воли.

«Этот первый взрыв силы и воли к самоопределению, самоустановлению ценностей, эта воля к свободной воле» — приводит душу, в которой зреет свободный ум и нарастает «все более опасное любопытство»: «Нельзя ли перевернуть все ценности? И, может быть, добро есть зло( А Бог — выдумка и ухищрение дьявола? И, может быть, в последней своей основе все ложно. » Такие мысли обрекают свободный ум на томительное одиночество, но в нем видит Ницше единственный путь к «зрелой свободе духа». Свободный ум живет уже «вне оков любви и ненависти, вне «да» и «нет», добровольно близким и добровольно далеким». Огромное количество вещей он видит далеко под собой, они его не заботят и не касаются. Он становится «господином над собой, над собственными добродетелями», прежде бывшими его господами, а теперь ставшими «орудиями наряду с другими орудиями» 6 .

Читайте также:  Понятие прибыли с разных точек зрения

«Довольно, свободный ум знает отныне, какому «ты должен» он повиновался, и знает также, на что он теперь способен и что ему теперь — позволено. » Познав это, свободные умы познают теперь и свою задачу «испытать душой и телом самые разнообразные и противоречивые бедствия и радости в качестве искателей приключений и путешественников вокруг того внутреннего мира, который зовется «человеком», в качестве измерителей каждого «выше», каждого «сверхиного». В сущности, речь идет о некоем аналоге коперниканской парадигмы: Я, вращавшееся прежде вокруг объективного мира ценностей (моральных, религиозных, научных, каких угодно — человеческих), отказывается впредь быть периферией этого центра и хочет само стать центром, самолично определяющим себе меру и качество собственной ценностной галактики.

Таким образом Ницше приходит к тому, что стать по-настоящему свободным умом значит, прочувствовав и испытав все человеческое, подняться над ним и обратиться в сверхчеловека.

Поздний Ницше пишет уже книги, обращенные в пустоту, которую должен заполнить собой сверхчеловек. Отчаявшись встретить понимание у современников, он указывает в подзаголовках адрес своего читателя, столь же абсурдный, сколь и конкретный: «книга для всех и ни для кого», «прелюдия к философии будущего». Неправильно было бы полагать, что это означает «эти книги не для вас, мои современники». Но, как и в случае с «Человеческим, слишком человеческим», книгой, которую Ницше адресовал «свободным умам», которых он сам же и выдумал, эти его книги не для сверхчеловека, ибо нет еще сверхчеловека, да они и не нужны будущему сверхчеловеку. Они призваны разбудить того, в ком есть способность увидеть и преодолеть нищету человеческого, они указывают читателю желанный образ сверхчеловека, образ его мыслей и действий, образ его бытия в мире, его отношений с миром и с самим собой. А также путь становления сверхчеловека.

Нравственность в философии Ницше

Нравственность в философии Ницше имеет первоочередное значение. Главная идея ницшеанской морали — волюнтаризм — учение о воле как о первооснове всего сущего. Эту идею Ницше заимствовал у А. Шопенгауэра, кого он считал своим учителем в начале своего пути. Но он отверг многие идеи Шопенгауэра, заменив его монистический волюнтаризм плюрализмом конкурирующих между собой центров «духовных сил», а также противопоставив его учению об отказе от воли, аскетизме, «добровольной жизни покаяния и самобичевания ради непрестанного умерщвления воли» своё учение об утверждении в жизни «воли к власти».

Ницше осуждает господствующую в Европе мораль. Господствующая мораль — это «инстинкт стада против сильных, инстинкт страдающих и ошибающихся против счастливых, инстинкт посредственных против исключительных». Если «сильные» примут эти правила «слабых», то они сами превратятся в стадных животных. Ницше пренебрежительно относится к народу, «толпе».

Жизнь, по его словам, «стремится к максимуму чувства власти». Таким образом «воля к власти» становится критерием любого типа поведения, любого явления. «Что хорошо? — Всё, что повышает «волю к власти» и саму власть в человеке. Что дурно? — То, что идёт от слабости. — Что есть счастье? — Чувство растущей власти, чувство преодолеваемого противодействия» — так выражает он эту мысль в «Антихристе».

Рациональная деятельность не укрепляет «волю к власти», так как заменяет активную деятельность резонированием. Общепринятая мораль также подрывает «волю к власти», проповедуя любовь к ближнему. То же — демократия как институт, при котором масса составляет оппозицию праву одного.

Мораль Ницше — это вечное противоборство двух классов. С давних пор рабы пытались отомстить господам, навязать им свои принципы. Начало этому положила нагорная проповедь Христа в «Ветхом завете».

Ницше утверждает релятивизм морали. «Что справедливо для одного, вовсе не может быть справедливым для другого. существуют градации между людьми и, следовательно, между видами нравственности». Ницше призывает к переоценке ценностей. Он выступает против традиционной морали. Аристократическое уравнение ценности (хороший — знатный — могучий — прекрасный — счастливый — любимый Богом) евреи сумели с ужасающей последовательностью вывернуть наизнанку и держались за это зубами бездонной ненависти (ненависти бессилия). «Только одни несчастные — хорошие; бедные, бессильные, низкие одни хорошие; только страждущие, терпящие лишения, больные, уродливые благочестивы, блаженны, только для них блаженство. Зато вы, знатные и могущественные, вы — на вечные времена злые, жестокие, похотливые, ненасытные, безбожны, и вы навеки будете несчастными, проклятыми и отверженными».

Почти цитируя нагорную проповедь, Ницше пытается осудить христианскую мораль. Философ не пытается увидеть то, что в изначальном христианстве немаловажное место занимали другие мотивы, мотивы подчинения рабов господам (в земной жизни) и то, что христианство было поставлено на службу господам. Лицемерную форму христианской морали, обещающей людям блаженство в потустороннем мире ценой примирения с эксплуатацией в этом, он воспринял как определяющий её сущность бунтарский гнев. Поэтому нужно произвести «переоценку ценностей»: восстановить «мораль господ» и упразднить результаты «восстания рабов в морали». Субъектом этой морали, удовлетворяющим этим требованиям, является сверхчеловек — центральное понятие философии Ницше.

Он определяет его следующим образом: это люди, «которые… проявляют себя по отношению друг к другу столь снисходительными, сдержанными, нежными, гордыми и дружелюбными, — по отношению к внешнему миру… они немногим лучше необузданных хищных зверей…. Они возвращаются к невинной совести дикого зверя, как торжествующие чудовища, которые идут с ужасной смены убийств, поджога, разгрома, насилия с гордостью и душевным равновесием… уверенные, что поэты теперь надолго будут иметь тему для творчества и прославления». Примечательная особенность этих «белокурых бестий» — это их врождённые благородство, аристократичность, которых так не хватает нынешним «господам», «фабрикантам» и «торговым деятелям», чтобы автоматически обеспечить себе господство. Ведь только внешность даёт ему право господства над массами.

