Меню Рубрики

Психологический феномен с точки зрения теории деятельности леонтьева

В психологической и философской литературе, посвященной проблеме деятельности, данная категория рассматривается многозначно. Можно выделить, по крайней мере, четыре различных смысла, которые вкладываются в это понятие:
1) Деятельность как совокупность результатов и последствий — продуктов, достижений, произведений и т.п. В этом понимании деятельность предстает как производство.
2) Деятельность как процесс преодоления трудностей, как решение проблем и задач, как средство их решения. В этом смысле деятельность предстает как труд в истинном смысле этого слова.
3) Деятельность как процесс самоизменения человека в ходе изменения обстоятельств своей жизни. Так понимаемая деятельность — это самодеятельность.
4) Деятельность как таковая, вне её результативности, как способ отношения к условиям своей жизни, как деяние. Здесь деятельность — это практика.
Предметом философского анализа выступает именно практика.
Деятельностный подход в психологии
В психологии категория деятельности рассматривается в двух функциях: в качестве объяснительного принципа и в качестве предмета исследований.
В первом аспекте изучалась связь индивидуальной жизни человека с общественно-исторической и духовной практикой людей. В результате в систему психологических знаний были введены такие понятия, как “совместная (коллективная) деятельность”, “индивидуальная деятельность”, а также были рассмотрены такие характеристики деятельности, как преобразующая, целенаправленная, чувственно-предметная и духовная.
Деятельностный подход в психологии заложил А.Н.Леонтьев. Он рассматривал предметную деятельность как процесс, внутри которого, в качестве необходимого его момента возникает психическое “вообще”. Деятельность рассматривалась им как одинаково присущая и человеку, и животным (правда в последнем случае она трактовалась как жизнедеятельность). А.Н.Леонтьев исходил из различия внешней и внутренней деятельности.
Внешняя деятельность — это чувственно-предметная, материальная деятельность. Внутренняя — это деятельность по оперированию образами, представлениями о предметах, или идеальная деятельность сознания.
Согласно взглядам А.Н.Леонтьева, внутренняя деятельность вторична: она формируется на основе внешней предметной деятельности.
Психологическое строение индивидуальной деятельности
Психологическое строение деятельности достаточно полно и развернуто описано работах А.Н.Леонтьева и представителей его научной школы. Согласно их взглядам, целостная деятельность имеет следующие составляющие: потребности — мотивы — цели — условия достижения цели (единство цели и условий составляют задачу). И соотносимые с ними: деятельность — действия — операции.
Первый пласт деятельности (потребности, мотивы, цели, условия) составляет её предметное содержание. Это внутренний план её осуществления, её образ, то, на основе чего она строится. Второй план деятельности (отдельная деятельность, действия, операции) составляют её структурные элементы. Это реализация деятельности. В своём единстве оба эти пласта составляют её психологическое содержание.
В структуре деятельности есть и третий пласт: взаимные переходы и превращения её отдельных структурных элементов (мотива — в цель и, соответственно, деятельности — в действие; цели — в условие её реализации). Это уже динамика деятельности, её трансформация.
Анализ конкретной деятельности человека можно осуществить только тогда, когда будут определены потребности и мотивы этой деятельности при достаточно четком формулировании их предметного содержания.
Источником активности человека, его деятельности; выступают многообразные потребности.
Потребность — это состояние человека, выражающее его зависимость от материальных и духовных предметов и условий существования, находящихся вне индивида. Потребность можно рассматривать как состояние нужды в том, что необходимо для поддержания жизни его организма и развития его личности.
Переживаемая человеком нужда и побуждает его к поиску предмета его удовлетворения. Предмет потребности есть её действенный мотив.
Мотив — это форма проявления потребности, побуждение к определенной деятельности, тот предмет, ради которого осуществляется данная деятельность. Мотив — это опредмеченная потребность. На основе одной и той же потребности могут образовываться мотивы к различным деятельностям. Одна и та же деятельность может вызываться различными мотивами, отвечать различным потребностям.
Мотив побуждает человека к постановке задачи, к выявлению той цели, которая будучи представленой в определенных условиях, требует выполнения действия, направленного на создание или получение предмета, отвечающего требованиям мотива и удовлетворяющего потребность. Цель — это представляемый или мыслимый результат деятельности.
Действие выступает как составная часть деятельности. Оно отвечает осознаваемой цели. Любая деятельность осуществляется в форме действий или цепи действий.
Действие, имея определенную цель, осуществляется разными способами, в зависимости от тех условий, в которых это действие совершается. Способы осуществления действий называются операциями. Операции — это преобразованные действия, ставшие способами других более сложных действий.
В деятельности человека постоянно происходят такие взаимопревращения: деятельность ↔ действие ↔ операция и мотив ↔ цель ↔ условия. Подвижность составляющих деятельности выражается в том, что каждая из них может стать дробной или наоборот, будет включать в себя ранее относительно самостоятельные единицы (например, некоторое действие может раздробиться на ряд последовательных действий при соответствующем делении некоторой цели на подцели).
Сложные виды деятельности обычно побуждаются не одним, а несколькими мотивами, они полимотивированы. Например, учебная деятельность школьников может побуждаться познавательными, социальными, материальными мотивами.
Особенности освоения деятельности человека
Освоение любого вида деятельности подчиняется общим закономерностям развития деятельности.
Академик В.В.Давыдов выделял ряд общих закономерностей развития деятельности.
1. Существует процесс возникновения, формирования и распада любого конкретного вида деятельности (например, игровой, учебной, трудовой).
2. Её структурные компоненты постоянно меняют свои функции; превращаясь друг в друга (например, потребности конкретизируются в мотивах; действие может стать операцией, и наоборот).
3. Различные частные виды деятельности взаимосвязаны в едином потоке человеческой жизни.
4. Каждый вид деятельности первоначально возникает и складывается в своей внешней форме, как система развернутых взаимоотношений между людьми; лишь на этой основе возникают внутренние формы деятельности отдельного человека.
В настоящее время наиболее разработанными в теории деятельности в психологии являются вопросы формирования конкретных умений и навыков. Остальные вопросы открыты и дискуссионны.
Умения и навыки являются характеристиками выполнения человеком различных действий. При этом в психологии есть две трактовки этих понятий.
Согласно первой из них, умения и навыки рассматриваются как ступени, уровни овладения человеком теми или иными действиями, выполняемыми на основе знаний. Умения рассматриваются при этом как первая ступень овладения каким-либо действием, а навык — вторая ступень, означающая уже хорошее, успешное, безошибочное выполнение действия. Умение означает, что индивид усвоил соответствующее знание и может его применять, контролируя каждый свой шаг в соответствии с этим знанием.
Навык же означает, что применение знания приобретает автоматизированный характер.
Согласно другой трактовке, умения и навыки относятся к разным действиям. Действия, которые выполняет человек очень разнообразны и имеют сложную иерархическую систему. Среди них есть простейшие; каждое из них как составной элемент входит в более сложное. Автоматизированное выполнение простейших действий и называется навыком.
Владение сложной системой психических и практических действий, необходимой для целесообразной регуляции деятельности имеющимися у субъекта знаниями и навыками, называется умением.
Умения, следовательно, — это сознательное применение знаний и навыков для выполнения сложных действий в различных условиях.