Сверхчеловек — это высший биологический тип, который относится к человеку как тот относится к обезьяне. Но этого человека нужно вырастить, а для этого у Ницше нет каких-либо специальных рецептов: он выступает лишь как пророк, предвещающий приход нового «вождя», «фюрера», полубога, а то даже и Бога. Заратустра — это не сверхчеловек, это «мост» к сверхчеловеку. Обычные люди — это исходный материал, почва для выращивания сверхчеловека. Сверхчеловек — это новый «культ личности», далеко выходящий за рамки «культа личности» обычных людей и легший в основу мифологии Ницше, изложенной более полно в «Заратустре».

Ницше выступает против принципа: «Возлюби ближнего своего». «Вы жметесь к ближнему, и для этого есть у вас прекрасные слова. Но я говорю вам: ваша любовь к ближнему есть ваша дурная любовь к самим себе.

Разве я советую вам любовь к ближнему? Скорее я советую вам бежать от ближнего и любить дальнего». Христианская любовь — результат страха: я боюсь, что мой сосед обидит меня, поэтому я уверяю его, что люблю его. Если бы я был сильнее и храбрее, я бы открыто показывал свое презрение к нему, которое я, конечно, чувствую. Ницше призывает к замене морального закона произволом. «Послушание» и «закон» — это звучит из всех моральных чувств. Но «произвол» и «свобода» могли бы стать еще, пожалуй, последним звучанием морали».

Существует природное неравенство людей, обусловленное различием их «жизненных сил» и «воли к власти». Существуют высшие и низшие люди. Под высшими людьми Ницше понимает человека такого типа, который обладает хорошим и постоянно прогрессирующим здоровьем, человека, в котором энергично пульсирует воля к власти. Это аристократы, наподобие японских самураев, викингов и средневековых рыцарей. К высшим людям Ницше причисляет также лиц свободных профессий, которые отвергают традиционную мораль и духовно подготавливают господство высших людей.

«Высшие люди», «господа земли» отличаются жестокостью, воинственностью по отношению к другим людям, но они нежны, горды и снисходительны по отношению друг к другу. Ницше подводит под понятие высшего человека расово-биологическую базу:

«Господин земли» — «белокурая бестия» и требует биологической чистоты этой расы белокурых арийцев. Люди высшей расы станут носителями нового мирового порядка, они покончат с «декадансом» XIX в., под которым Ницше понимает науку, либеральный и социалистический гуманистический образ мышления, демократию, эмансипацию женщин. Высшим людям необходимо воевать с массами.

Ницше говорит, что господство этих людей принесет с собой бедствия. «Следует обрести громадную энергию величия, чтобы путем отбора, а также путем уничтожения миллионов уродов сформировать человека будущего и не погибнуть от страдания, которое творит новое и равного которому никогда еще не было». «Слабые и неудачники должны погибнуть: первое положение нашей любви к человеку. И им должно еще помочь в этом». «Жить — это значит: быть жестоким и беспощадным ко всему, что становится слабым и старым в нас, и не только в нас». «Я говорю: что падает, то нужно еще толкнуть».

Мораль Ф. Ницше

Разделяя взгляды А. Шопенгауэра, Ф. Ницше, однако, категорически выступил против современной ему европейской морали (не только против нравственности, реальных нравственных отношений, которые всегда несовершенны, но и против морали как системы норм желаемых нравственных отношений людей), за «переоценку ценностей», прежде всего моральных. «Необходимо уничтожить мораль, чтобы освободить жизнь», — утверждал философ. Этике как науке о морали, по его мнению, не хватает проблемы самой морали: «. сама ценность этих ценностей должна быть прежде поставлена под сомнение . »

Образность и фрагментарность работ Ф. Ницше, насыщенность их парадоксальными высказываниями, афоризмами, мифами и т.д. затрудняют толкование его философской, включая этической, концепции. Неслучайно одни авторы восхищаются его трудами, а другие, наоборот, осуждают, называют их автора идейным и духовным вождем фашизма.

По мнению Ф. Ницше, современная ему Европа находится накануне кризиса. Однако чтобы понять это и переоценить ценности, философ должен быть честным перед собой, иметь «злу» совести, не склоняться перед авторитетами, проявлять героизм мысли (за героизм мысли Ницше восхищался творчеством А. Шопенгауэра). Философ ничего не должен принимать на веру, ему следует подозрительно относиться к действительности, срывать маски с освященных идеалов, не пугаться мира, который при этом ему откроется, не бояться быть непонятым и отвергнутым оскорбленными обывателями. Прежде всего он должен отказаться от морального толкование мира, которое царит в традиционной философии и теологии, не доверять смысла, что на поверхности, а отыскать его социально-психологические основы.

Разновидности морали, по утверждениям Ф. Ницше, в общем принадлежат или к морали аристократов (лучших), или к морали рабов (худших).

Мораль аристократов — это «мораль преимущества», вечная, естественная, самодостаточна. Она «вырастает из торжествующего самоутверждения» человека как необузданная сила природы. Например, рыцарско-аристократические суждения о ценности имеют своей предпосылкой мощную «телесность, цветущее, богатое, даже такое, что бьет через край, здоровья, включая и то, что приводит к его сохранению, — войну, авантюру, охота, танец , турниры и вообще все, что содержит в себе сильную, свободную, радостную активность ». Люди высокородным, будучи цельным, активными, полными силы, чувствуют себя счастливыми. Они не отделяют деятельность от счастья. Основой аристократической морали (и права сильного) является «воля к власти». Она — высшая любых норм жизни и поведения людей, в частности нормативных установок религии и современной морали. С «воли к власти» Ницше выводил все основы морали. Субъектом аристократической морали является сверхчеловек, которую характеризует врожденное благородство, гармоничность, органическое сочетание физического совершенства и духовного богатства. Благородный человек даже врага требует достойного.

Ф. Ницше мало занимался проблемами согласования морали как личностного феномена с интересами общества и человечества в целом, возможностью приобретения моралью всеобщего характера. Весь пафос его работ направлен на развенчание современной ему морали которую он называл моралью рабов.

Мораль рабов, по мнению мыслителя, сформировалась под влиянием античной философии и христианской религии и воплотилась в многочисленных аскетических церковно-благотворительных, социалистических и других концепциях человеческой солидарности. В Европе, по его убеждению, царит мораль рабов, которую считают единственно возможной моралью, нравственностью целом. Она сложная, противоречивая, однако ей присущи общие признаки:

  • — Рабская мораль защищает интересы стада, общества, а не личности, поэтому она является стадным, направленной прежде всего на поддержку слабых, больных, нищих, неудачников. Такая мораль способствует обезличивание человека;
  • — Рабским делает мораль уже сама претензия на безусловность, абсолютность, отождествление ее с недостижимым идеалом, на фоне которого реальное существование человека выглядит ничтожным. Следуя этой морали, человек соглашается быть маленькой, жалкой, ничтожной;
  • — Нормы рабского морали являются внешними по отношению к человеку как автономной личности. Такая мораль в человеке имеет отчужденный характер, она представлена репрессивными функциями ума по чувств, инстинктов. А познание как рациональная деятельность не способствует повышению «воли к власти», поскольку преимущество интеллекта парализует ее, подменяет реальную активность рассуждениями и соответствующими разговорами. К тому же рабская мораль представляется самоценную, ведь наградой за добродетель провозглашается сама добродетель;
  • — Рабская мораль вызывает раздвоение человека. Она представлена в человеке его вторым «Я» постоянно выражает недовольство первым «Я», внушает ему чувство недовольства собой, вине и обрекает на постоянные сомнения, нерешительность, муки. При этом тело, как правило, приносится в жертву души;
  • — Рабская мораль всегда фальшивая, лицемерная.

По словам Ф. Ницше, в человеке тварь (естественное начало) и создатель объединены воедино. В ней есть и материал, обломок, глина, бессмыслица, хаос, но одновременно и творец, ваятель, твердость молота, божественный зритель. Сочувствие, которое проповедовала традиционная мораль, по его мнению, касается тварного аспекта бытия человека, его необходимо освободить от сострадания, чувство сострадания как от проявления плохой распущенности и слабости.

Одним из основных видов зла, которые возвышаются христианской религией, социалистическими и некоторыми другими идеологами до уровня статуса добра, по убеждениям философа, есть страдание.

Хорошим он считал то, что укрепляет «волю к власти», желание власти и саму власть человека, а плохо, наоборот, является следствием слабости человека. Поскольку суверенитет личности и требования традиционной морали несовместимы, то личность имеет преодолеть нравственность, чтобы стать автономной, гордой от осознания своего могущества, свободы, чувство совершенства, способности обещать.

Свободный человек пользуется собственным масштабом ценностей, сама определяет и свое достоинство, и степень презрения к другим. Она знает цену свободы и ответственности, а потому с таким же необходимостью уважает равных себе, сильных и благонадежных, тех, кто имеет право обещать, на чье слово можно положиться. Свободный человек, аристократ чувствует себя сильной, способной сдержать слово вопреки любым обстоятельствам.

Осознание исключительности воли над собственной судьбой становится инстинктом свобидной суверенного человека. Этот инстинкт Ф. Ницше называл совестью.

Мораль философ связывал с творческим началом человека. Она может быть проявлением или положительной творчества, самореализации индивида, является результатом естественного побуждения (аристократическая мораль), или негативной, что служит демагогическим прикрытием разрушительных эмоционально-волевых импульсов (рабская мораль). Многие его высказываний наводят на мысль, что он отождествлял рабскую мораль с моралью в целом, а переоценка ценностей рассматривал как освобождение от каких-либо моральных ценностей. Однако немало соображений Ф. Ницше свидетельствуют о противоположном.

Например, критикуя мораль, он прибегал к моральных суждений, понятий из сферы этики, писал о морали будущего, хотя и называл этот исторический этап развития морали внеморальным. Первый этап развития морали является нравственной (когда ценность поступка определялась полностью его следствием), второй — моральным (когда критерием ценности поступка считали характер умысла), третий — внеморальным (ему свойственны отношения, поступки, обусловлены не намерениями, а чем глубже, основательнее, по чего намерения является внешним проявлением).

Внеморальные поступки осуществляют при отсутствии ситуации выбора, раздвоение «Я» человека, без ориентации на определенные нормы. Совершенное человеком действие является самостимульованою, глубоко личностным, проявлением смысла его жизни. Свидетели такого действия расценивают её как высоконравственный поступок, поскольку она соответствует самым строгим нормам морали.

Однако похвала может унизить человека, потому что такие действия внеморальные, выше для нее от моральных, ориентированных на внешние нормы. Речь идет о действиях, в которых концентрированно проявляется смысл личной жизни человека, и в то же время такие, последствия которых соответствуют строгим требованиям морали. Философ считал, что внеморальные поведение является привилегией только аристократов.

Этическим взглядам Ницше свойственны презрительное отношение к простым людям, осуждение демократических начал в жизни общества, отрицание всеобщего характера морали и тому подобное. Они имеют как сторонников, так и оппонентов. Их взвешенная оценка наводит на мысль, что провозглашаемая мыслителем «воля к власти» означает прежде всего власть над собой, господство над собой.

Читайте также:  Восстановление после операции по восстановлению зрения

Ф.Ницше критика христианской морали. 19 век

Работа Фридриха Ницше «Антихрист. Проклятие христианству» представляет собой критическое осмысление христианской религии, ее моральных норм. В чем же Ницше обвинял христианство? Христианство – это религия сострадания, религия слабых и больных людей, хр-во ведет к несвободе и несопротивлению человека. Те кто презирает тело и землю, ради потусторонне мира, — это больные и умирающие. Эти люди используют христианскую мораль, для оправдания недостатка мощи и уверенности в себе и для борьбы с сильными и независимыми людьми. Он считал, что человек в религии прячется от жизни. Ницше критикует христианское милосердие, которое с его точки зрения вредно в двух смыслах:

1) сострадая, слабеешь;

Поддерживая к жизни больное и умирающее, ты даешь возможность жить тому, что законами безжалостной эволюции обречено на умирание.

Религия является для общества тормозящим, мешающим, негативным фактором. Бог, святость, любовь к ближнему – предрассудки, выдуманные теми, чья жизнь пуста и монотонна.

Свободному человеку Бог не нужен, ибо он сам для себя высшая ценность. Церковь, по Ницше, стремиться растоптать всякое величие в человеке.

Ницше предлагает произвести переоценку всех ценностей и стать по ту сторону добра и зла. Т.е. он предлагает, что все, что считалось в христианстве добром считать злом и наоборот. Он говорит: чтобы произвести переоценку всех ценностей, нужен очень сильный человек. Ницше даже призывал к сознательному уничтожению больных и слабых людей.

Ф.Ницше. Миф о сверхчеловеке.