А. Н. Леонтьев и С. Л. Рубинштейн являются создателями советской школы психологии, которая базируется на абстрактной концепции личности. Она была основана на работах Л. С. Выготского, посвященных культурно-историческому подходу. Данная теория раскрывает термин «деятельность» и другие взаимосвязанные с ним понятия.

История создания и основные положения концепции

С. Л. Рубинштейном и А. Н. Леонтьевым теория деятельности была создана в 30-е годы двадцатого века. Они разработали данную концепцию параллельно, не обсуждая и не советуясь друг с другом. Тем не менее в их работах оказалось много общего, так как ученые использовали одинаковые источники при разработке психологической теории. Основатели опирались на труд талантливого советского мыслителя Л. С. Выготского, также при создании концепции была использована философская теория Карла Маркса.

Главный тезис теории деятельности А. Н. Леонтьева кратко звучит так: не сознание формирует деятельность, а деятельность формирует сознание.

В 30-е годы на основе этого положения Сергей Леонидович определяет главное положение концепции, которое основывается на тесной взаимосвязи сознания и деятельности. Это значит, что психика человека формируется во время активности и в процессе работы, и в них же она проявляется. Ученые указывали, что важно понимать следующее: сознание и деятельность образуют единство, имеющее органическую основу. Алексей Николаевич подчеркивал, что данную связь ни в коем случае не стоит путать с тождеством, иначе все положения, имеющие место в теории, теряют свою силу.

Итак, по мнению А. Н. Леонтьева, «деятельность — сознание личности» — это главная логическая взаимосвязь всей концепции.

Основные психологические феномены теории деятельности А. Н. Леонтьева и С. Л. Рубинштейна

Каждый человек неосознанно реагирует на внешний стимул совокупностью рефлекторных реакций, но деятельность не входит в число данных раздражителей, так как она регулируется умственной работой индивида. Философы в своей представленной теории рассматривают сознание как определенную реальность, которая не предназначается для самонаблюдения человеком. Оно может проявляться только благодаря системе субъективных отношений, в частности, через деятельность индивида, в процессе которой ему удается развиваться.

Алексей Николаевич Леонтьев уточняет положения, озвученные его коллегой. Он говорит, что психика человека встроена в его деятельность, она формируется благодаря ей и проявляется в активности, что, в итоге приводит к тесной связи двух понятий.

Личность в теории деятельности А. Н. Леонтьева рассматривается в единстве с действием, работой, мотивом, целью, задачей, операцией, потребностью и эмоциями.

Концепция деятельности А. Н. Леонтьева и С. Л. Рубинштейна — это целая система, которая включает в себя методологические и теоретические принципы, позволяющие изучать психологические феномены человека. Концепция деятельности А. Н. Леонтьева содержит такое положение, что основным предметом, помогающим изучать процессы сознания, является деятельность. Этот подход исследования начал формироваться в психологии Советского Союза в 20-е годы двадцатого века. В 1930-ом уже было предложено две трактовки активности. Первое положение принадлежит Сергею Леонидовичу, который сформулировал приведенный выше в статье принцип единства. Вторая формулировка была описана Алексеем Николаевичем совместно с представителями Харьковской психологической школы, которые определили общность строения, затрагивающую внешнюю и внутреннюю деятельность.