План «сверхчеловека» — попытка создать культурно-нравственный идеал совершенного человека. Сверхчеловеку еще предстоит родиться, поскольку с точки зрения Ницше, современный человек – это канат, протянутый между обезьяной и сверхчеловеком. Сверхчеловек должен соединить в себе такие кач-ва как: мощную волю, увлечение, гордость, жизнерадостность, умение раздавать и жертвовать собой, инстинкт войны и т.п. Идеал сверхчеловека противопоставляется современному человеку, которого Ницше характеризовал слишком отрицательно. Сверхчеловек обязан стать задачей, движение к которой направляется презрением человека к самому себе. Пишет произведение « и так говорил заратустра», произв о свежей морали, о человеке и сверхчеловеке. Ницше говорит о взаимоотношении духа и тела. Главная проблема человека, его сущности и природы – это проблема его духа. У духа нет своих желаний, он может хотеть лишь того, чего хочет тело. Главная цель стремлений человека – это не польза, не удовольствия, не истина, не христианский Бог, а жизнь. Воля к жизни обязана проявить себя не в жалкой борьбе за существование, а в битве за власть и превосходство, за становление нового человека.

Ницше провозглашает смерть Бога. «Кто его убил? Мы сами». Бог оказался призраком, созданным человеческим страданием; Ницше говорит что страданием и бессилием созданы все потусторонние миры. Бог был создан человеком. По его мнению, место умершего Бога займет сверхчеловек. Ницше считает, что идея сверхчеловека как цели, которую надо достичь, возвращает человеку утраченный смысл существования.

Сверхчеловек – личность стоящая по ту сторону добра и зла. Это человек, обладающий колоссальной волей, гений. Это тот кто поднимет толпу с колен, вернет истинное начало личности.

Основные идеи экзистенциальной философии М. Хайдеггера.(20 век)

Экзистенция – это неповторимое существование любого человека. ЭКЗИСТЕНЦИЯ — выступать, выходить, обнаруживать себя, существовать, возникать, показываться, становиться, делаться) — философская категория, используемая для обозначения конкретного бытия

Хайдегер исследовал человека в его бытии. Самая грандиозная работа «Бытие и время». «Моя жизнь неповторима, потому что рождаюсь я сам, умираю сам. Моя жизнь сугубо индивидуальна. Я смогу прожить только свою жизнь». Мы смертны и только человек знает об этом. В чем смысл того, что человек понимает это? С его точки зрения, главным свойством бытия является время. У человека особое отношение к длительности. Вся экзистенция – процесс бесконечной заботы. Мы никогда не бываем в состоянии абсолютной праздности. Озабоченность проявляется в 3 основных формах: 1) существов. при внутреннем мировом сущем (настоящее) 2)забегание вперед (будущее) 3) существование в мире людей.

Прежде чем человек родился, он был предзадан. Он не выбирает место, время, среду рождения, родителей и т.п. Экзистенция связана с не предельностью. Человеческая жизнь конечна в исторической бесконечности.Есть религиозный экзистенциализм, и есть атеистрический(французы). Экзистенция имеет особенность тайны. Без коммуникации нет экзистенции. Ее можно выстроить с теми, кого уже нет или с современниками. Человеческая экзистенция всегда через другого. Без других людей мы не существуем.

Экзистенция бывает подлинная и не подлинная. Не подлинное существование – это когда вещи владеют человеком. Накопление ради накопления. Нормальное состояние человека это средний класс. В ср.классе человек существо социальное 1)сущ-ет за счет своего труда 2)труд должен быть вознагражден. Подлинная экзистенция – привязка к свободе. Подлинное состояние это когда человек знает что он смертен и проживает свою жизнь по max.

Ф. Ницше и его представление о морали

Краткая биография и судьба философа Ф. Ницше. Основные идеи и учения. Внеморальная мораль сверхчеловека — форма морали, исторически сложившаяся, и ставшая основным препятствием на пути возвышения человека и установления между людьми искренних отношений.

Рубрика Этика и эстетика
Вид реферат
Язык русский
Дата добавления 20.04.2011
Размер файла 28,5 K

Отправить свою хорошую работу в базу знаний просто. Используйте форму, расположенную ниже

Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.

Размещено на http://www.allbest.ru/

ГОУ СПО «Волжский политехнический техникум»

Контрольная работа на тему:

«Ф.Ницше и его представление о морали»

по учебной дисциплине: Основы этики

студентки заочной формы обучения, Б — 65(з)

Фофановой Елены Викторовны

II. Краткая биография. Судьба философа

III. Основные идеи и учения. Мораль рабов

IV. Внеморальная мораль сверхчеловека

VI. Список использованной литературы

Ницше был самым необычным из всех моралистов. Он утверждал мораль через её критику, даже радикальное отрицание. Он исходил из того, что исторически сложившиеся и получившие господство в Европе формы морали стали основным препятствием на пути возвышения человека и установления между людьми искренних отношений.

Ницше понимал философию как этику. Источниками его этики являются не только книги, в названиях которых содержатся моральные термины — «Человеческое, слишком человеческое», «По ту сторону добра и зла», «К генеалогии морали», но и все основные философские тексты, прежде всего самые программные из них — «Рождение трагедии из духа музыки», «Так говорил Заратустра».

Чтобы охарактеризовать творчество Ницше, необходимо попытаться ответить на вопрос: можно ли, а если можно, то в какой мере, вообще причислять Ницше к числу философов? Вопрос не настолько тривиален, как может показаться на первый взгляд. Дело в том, что профессиональные философы склонны отказывать ему в принадлежности к своему цеху, и для этого есть определённые основания. Ницше мало или совсем не интересовался традиционными философскими проблемами. Да и способ изложения мыслей с точки зрения традиционной философской формы является по меньшей мере необычным — понятия у него не выстраиваются в систему. Их значения часто призрачны, неопределённы, выступают как многозначные символы. Но вряд ли было бы корректным оценивать Ницше с помощью критериев традиционной философии. Ницше явился создателем своей философии, и эта философия наиболее ярко выразилась в его работах. Они дают основание говорить о законченной системе взглядов, положивших начало широкому и влиятельному течению в истории европейской мысли — ницшеанству.

Своей главной заслугой Ницше считает то, что он предпринял и осуществил переоценку всех ценностей: всё то, что обычно признаётся ценным, на самом деле не имеет ничего общего с подлинной ценностью. Нужно всё поставить на свои места — на место ценностей мнимых поставить истинные ценности. В этой переоценке ценностей, по существу своему составляющей собственно философию Ницше, он стремиться встать «по ту сторону добра и зла». Обычная мораль, сколь бы ни была она развитой и сложной, всегда заключена в рамки, противоположные стороны которой составляют представления о добре и зле. Их пределами исчерпываются все формы существующих моральных отношений. Что касается Ницше, то согласно его мнению мораль, ограниченная этими рамками, есть ложь. Подлинный человек должен строить свою жизнь в пространстве, границы которого пролегают не там, где находятся добро и зло господствующей морали. Именно в этом смысле Ницше называет себя имморалистом. Следовательно, по сравнению с предшествующей традицией позиция Ницше характеризуется тем, что если вся европейская философская традиция претендовала на создание или перестройку этики, не посягая при этом на саму мораль, то Ницше претендует на создание не только новой системы этики, но и новой морали. Ни один из философов прошлого не заходил столь далеко.

II. Краткая биография. Судьба философа

Фридрих Вильгельм Ницше родился в 1844 г. Он был первым ребёнком в семье священника. Мать этого великого и, быть может, за всю историю человечества самого дерзкого безбожника также происходила из семьи священнослужителя. У него была ещё младшая сестра, сыгравшая впоследствии большую роль в жизни и особенно в посмертной судьбе Ницше в качестве наследника его творчества и архива. В 1850 г. семья после смерти отца переехала в Наумбург, который стал родным городом философа; там же в настоящее время находится его мемориальный дом-музей.

Школа, гимназия, изучение теологии и филологии в течение двух семестров в Боннском университете, затем филологии в Лейпцигском университете, место профессора классической филологии в Базельском университете, полученное 24-летним студентом (случай для формализованной академической жизни беспрецедентный), и десятилетняя преподавательская деятельность там же — таковы внешние вехи удачной, даже блестящей академической карьеры Ницше. С 1879 г. после того, как по состоянию здоровья Ницше оставил университет, получив право на ежегодную пенсию, он ведёт скитальческую жизнь, кружа между Швейцарией, Италией, Францией и Германией.

Ницше с юных лет обнаружил гуманитарные склонности и вёл интенсивную духовную жизнь. До конца своих дней он сочинял музыку, вдохновлялся ею, прекрасно импровизировал на рояле. Его поэтическое дарование помимо собственно поэтических опытов воплотилось в прекрасный язык и оригинальный стиль философских текстов, многие из которых представляют ритмизированную прозу. Интеллектуальный гений Ницше дал себя знать уже в студенческие годы.

Его доклад «Последняя редакция элегий Феогнида», подготовленный для заседания филологического кружка, произвёл сильнейшее впечатление на знаменитого профессора Ричля, бывшего в те годы первым филологом Германии. В пятом семестре он получил премию за конкурсное сочинение «Об источниках Диогена Лаэртского», которое затем было опубликовано в двух номерах «Рейнского научного журнала» и на основании которого Лейпцигский университет без защиты присудил ему степень доктора наук. Ницше сразу вошёл в элитарный круг немецкой профессуры, в частности, он дружил с знаменитым антиковедом Якобом Буркхардтом. Кто бы и как бы ни относился к Ницше и тому, что он делал, все признавали его исключительные дарования, интеллектуальный и духовный аристократизм. Сам он также не страдал скромностью; внутренние критерии Ницше были очень высокими, и мало кто из современников им удовлетворял, а его самого они обрекали на невероятные интеллектуальные нагрузки, которых, в конце концов, его организм не выдержал. Восемнадцатилетним юношей Ницше писал матери: «О подверженности влияниям нечего и думать, ибо мне ещё надо бы найти людей, которые были бы выше меня». И тем не менее два очень сильных влияния на Ницше оказывали философ Шопенгауэр, с сочинениями которого он познакомился в 1865 г., и композитор Вагнер, многолетняя дружба, а впоследствии разрыв, с которым явились одним из самых существенных моментов его жизни. Отношения Ницше с окружающими, друзьями, родственниками, коллегами складывались неровно, чему виной помимо высокой притязательности были также его ярко выраженная воля и не лишённый капризности характер. Свою семью Ницше не создал, прожил холостяком, хотя женского общества вовсе не чурался. В 1866 г. он свидетельствует: «Три вещи служат мне отдохновением: мой Шопенгауэр, шумановская музыка, наконец, одинокие слова». В письме, написанном через двадцать лет, есть слова: «Ни среди живых, ни среди мёртвых нет у меня никого, с кем я чувствовал бы себя родным. Это неописуемо жутко».

Сильнейшим фактором, определившим внешний рисунок и психологическую мотивацию жизни Ницше, стала его болезнь. Обнаружившиеся в детстве головные боли, и болезнь глаз преследовали его всю жизнь. Головные боли бывали невыносимыми, иногда длились до тридцати часов. Зрение Ницше постоянно ухудшалось, и после тридцати лет он был уже полуслепым. Ко всему этому добавились постоянные рвоты, связанные с серьёзным расстройством внутренних органов после инфекций дизентерии и дифтерита, когда Ницше находился на грани жизни и смерти (это случилось в 1871 г. во время франко-прусской войны, в которой Ницше несколько месяцев принимал добровольное участие в качестве санитара). Болезненность Ницше проявлялась в виде периодически повторяющихся приступов, что так же, как его скитальческий образ жизни, в результате чего он помногу раз возвращался в одни и те же места, могло способствовать возникновению его идеи о вечном возвращении.

В конце 1888 — начале 1889 г. у Ницше обнаруживается душевное заболевание, и он до конца жизни становится пациентом психиатров, оказывается на попечении и под опекой своей энергичной и к тому времени овдовевшей сестры. Умер Ницше в 1900 г.

Бывают философы, которые живут в соответствии со своей философией. Таким был Сократ. Бывают философы, которые живут так, чтобы не мешать своей философии. Таким был Кант. А бывают философы, которые живут самой своей философией. Таким был Ницше. Для понимания личности Ницше его произведения значат неизмеримо больше, чем внешние события жизни. Они — его дети, его друзья, его любовницы, его боль и радость. Такие книги не пишутся, в них воплощаются.

III. Основные идеи и учения. Мораль рабов

В отличие от всех прежних философско-этических опытов, в том числе кантианского и даже, прежде всего кантианского, нацеленного на оправдании морали путём её теоретического обоснования, Ницше проблематизировал саму мораль. Он поставил вопрос о ценности моральных ценностей и тем самым низвёл их до уровня предмета философского сомнения. Ницше расширил саму задачу философской этики, конкретизировав её как критику морального сознания. Прежней «науке морали», как он пишет, «недоставало проблемы самой морали: недоставало подозрения, что здесь есть нечто проблематичное». Подобно тому, как всякая наука, не останавливаясь на видимости вещей, стремиться проникнуть в их скрытую суть, которая чаще всего становится прямо противоположной тому, что фиксируется на уровне явлений, этика также не может обманываться тем, что сама мораль говорит о себе, и должна, прежде всего, направить своё внимание на то, о чём она молчит, что она скрывает и искажает. Ницше говорил, что, вряд ли до него кто-либо смотрел на жизнь с таким глубоким подозрением. Во всяком случае, на мораль до него так не смотрел. Что же он увидел своим недоверчивым взглядом?