Основное понятие в теории деятельности А. Н. Леонтьева

Деятельность — это система, которая строится на основе различных форм реализации, выражающейся в отношение субъекта к материальным объектам и миру в целом. Данное понятие сформулировал Алексей Николаевич, а Сергей Леонидович Рубинштейн определил деятельность как совокупность любых действий, которые направлены на достижение поставленных целей. По мнению А. Н. Леонтьева, деятельность в сознании личности играет первостепенную роль.

Структура деятельности

В 30-е годы двадцатого века в психологической школе А. Н. Леонтьев выдвинул идею о необходимости построения структуры деятельности, чтобы сделать определение данного понятия законченным.

Номер Начало цепочки Конец цепочки
1 / 3 Деятельность Мотив (обычно является предметом потребности)
2 / 2 Действие Цель
3 / 1 Операция Задача (в определенных условиях становится целью)

Данная схема является действительной при чтение как сверху вниз, так и наоборот.

Существуют две формы деятельности:

Внешняя деятельность

Внешняя деятельность включает в себя различные формы, которые выражаются в предметно-практической активности. При данном виде происходит взаимодействие субъектов и объектов, последние открыто представлены для внешнего наблюдения. Примерами этой формы деятельности являются:

  • работа механиков с помощью инструментов — это могут быть забивание гвоздей молотком или закручивание болтов отверткой;
  • изготовление материальных предметов специалистами на станках;
  • игры детей, для осуществления которых требуются посторонние вещи;
  • уборка помещения: подметание полов веником, протирание окон тряпкой, манипуляции с предметами мебели;
  • строительство домов рабочими: выкладка кирпичей, прокладывание фундамента, вставка окон и дверей и т. д.

Внутренняя деятельность

Внутренняя деятельность отличается тем, что взаимодействия субъекта с любыми образами объектов являются скрытыми от прямого наблюдения. Примерами этого вида являются:

  • решение математической задачи ученым при использовании недоступной глазу умственной деятельности;
  • внутренняя работа актера над ролью, которая включает обдумывания, переживания, тревогу и т. д.;
  • процесс создания произведения поэтами или писателями;
  • придумывание сценария для школьной пьесы;
  • мысленное отгадывание загадки ребенком;
  • эмоции, вызванные у человека при просмотре трогательного фильма или прослушивании им душевной музыки.

Общая психологическая теория деятельности А. Н. Леонтьева и С. Л. Рубинштейна определяют мотив как предмет человеческой потребности, получается, чтобы охарактеризовать данный термин, необходимо обратиться к нуждам субъекта.

В психологии же мотив является двигателем любой существующей деятельности, то есть это толчок, приводящий субъект в активное состояние, или цель, ради которой человек готов что-либо совершать.

Потребности

Потребность в общей теории деятельности А.Н. Леонтьева и С. Л. Рубинштейна имеет две расшифровки:

  1. Потребность — это своеобразное «внутреннее условие», которое является обязательной предпосылкой любой совершаемой субъектом деятельности. Но Алексей Николаевич указывает, что данный вид нужды не способен ни в каком случае вызвать направленную деятельность, потому что его главной целью становится ориентировочно-исследовательская активность, которая, как правило, направляется на поиск таких предметов, какие были бы в состоянии избавить человека от испытываемого желания. Сергей Леонидович добавляет, что это понятие является «виртуальной потребностью», которая выражается лишь внутри себя, поэтому человек испытывает ее в своем состоянии или ощущении «незавершенности».
  2. Потребность — это двигатель любой деятельности субъекта, который направляет и регулирует ее в материальном мире после встречи человека с предметом. Характеризуется данный термин как «актуальная потребность», то есть нужда в конкретной вещи в определенный момент времени.

«Опредмеченная» потребность

Данное понятие можно отследить на примере только что родившегося гусенка, который еще не встречался с каким-либо конкретным предметом, но свойства его уже зафиксированы в сознании птенца — они передались ему от матери в самом общем виде на генетическом уровне, поэтому у него не возникает желания следовать за любой вещью, которая окажется перед его глазами на момент вылупления из яйца. Это происходит только во время встречи гусенка, имеющего свою потребность, с предметом, потому что у него еще нет сформированного представления об облике своего желания в материальном мире. Данная вещь у птенца подходит на подсознании под схему генетически зафиксированного примерного образа, поэтому она в состоянии удовлетворить нужду гусенка. Так происходит запечатление данного предмета, подходящего под искомые характеристики, как предмет, удовлетворяющий соответственные потребности, а нужда приобретает «предметный» вид. Именно так подходящая вещь становится мотивом для определенной деятельности субъекта: в данном случае в последующее время птенец будет повсюду следовать за своей «опредмеченной» потребностью.