За словом «мораль» скрываются существенно различные реалии, и поэтому требуется более строгое определение предмета анализа. Говоря о распространившейся в Европе и столь ему ненавистной морали, Ницше подчёркивает, что это — «только один вид человеческой морали, кроме которого, до которого и после которого возможны многие другие, прежде всего высшие «морали»».

Существует много разных моралей, самое общее и самое важное различие между ними состоит в том, что они подразделяются на два типа: мораль господ и мораль рабов. Ницше являлся моральным нигилистом в строгом и точном смысле слова: он решительно, последовательно, без каких-либо смягчающих оговорок и компромиссов отрицает мораль рабов.

Под моралью рабов Ницше подразумевает мораль, которая сформировалась под воздействием античной философии и христианской религии и воплотилась в многообразных индивидуально-аскетических, церковно-благотворительных. Общинно-социалистических и иных гуманистических опытов человеческой солидарности. Она стала в Европе господствующей и ошибочно воспринимается европейским общественным сознанием в качестве синонима морали вообще.

Не составляет никакого труда зафиксировать рабскую мораль чисто эмпирически, ибо она всесторонне обволакивает европейского человека. Значительно трудней выявить её содержательные характеристики, качественную определённость. Ницше это делает самым глубоким, полным и блестящим образом. Исследование рабской морали Ницше, как, впрочем, и всё, что он делал в философии, отличается, с одной стороны, полифоничностью, объёмностью, противоречивой полнотой, а с другой — необычайной тонкостью наблюдений, неисчерпаемостью нюансов. Поэтому оно трудно поддаётся обобщению, вообще методической обработке. Если тем не менее попытаться суммировать с неизбежным огрублением особенности рабской морали, как их понимает Ницше, то они могут быть резумарованы в следующих основных характеристиках.

1. Прежде всего, рабской делает мораль сама её претензия на безусловность, абсолютность. В этом случае мораль идентифицируется с идеалом, совершенством, последней истиной, словом, неким абсолютным началом, которое бесконечно возвышается над реальными индивидами и в перспективе которого их природное существование выглядит исчезающее малым, ничтожным. «Водрузить идеал — идеал «своего Бога»- и перед лицом его быть осязаемо уверенным в своей абсолютной недостойности. О, эта безумная жалкая бестия человек!» Восклицая это, Ницше ясно понимал, что человек хитрой выдумкой о недосягаемом абсолюте отвоёвывает себе право быть маленьким, жалким, недостойным. Следовательно, само представление об абсолютных идеалах является ложным. На самом-то деле они нужны человеку не сами по себе, не в их абсолютности, а в их особой функции, позволяющей человеку примириться со своей малостью. Ницше называет их неразбавленными спиртными напитками духа.

Читайте также:  Кислоты и основания с точки зрения теории электролитической диссоциации аррениуса

2. Рабская мораль есть мораль стадная. Она выступает как сила, стоящая на страже стада, общества, а не личности. Понимаемая как изначальная солидарность, братство людей, она, прежде всего, направлена на поддержание слабых, больных, нищих, неудачников. Одни из самых решающих и удачных моральных трюков, проделанных ещё еврейскими пророками, состоял в том, что слова «святой», «бедный», «друг» стали почти синонимами. Более всего так понятая мораль ценит способность человека отречься от себя, своего «я», поставить себя на службу другим, обществу. Всё это способствует тому, что люди сбиваются в кучи, толпы, утверждают себя в своей посредственности. Под стадностью Ницше имел в виду, несомненно, омассовление, обезличивание людей. В его труде «Так говорил Заратустра» эти идеи лучше всего отражены в той части, где Ницше описывает последнего человека — «самого презренного существа». «Нет пастуха, одно лишь стадо! Каждый желает равенства, все равны: кто чувствует иначе, тот добровольно идёт в сумасшедший дом».

3. Рабская мораль имеет отчуждённый характер. Она реализуется во внешне фиксированных нормах, призванных усреднить, уравнять индивидов. В самом человеке она представлена репрессивной функцией разума по отношению к человеческим инстинктам. Отчуждённость морали, как тонко замечает Ницше, выражается в самой идее её самоценности, в представлении, будто наградой добродетели является сама добродетель, и поэтому мораль имеет безличный, бескорыстный, всеобщий характер. При таком понимании индивид теряет свою личность и обретает нравственное достоинство только в качестве частного случая, простой проекции всеобщего закона. Ницше назвал это «кёнигсбергским китаизмом».

4. Рабская мораль замыкается областью духа, намерений. В известном смысле «вся мораль есть не что иное, как смелая и продолжительная фальсификация, благодаря которой возможно наслаждаться созерцанием души». Она представлена в человеке неким вторым человеком, который постоянно недоволен первым, внушает ему сознание виновности и обрекает его на постоянные сомнения, нерешительность, муки. Мораль рассекает человека на две части таким образом, что он идентифицирует себя с одной частью, любит её больше, чем другую. Здесь тело приносится в жертву душе. В морали человек явлен самому себе, по словам Ницше, не как individuum (буквально: неделимое ), а как dividuum ( буквально: делимое ). И он обречён на постоянное копание в себе, чтобы утихомирить, ублажить, обмануть зверя и таким обманным путём обрести покой, “ мир души ” — состояние, которое честнее было бы назвать иначе, ибо за ним могут скрываться и старческая слабость воли, и наступление уверенности, и хорошее пищеварение, и тщеславие, и многое другое.