Таким образом, Алексей Николаевич и Сергей Леонидович имеют в виду, что потребность на самом первом этапе своего формирования не является таковой, она является в начале своего развития нуждой организма в чем-либо, которая находится вне тела субъекта, несмотря на то, что она отражена на его психическом уровне.

В данной концепции описывается, что цель является направлениями, на достижение которых человеком реализуется определенная деятельность в форме соответствующих действий, которые побуждаются мотивом субъекта.

Различия цели и мотива

Алексей Николаевич вводит понятие «цель» как желаемый результат, возникающий в процессе планирования человеком какой-либо деятельности. Он подчеркивает, что мотив отличается от данного термина, потому что он является тем, для чего совершаются какие-либо действия. Цель же — это то, что планируется сделать для реализации мотива.

Как показывает действительность, в повседневной жизни приведенные выше в статье термины никогда не совпадают, а являются дополнением друг друга. Также, следует понимать, что между мотивом и целью существует определенная связь, поэтому они являются зависимыми между собой.

Человек всегда понимает какова цель совершаемых или предполагаемых им действий, то есть его задача является осознанной. Получается, человек всегда точно знает, что он собирается делать. Пример: подача документов в университет, сдача заранее выбранных вступительных экзаменов и т. д.

Мотив почти во всех случаях является для субъекта неосознанным или бессознательным. То есть человек может и не догадываться о главных причинах совершения им какой-либо деятельности. Пример: абитуриент очень сильно хочет подать документы в какой-то конкретный институт — он это объясняет тем, что профиль данного учебного заведения совпадает с его интересами и желаемой будущей профессией, на самом деле основной причиной выбора данного университета является желание быть рядом с любимой девушкой, которая учится в этом ВУЗе.

Анализ эмоциональной жизни субъекта — направление, которое считается ведущим в теории деятельности А. Н. Леонтьева и С. Л. Рубинштейна.

Эмоции — это непосредственное переживание человеком смысла цели ( также предметом эмоций можно считать мотив, ведь на подсознательном уровне он определен как субъективная форма существующей цели, за которой он внутренне проявляется в психике индивида).

Эмоции позволяют человеку понять, какие на самом деле являются истинные мотивы его поведения и совершаемой деятельности. Если человек достигает поставленной цели, но не испытывает желаемого удовлетворения от этого, то есть, напротив, возникают отрицательные эмоции, это значит, что мотив не был реализован. Следовательно, успех, которого добился индивид, на самом деле мнимый, потому что то, ради чего вся деятельность была предпринята, не было достигнуто. Пример: абитуриент поступил в институт, в котором учится его возлюбленная, но она за неделю до этого была отчислена, что обесценивает успех, которого добился молодой человек.

Цель: закрепить представления о развитии науки психологии, в контексте динамики ее предмета, методов и основных достижений исследователей

страница 15/15
Дата 03.03.2018
Размер 84.5 Kb.
Название файла ГЕНЕЗИС,Юлия..doc
Тип Литература
А.Н.Леонтьев и его сотрудники; коллективом работников Московского Института психологии – А.А.Смирнов и др.) и т.д. Эти исследования, проводимые советскими психологами, дают обширный материал для теоретических обобщений. Углубляется и сама теоретическая работа.

В эти годы в СССР идет особенно интенсивная работа по построению системы советской психологии. Ее основные вехи могут быть сформулированы в нескольких основных положениях. Таковы:


  1. принцип психофизического единства, включающий единство психического как с органическим субстратом, функцией которого является психика, так и с объектом, который в ней отражается;

  2. принцип развития психики как производного, но специфического компонента в эволюции организмов, в ходе которого адаптивное изменение образа жизни обусловливает изменение как строения нервной системы, так и ее психофизических функций в их единстве и взаимосвязи, в свою очередь на каждой данной ступени обусловливаясь ими;

  3. принцип историзма применительно к развитию человеческого сознания в процессе общественно-исторического развития, в ходе которого общественное бытие людей определяет их сознание, образ их жизни – образ их мыслей и чувств, в свою очередь обусловливаясь ими;

  4. принцип единства теории и практики, т.е. теоретического и экспериментального изучения человеческой психики и воздействия на нее.

Таковы основные принципы советской психологии. Все они получают в ней теперь не только признание в качестве общефилософских тезисов, но и реализацию в плане психологической теории и психологического исследования. Нити, ведущие от всех этих основных принципов, сходятся в единой узловой точке – в положении о

е) единстве сознания и деятельности.

Цель: формирование практических навыков при работе с мотивами личности.

Методическое обеспечение: литература из библиотеки, источники в интернете.

Пользуясь учебником во вкладке «библиотека» «Общая психология» А.Г. Маклаков, глава 5 «психологическая теория деятельности»; либо любым другим источником в интернете, либо в вашей личной библиотеке, объясните, с точки зрения теории деятельности А.Н. Леонтьева, какой психологический феномен послужил причиной такого поведения:

Сотруднику было поручено задание, соглашаться на которое по началу он не хотел, поскольку существенных перемен в зарплате в связи с ним не ожидалось. Но по прошествии некоторого времени в его отношении к данной деятельности произошли существенные перемены. Он не только довел данный проект до конца, он увлекся чтением специальной литературы по данной теме, а затем решил получить дополнительное образование на тренинге, чтобы в дальнейшем продолжить заниматься подобными проектами (на его заработной плате это не отразилось).