5. Пожалуй, наиболее полно и рельефно рабская сущность морали выражается в её тартюфстве, лицемерии. Внутренняя лживость всех манифестаций морали, её выражений, поз, умолчаний и т.п. является в логике рассуждений Ницше неизбежным следствием ложности её исходной диспозиции по отношению к реальной жизни. Мораль претендует на то, чтобы говорить от имени абсолюта. А абсолюта на самом деле не существует, а если бы даже и существовал, то о нём по определению ничего нельзя было бы сказать. Следовательно, моральные речи — это всегда речи не о том. Далее, мораль противостоит природному эгоизму витальных сил. Но жизнь как жизнь не может не стоять за себя, не может не быть эгоистической — и не в каком-то общем смысле, а в конкретности своих индивидуальных существований. И где эгоизм страстей, инстинкты жизни не получают прямого выхода, там они обнаруживают себя косвенно, подобно тому, как растущее дерево, уткнувшись в препятствие, скрючивается, изгибается и, хоть в бок, хоть в обратном направлении, тем не менее продолжает расти. Мораль, поскольку она остаётся выражением жизни, не может не выражать её эгоистической сущности, но только делает это в прикрытой, превращённой форме. “ Разве само морализирование не безнравственно? ”- задаёт Ницше риторический вопрос. Особенно много лжи в моральном негодовании, которое, с одной стороны, скрывает неумение, умственную ограниченность, ошибку или иной недостаток негодующего, а с другой стороны, прикрывает тайное вожделение, зависть к самому предмету негодования; давно известно, что люди любят осуждать те пороки, которым втайне хотели бы сами предаваться. Зоркий глаз Ницше находит мораль лживой даже тогда, когда она кажется наиболее искренней и направленна против самой морализирующей личности. Презирающий чтит себя как человека, который презирает, за угрызениями совести скрывается род самодовольства, те, кто своим жалким положением вызывают сострадание, показывают, что “ не смотря на всю их слабость у них по крайней мере есть ещё одна сила — причинять боль ”. Моральное восхваление также не отличается особой честностью, в нём Ницше обнаруживает ещё больше назойливости, чем в порицании. “ Мы не ненавидим ещё человека, коль скоро считаем его ниже себя; мы ненавидим лишь тогда, когда считаем его равным себе или выше себя ”.

6. Квинтэссенцией стадной морали является ressentiment ( буквально: вторичное переживание ). Это французское слово используется философом для обозначения совершенно особого и исключительно сложного психологического комплекса, являющегося специфическим мотивом, своего рода вирусом морали. Здесь речь идёт о нескольких смыслах, наслоившихся друг на друга и образовавших в итоге редкостную психологическую отраву: а) первичные исключительно неприятные эмоции злобы, стыда, отчаяния, вызванные унижением достоинства человека, притом закономерным унижением, вытекающим из его реального, постоянно воспроизводящегося положения по отношению к другим людям; б) воспоминание и вторичное переживание этих эмоций, духовная работа с ними, результатом чего является ненависть и чувство мести, усиливаемые и подогреваемые ревностью, завистью, вызванные сознанием того, что «они» могут, а «я» нет; в) осознание того, что месть не может быть осуществлена, что обидчик недосягаем для мести, т.к. он самим фактом своего существования обречён быть обидчиком, как сам он обречён на то, чтобы быть обиженным; г) возникающее чувство бессилия, отчаяния, приводящее к тому, что месть, не имея возможности реализоваться в адекватных поступках, получает идеальное воплощение, в результате чего бессилие трансформируется в силу, поражение становится победой. Происходит переворачивание реальных ценностей, в свете которых слабый и сильный меняются местами, жалким оказывается не ужаленный, а тот, кто жалит (мол, пусть я в кандалах и оплёван, всё равно в душе и на весах добра и справедливости я лучше, и на вечном огне буду гореть не я, а мои обидчики). Ницше называет ressentiment воображаемой местью, местью бессильного, вытесненной ненавистью, измышлением зла. Это гнев, который не переходит в поступок, а обращается вовнутрь и становится формой самоотравления души.

Такова в самых общих характеристиках рабская мораль. Она является рабской по той причине, что все её основные свойства выражают и обслуживают условия жизни рабов. Мораль могла стать такой, какой она сложилась в европейском культурном регионе, только в том случае, если бы она создавалась рабами. Она есть продукт восстания рабов в той единственной форме, на которую вообще способны рабы. Только морализирующий раб выдвинет вперёд качества, которые могут облегчить его страдальческое существование — сострадание, терпение, кротость и т.п. Только он додумается зачислить в категорию зла всё мощное, опасное, грозное, сильное, богатое. Только раб догадается связать мораль с полезностью. И только он, разумеется, сможет и нуждается в том, чтобы так вывернуть всё наизнанку, чтобы отброшенность на свалку жизни, сама низость существования воспринимается как источник внутреннего достоинства и надежды. Словом, Ницше додумался до простой вещи: мораль, которую создают рабы, может быть только рабской моралью. Или наоборот: рабскую мораль могли создать только рабы.

IV. Внеморальная мораль сверхчеловека

У Ницше можно найти достаточно много высказываний, способных склонить к выводу, что он не проводит различия между стадной и моралью вообще: утверждения, что переоценка ценностей состоит в «освобождении от всех моральных ценностей», что сама по себе «никакая мораль не имеет ценности», что она всегда сужает перспективу и т. п. Однако отдельные фразы и даже абзацы из произведений Ницше сами по себе ещё не документируют мысль автора. В случае Ницше исключительно важны констектуальность, общий пафос мысли. В частности, для понимания ницшеанской критики морали существенно важное значение имеют следующие два момента.

Во — первых, Ницше критикует мораль всегда с моральной точки зрения. Основной и постоянный аргумент, на котором держится моральный нигилизм Ницше, состоит в том, что мораль умаляет, унижает человека. Более того, он даже апеллирует к понятиям сострадания, любви к человеку. Он отрицает сострадание христиан и социалистов, так как оно является состраданием тех, кто сам страдает, и поэтому не имеет никакой цены, отрицает его во имя более высокого, подлинного и действительно ценного сострадания сильных и властных натур.

Ницше отвергает мораль, направленную на стадную полезность, благо общины, потому что в рамках такой морали не может существовать мораль любви к ближнему. Он выступает против размягчающего, безвольного этического образа человека, потому что «вместе со страхом перед человеком, мы утратили и любовь к нему, уважение к нему, надежду на него, даже волю к нему».

Во — вторых, эта критика осуществляется в рамках концептуально осмысленного взгляда на историческое развитие морали. Мораль за весь период существования человечества, считает Ницше, прошла три больших этапа. На первом — ценность поступка связывалась исключительно с его последствиями. На втором этапе поступок стали оценивать по его причинам, т. е. по намерениям. В настоящее время начинается третий этап, когда обнаруживается, что намеренность поступков составляет в них лишь «поверхность и оболочку». Если второй этап считать моральным в собственном смысле слова, то первый будет доморальным, а третий — внеморальным. Выделение этих этапов, их содержательная характеристика и обозначение — огромная заслуга и открытие Ницше, нуждающееся в специальном исследовании. В данном случае следует подчеркнуть только тот момент, что ницшеанская критика морали является сугубо исторической и направлена на преодоление её определённой формы и этапа. Он сам достаточно точно обозначает характер решаемой им задачи: «Преодоление морали, в известном смысле даже самопреодоление морали».

Основная особенность человеческого (сверхчеловеческого) типа людей знатной породы, воплощающих новую (внеморальную) мораль, состоит в том, что они чувствуют себя «не функцией», а «смыслом», «чувствуют себя мерилом ценностей». Они самодостаточны в царском величии, проистекающем из готовности и способности к великой ответственности.