ОТВЕТ В задании описан пример феномена сдвига мотива на цель, для данного феномена характерен вид послепроизвольного внимания,

Под послепроизвольным вниманием понимается внимание, которое сначала было произвольным, вызванным волевым усилием, а потом — в силу эмоциональной значимости деятельности — перестало быть произвольным и не требует уже волевых усилий, то есть стало как бы непроизвольным.

Человек, выполняя задание, заинтересовывается и впоследствии это меняет его жизнь.

Психологическая теория деятельности А.Н. Леонтьева.

В конце 1920-х гг., работая у Л.С. Выготского и используя идеи культурно-исторической концепции, А.Н. Леонтьев провел ряд экспериментов, направленных на изучение высших психических функций (произвольного внимания и процессов памяти). В начале 1930-х гг. встал во главе харьковской деятельностной школы и приступил к теоретической и экспериментальной разработке проблемы деятельности. В результате им была выдвинута концепция деятельности, являющаяся в настоящее время одним из признанных теоретических направлений современной психологии.

В отечественной психологии на основе предложенной Леонтьевым схемы деятельности (деятельность – действие – операция – психофизиологические функции),соотнесенной со структурой мотивационной сферы (мотив–цель–условие), изучались практически все психические явления, что стимулировало возникновение и развитие новых психологических отраслей.

Логическим развитием данной концепции Леонтьев считал возможность создания целостной системы психологии как «науки о порождении, функционировании и строении психического отражения реальности в процессе деятельности».

Основными понятиями данной теории являются деятельность, сознание и личность.

Деятельностьчеловека имеет сложное иерархическое строение. Она состоит из нескольких неравновесных уровней. Верхний уровень – это уровень особых видов деятельности, затем следует уровень действий, за ним – уровень операций, и самый низкий – уровень психофизиологических функций.

Центральное место в этом иерархическом построении занимает действие, которое является основной единицей анализа деятельности. Действие– это процесс, направленный на реализацию цели, которая, в свою очередь, может быть определена как образ желаемого результата. Необходимо обратить внимание на то, что цель в данном случае – это сознательный образ. Выполняя определенную деятельность, человек постоянно держит этот образ у себя в сознании. Таким образом, действие – это сознательное проявление активности человека. Исключениями являются случаи, когда у человека в силу определенных причин или обстоятельств нарушена адекватность психической регуляции поведения, например при болезни или в состоянии аффекта.

Основными характеристиками понятия «действие» являются четыре компонента. Во-первых, действие включает в качестве необходимого компонента акт сознания в виде постановки и удержания цели. Во-вторых, действие – это одновременно и акт поведения. При этом следует обратить внимание на то, что действие – это движение, взаимосвязанное с сознанием. В свою очередь, из вышеизложенного можно сделать один из основополагающих выводов теории деятельности. Этот вывод состоит в утверждении о неразрывности сознания и поведения.

В-третьих, психологическая теория деятельности через понятие действия вводит принцип активности, противопоставляя его принципу реактивности. Понятие «реактивность» подразумевает ответное действие или реакцию на воздействие какого-либо стимула. Формула «стимул–реакции» является одним из основных положений бихевиоризма. С этой точки зрения активен воздействующий на человека стимул. Активность с точки зрения теории деятельности есть свойство самого субъекта, т.е. характеризует человека. Источник активности находится в самом субъекте в форме цели, на достижение которой направлено действие.

В-четвертых, понятие «действие» выводит деятельность человека в предметный и социальный мир. Дело в том, что цель действия может носить не только биологический смысл, такой как добыча пищи, но также может быть направлена на установление социального контакта или создание предмета, не связанного с биологическими потребностями.

Исходя из характеристик понятия «действие» как основного элемента анализа деятельности, формулируются основополагающие принципы психологической теории деятельности:

Сознание не может рассматриваться как замкнутое в самом себе: оно должно проявляться в деятельности (принцип «размывания» круга сознания).

Поведение нельзя рассматривать в отрыве от сознания человека (принцип единства сознания и поведения).

Деятельность – это активный, целенаправленный процесс (принцип активности).

Действия человека предметны; их цели носят социальный характер (принцип предметной человеческой деятельности и принцип ее социальной обусловленности).

Само по себе действие не может рассматриваться как тот элемент начального уровня, из которого формируется деятельность. Действие – это сложный элемент, который часто сам состоит из многих более мелких. Такое положение объясняется тем, что каждое действие обусловлено целью. Цели человека не только разнообразны, но и разномасштабны. Есть крупные цели, которые делятся на более мелкие частные цели, а те, в свою очередь, могут делиться на еще более мелкие частные цели и т.д. Например, вы хотите посадить яблоню. Для этого вам необходимо:

1) правильно выбрать место для посадки; 2) выкопать яму; 3) взять саженец и присыпать его землей. Таким образом, ваша цель разбивается на три подцели. Однако если посмотреть на частные цели, то вы заметите, что и они тоже состоят из еще более мелких целей. Например, для того чтобы выкопать яму, вы должны взять лопату, вдавить ее в землю, вынуть и отбросить землю и т.д. Следовательно, ваше действие, направленное па то, чтобы посадить яблоню, состоит из более мелких элементов – частных действий.

Теперь необходимо обратить внимание на то, что каждое действие может быть выполнено по-разному, т.е. с помощью различных способов. Способ выполнения действия называется операцией. В свою очередь, способ выполнения действия зависит от условий. В различных условиях для достижения одной и той же цели могут быть использованы различные операции. При этом под условиями подразумеваются как внешние обстоятельства, так и возможности самого действующего субъекта. Поэтому цель, данная в определенных условиях, в теории деятельности называется задачей. В зависимости от задачи операция может состоять из разнообразных действий, которые могут подразделяться на еще более мелкие (частные) действия. Таким образом, операции – это более крупные единицы деятельности, чем действия.

Главное свойство операций состоит в том, что они мало осознаются или совсем не осознаются. Этим операции отличаются от действий, которые предполагают и сознаваемую цель и сознательный контроль за протеканием действия. По существу, уровень операций – это уровень автоматических действий и навыков. Под навыками понимаются автоматизированные компоненты сознательной деятельности, вырабатывающиеся в процессе ее выполнения. В отличие от тех движений, которые с самого начала протекают автоматически, как, например, рефлекторные движения, навыки становятся автоматическими в результате более или менее длительного упражнения. Поэтому операции бывают двух видов: к операциям первого вида относятся те, которые возникли путем адаптации и приспособления к условиям обитания и деятельности, а к операциям второго вида – сознательные действия, благодаря автоматизации ставшие навыками и перемещенные в область неосознаваемых процессов. При этом первые практически не осознаются, в то время как вторые находятся на грани сознания.

Теперь перейдем к третьему, самому нижнему уровню структуры деятельности – психофизиологическим функциям. Под психофизиологическими функциями в теории деятельности понимаются физиологические механизмы обеспечения психических процессов. Поскольку человек является биосоциальным существом, протекание психических процессов неотделимо от процессов физиологического уровня, обеспечивающих возможность осуществления психических процессов. Существует ряд возможностей организма, без которых большинство психических функций не может осуществляться. К таким возможностям в первую очередь следует отнести способности к ощущению, моторные способности, возможность фиксации следов прошлых воздействий. Сюда же необходимо отнести ряд врожденных механизмов, закрепленных в морфологии нервной системы, а также те, которые созревают в течение первых месяцев жизни. Все эти способности и механизмы достаются человеку при его рождении, Т.е. они имеют генетическую обусловленность.

Психофизиологические функции обеспечивают и необходимые предпосылки для осуществления психических функций, и средства деятельности. Например, когда мы стараемся что-то запомнить, то используем специальные приемы для более быстрого и качественного запоминания. Однако запоминания не произошло бы, если бы мы не обладали мнемическими функциями, заключающимися в способности запоминать. Мнемическая функция является врожденной. С момента рождения ребенок начинает запоминать огромное количество информации. Первоначально это простейшая информация, затем, в процессе развития, возрастает не только объем запоминаемой информации, но изменяются и качественные параметры запоминания. Вместе с тем существует болезнь памяти, при которой запоминание становится совершенно невозможным (корсаковский синдром), поскольку мнемическая функция оказывается разрушенной. При этой болезни совершенно не запоминаются события, даже те, которые случились несколько минут назад. Поэтому даже при попытке такого больного специально выучить какой-либо текст забывается не только текст, но и сам факт того, что такая попытка предпринималась. Следовательно, психофизиологические функции составляют органический фундамент процессов деятельности. Без них невозможны не только конкретные действия, но и постановка задач на их осуществление.

Дата добавления: 2017-02-11 ; просмотров: 3684 | Нарушение авторских прав

Теория деятельности Леонтьева

Деятельно­стью называется система различных форм реализации отношений субъекта к миру объектов. Так определял понятие «дея­тельность» создатель одного из вариан­тов деятельностного подхода в психо­логии Алексей Николаевич Леонтьев (1903 — 1979) (10).

Еше в 30-е гг. XX в. в школе А. Н.Леонтьева была выделена, а в последу­ющие десятилетия тщательно разработана структура отдельной деятельности. Представим ее в виде схемы:

ДеятельностьМотив (предмет потребности)

ОперацияЗадача (цель в определенных условиях)

Эта схема строения деятельности открыта как вверх, так и вниз. Сверху она может быть дополнена системой деятельностей разно­го вида, иерархически организованных; внизу — психофизиоло­гическими функциями, обеспечивающими реализацию деятель­ности.

В школе А. Н.Леонтьева выделяют еще две формы деятельности субъекта (по характеру ее открытости для наблюдения): внешнюю и внутреннюю (12).

различные формы предметно-практической деятельности (напри­мер, забивание молотком гвоздя, работа на станке, манипуляции игрушками у маленьких детей и т. п.), где происходит взаимодей­ствие субъекта с четко представленным для внешнего наблюде­ния объектом

это скрытая от прямого наблюдения деятельность субъекта с образами объектов (напри­мер, теоретическая деятельность ученого по решению какой-либо математической задачи, работа актера над ролью, протекающая в форме внутренних обдумываний и переживаний, и т.п.)