При всём радикально — негативном отношении к морали Ницше не ставит под сомнение её основопологающую и незаменимую роль в деле возвышения форм общественной жизни и самого человека. Он настаивает только на том, что такое возвышение достигается именно через сверхчеловеческую позицию. Он и называет её внеморальной по той единственной причине, что она более моральная, чем мораль в традиционно — христианско-социалистическо-гуманистическом смысле слова. «Знатный человек помогает несчастному, но не или почти не из сострадания, а больше из побуждения, вызываемого избытком мощи». Собственно только он и умеет чтить человека, чтить так, чтобы не унижать его демонстрацией жалости и сочувствия. Он прямо и естественно обнаруживает все лучшие моральные качества, включая самоотверженность, которые в стаднойц и аскетической моральных позициях существовали лишь в превращённой форме.

Внеморальная мораль Ницше вполне является моралью с точки зрения её роли, места, функций в жизни человека. Её даже в большей мере можно считать моралью, чем рабскую мораль сострадания и любви к ближнему. Она отличается от последней помимо уже упоминавшихся содержательных различий, по крайней мере, ещё двумя важными функциональными особенностями: а) она органична человеку; б) преодолевает беспросветность противоборства добра и зла. Рассмотрим кратко эти особенности.

Отвергая надуманную метафизику свободной воли, Ницше подчёркивает, что на самом деле речь идёт о сильной и слабой воле и определяет мораль как «учение об отношениях власти, при которых возникает феномен «жизнь»». При таком понимании мораль выступает не как надстройка, вторичное или третичное духовное образование в человеке, а как органичное свойство — мера воли к власти. «Пусть ваше само отразится в поступке, как мать отражается в ребёнке, — таково должно быть ваше слово о добродетели».

Добродетельность знатного человека является прямым выражением и продолжением его силы. Он добродетелен не из-за абстрактных норм и самопринуждения (хотя известный аскетизм, готовность к самоотречению ему свойственны), а самым естественным образом, в силу своей натуры, положения, условий жизни. Добродетель — это его защита, его потребность, способ его жизни. Рабская натура тоже выражает свою волю, но так как эта воля слабая, то она не может найти удовлетворение в поступке и трансформируется в воображаемую месть, принимает превращённую форму морализации. Сильным натурам нет нужды прятаться, уходить в область внутренних переживаний и моральных фантазий, они могут условия своего существования прямо осознать как долженствование. Ницшеанский сверхчеловек есть цельный, с волей собранной и сильной, он открыто утверждает себя, в полной уверенности, что он тем самым утверждает жизнь в её высшем проявлении.

Сверхчеловек находится по ту сторону добра и зла. В историческом плане понятия добра и зла являются результатом восстания рабов в морали. Так как рабы не могли реально преодолеть своё невыносимое для человека рабское состояние, то они решили выдать поражение за победу и изобразили своих рабов в качестве персонификации зла. Понятие зла оказывается первичным и как его антипод возникает понятие доброго. Первичность зла и вытекающая отсюда зависть, тайная мстительность, которые трансформируются в иллюзию добра, ассоциируемого со всем слабым и немощным, хитрый ум и разрушительная мощь зла, которым противостоят нищета духа и бездеятельность добра, настолько специфичны для рабской морали, что её преодоление равнозначно прорыву по ту сторону добра и зла.

Исторически прорыв противоположности добра и зла связан с сверхчеловеческой моралью господ. Некогда хозяева господствовали в жизни. У них была своя мораль, свои понятия и представления о добре и зле. Но со временем их одолели рабы, но победили они не силой, а числом. Добром стало признаваться то, что в большей мере соответствует их интересам; мягкосердечие, любовь к ближнему, покорность, самоотречение, доброта — все эти и им подобные качества были возвышены до уровня добродетели. В эпоху после восстания рабов господствующей стала и продолжает оставаться рабская мораль.

Собственная моральная позиция Ницше, позиция хозяина, почти прямо противоположна господствующей в обществе морали. Её краеугольными камнями служат: во-первых, ценность жизни в её биологическом смысле — только жизнь имеет абсолютную ценность и порождает всё, что имеет ценность; во-вторых, свобода сильного — свобода принадлежит только тому, кто имеет достаточно силы, чтобы завоевать и отстоять её; в-третьих, неравенство — люди не равны, они лишь лучше или хуже, в зависимости от того, сколько жизненной силы заключено в каждом из них. Естественно, этим устоям соответствуют и принципы морали. Справедливость в том виде, как её понимает господствующая мораль, есть ложь. Истинная справедливость, считает Ницше, основана отнюдь не на равенстве — каждый имеет столько, сколько заслуживает, а заслуги его измеряются количеством жизни. Равенство — это признак упадка. Ложным является и принцип полезности — назначение жизни состоит не в преувеличении добра. Сама жизнь есть высшее и величайшее добро, и только это имеет значение.

философ ницше мораль учение

К 1889 году, ко времени, когда сознание Ницше помутилось, когда его творческая деятельность оборвалась окончательно, он был мало известен. Одиннадцать лет спустя, когда Ницше не стало ( 1900 год ), он был знаменит. К этому времени под его влиянием находились философы разных ориентаций, но наибольшее влияние испытали представители так называемой философии жизни. В начале двадцатого века под влиянием идей Ницше оказалась значительная часть европейской, в том числе и русской, творческой интеллигенции. В ряде случаев это влияние либо удерживалось постоянно, или вновь вспыхивало в более или менее модернизированном виде на протяжении всего текущего столетия. Как оказалось, Ницше вполне имел право заявить: «Я знаю свою судьбу… Когда-нибудь моё имя будет связываться с припоминанием кризиса, равного которому не видела земля, — величайший конфликт совести, отмена всего того, во что до поры верилось, что признавалось нужным, чему поклонялись. Я — не человек. Я — динамит!».

VI. Список использованной литературы

1. Ницше Ф. «Так говорил Заратустра», издат. «Азбука-классика», Санкт-Петербург 2003 г.

2. Ницше Ф. «По ту сторону добра и зла» (предисловие Н.В. Рогожина), Москва 1992 г.

3. Шаповал С. И. «Этика Фр. Ницше и современная буржуазная теория морали», Киев 1988 г.

Источники:
  • http://studopedia.ru/7_167512_f-nitsshe-o-morali.html
  • http://studfiles.net/preview/2484726/page:2/
  • http://studexpo.ru/215950/filosofiya/nravstvennost_filosofii_nitsshe
  • http://studwood.ru/971320/filosofiya/moral_nitsshe
  • http://megaobuchalka.ru/4/2547.html
  • http://otherreferats.allbest.ru/ethics/00125576_0.html