В школе А.Н.Леонтьева отдельную, конкретную деятельность выделяли из системы деятельностей по критерию мотива.

Мотив обычно определяется в психологии как то, что «движет» деятель­ность, то, ради чего эта деятельность осуществляется.

Мотив (в узком понимании Леонтьева) – как предмет потребности, т.е., чтобы охарактеризовать мотив, необходимо обратиться к ка­тегории «потребность».

А.Н.Леонтьев определял потребность двояко:

1) как «внутреннее условие», как одну из обязательных предпо­сылок деятельности, которая, однако, не способна вызвать направ­ленную деятельность, а вызывает — как «нужда» — лишь ориенти­ровочно-исследовательскую деятельность, направленную на поиск предмета, способного избавить субъекта от состояния нужды.

«виртуальная потребность», потребность «в себе», «потребностном состоянии», просто «нуж­де»

2) как то, что направляет и регулирует конкретную деятель­ность субъекта в предметной среде после встречи его с предметом.

«актуальная потребность» (потребно­сть в чем-то конкретном)

Пример: До встречи с кон­кретным предметом, свойства которого в самом общем виде за­фиксированы в генетической программе гусенка, у птенца нет потребности следовать именно за тем конкретным предметом, который окажется у него перед глазами в момент вылупления из яйца. Однако в результате встречи «неопредмеченной» еще по­требности (или «потребностного состояния») с соответствующим предметом, подходящим под генетически зафиксированную схе­му примерного «образца», происходит запечатление именно данного предмета как предмета потребности — и потребность «опредмечивается». С тех пор данный предмет становится мотивом деятельности субъекта (птенца) — и он повсюду следует за ним.

Таким образом, потребность на первом этапе своего развития –это еще не потребность, а нужда организма в чем-то, что находится вне его, хотя и отраженная на психическом уровне.

Деятельность, побуждаемая мотивом, реализуется человеком в форме действий, направленных на достижение определенной цели.

Цель (по Леонтьеву) – как желаемый резуль­тат деятельности, сознательно планируемый человеком, т.е. мотив — это то, ради чего производится некая деятельность, цель — то, что планируется сделать в этой связи для реализации мотива.

Как правило, в человеческой деятельности мотив и цель не совпадают между собой.

Если цель всегда осознаваема субъектом (он всегда может отдать себе отчет в том, что собирается делать: подавать документы в институт, в такие-то дни сдавать вступительные экзаме­ны и т.п.), то мотив, как правило, является для него бессознатель­ным (человек может не догадываться об истинной причине своего поступления именно в этот институт: он будет уверять, что очень интересуется, например, техническими науками, тогда как на са­мом деле его побуждает поступать туда желание быть рядом с лю­бимым человеком).

В школе А.Н.Леонтьева особое внимание уделяется анализу эмоциональной жизни человека. Эмо­ции рассматриваются здесь как непосредственное переживание смыс­ла цели (который определяется стоящим за целью мотивом, поэтому эмоции могут быть определены как субъектив­ная форма существования мотивов). Эмоция дает понять человеку, каковы могут быть истинные моти­вы постановки той или иной цели. Если при успешном достижении цели возникает отрицательная эмоция, значит, для данного субъекта этот успех мнимый, поскольку то, ради чего все предпринима­лось, не достигнуто (мотив не реализован). Поступила в институт девушка, но не поступил любимый человек.

Мотив и цель могут переходить друг в друга: цель при приобре­тении ею особой побудительной силы может стать мотивом (этот механизм превращения цели в мотив называется в школе А.Н.Ле­онтьева «сдвигом мотива на цель») или, напротив, мотив стано­вится целью.

Пример: Пред­положим, что юноша поступил в институт по желанию мамы. Тогда истинным мотивом его поведения является «сохранить хорошие отноше­ния с мамой», и этот мотив будет придавать соответствующий смысл цели «учиться именно в этом институте». Но учеба в институте и препо­даваемые в нем предметы настолько увлекают этого мальчика, что через некоторое время он начинает с удовольствием посещать все занятия уже не ради мамы, а ради получения соответствующей профессии, посколь­ку она целиком захватила его. Произошел сдвиг мотива на цель (бывшая цель приобрела побудительную силу мотива). При этом, наоборот, быв­ший мотив может стать целью, т.е. поменяться с нею местами, а может случиться другое: мотив, не переставая быть мотивом, превращается в мотив-цель. Этот последний случай бывает тогда, когда человек вдруг, отчетливо осознает истинные мотивы своего поведения и говорит себе: «Теперь я понял, что жил не так: работал не там, где хотел, жил не с тем, с кем хотел. С этого момента буду жить иначе и теперь совершенно осознанно буду достигать действительно значимых для меня целей».

Поставленная цель (в которой субъект отдает себе отчет) не означает еще, что способ достижения этой цели будет одинаков при разных условиях ее достижения и всегда при этом осознаваем. Одну и ту же цель разным субъектам зачастую приходится дости­гать в разных условиях (в широком смысле слова). Способ дей­ствия в определенных условиях называется операцией и соотно­сится с задачей (т.е. целью, данной в определенных условиях) (12).

Пример: поступление в институт может быть достигнуто разными способами (например, можно пройти «через сито» вступительных экзаменов, можно поступить по результатам олимпиады, можно не набрать нужных для бюджетного отделения баллов и все же поступить — на платное отделение — и т.п.) (12).

отдельная «единица» жизни субъекта, побуждаемая конкретным мотивом, или предметом потребности (в узком смысле по Леонтьеву).

это совокупность действий, которые вызываются одним мотивом.

Деятельность имеет иерархическое строение.

— уровень особенных деятельностей (или особых видов деятельности)

— уровень психофизиологических функций

основная единица анализа деятельности. Процесс, направленный на реализацию цели.

Цель задает действие, действие обеспечивает реализацию цели.

действие включает в качестве необходимого компонента акт сознания в виде постановки и удержания цели.

действие – это одновременно и акт поведения. В отличие от бихевиоризма теория деятельности рассматривает внешнее движения в неразрывном единстве с сознанием. Ведь движение без цели – это скорее несостоявшееся поведение, чем подлинная сущность

действие = неразрывное единство сознания и поведения

через понятие действия теория деятельности утверждает принцип активности

понятие действия «выводит» деятельность человека в предметный и социальный мир.

носитель деятельности, сознания и по­знания

Без субъекта нет объекта и наоборот. Это означает, что деятельность, рассматриваемая как форма отношения (точнее, форма реализации отношения) субъек­та к объекту, является осмысленной (необходимой, значимой) для субъекта, она совершается в его интересах, но всегда направ­лена на объект, который перестает быть «нейтральным» для субъек­та и становится предметом его деятельности.

то, на что направлена активность (реальная и познавательная) субъекта

обозначает не­которую целостность, выделенную из мира объектов в процессе человеческой деятельности и познания.

неразделимы деятельность и предмет (поэтому постоянно говорят о «предметности» деятель­ности; «беспредметной» деятельности не бывает). Именно благо­даря деятельности объект становится предметом, а благодаря пред­мету деятельность становится направленной. Таким образом, деятельность объединяет понятия «субъект» и «объект» в нераздели­мое целое.

предмет потребности, то, ради чего осуществля­ется та или иная деятельность.

Каждая отдельная деятельность побуждается мо­тивом, сам субъект может не осознавать свои мотивы, т.е. не отдавать себе в них отчета.

Мотивы порождают действия, т.е приводят к образованию целей, а цели, как известно, всегда осознаются. Сами мотивы осознаются не всегда.

Осозноваемые мотивы (мотивы – цели, характерны для зрелых личностей)

Неосознованемые мотивы (проявляются в сознании в виде эмоций и личностных смыслов)

Полимотивированность человеческих мотивов.

Главный мотив – ведущий мотив, второстепенные – мотивы – стимулы.

образ желаемого результата, т.е. того результата, который должен быть достигнут в ходе выполнения действия.

Цель всегда осознаваема. Побуждаемый тем или иным мотивом к деятельности, субъект ставит перед собой определенные цели, т.е. сознательно планиру­ет своими действиями достичь какого-либо желаемого им результата. При этом достижение цели всегда происходит в конкретных условиях, которые могут меняться в зависимости от обстоятельств.

Цель задает действие, действие обеспечивает реализацию цели.

цель, данная в определенных условиях

Способы осуществления действий

Характер используемых операций зависит от условий, в которых совершается действие. Если действие отвечает цели, то операция отвечает условиям (внешние обстоятельства и возможности), в которых эта цель дана. Главное свойство операции в том, что они мало осознаются или совсем не осознаются. Уровень операции заполнен автоматическими действиями и навыками.

Операции бывают 2-х видов: одни возникают путем адаптации, непосредственного подражания (практически не осознаются и не могут быть вызваны в сознании даже при специальных усилиях); другие возникают из действий путем их автоматизации (находятся на грани сознания и легко могут стать актуально осознаваемыми). Всякое сложное действие состоит из слоя действий и слоя «подстилающих» их операций.

это исходная форма активности живых организмов. Объективное состояние живого организма.

это состояние объективной нужды организма в чем-то, что лежит вне его и составляет необходимое условие его нормального функционирования.

Потребность всегда предметна.

Органическая потребность биологического существа в необходимом для его жизнедеятельности и развития. Потребности активизируют организм – поиск необходимого предмета потребности: пищи, воды итд. До своего первого удовлетворения потребность «не знает» своего предмета, он должен быть еще найден. В ходе поиска происходит «встреча» потребности со своим предметом, его «узнавание» или «опредмечивание потребности». В акте опредмечивания рождается мотив. Мотив определяется как предмет потребности (конкретизация). Самим актом опредмечивания потребность меняется, преобразуется.

— социальная потребность (потребность в контактах с себе подобными)

— познавательная (потребность во внешних впечатлениях)

отражение отношения результата деятельности к ее мотиву.

переживание повышенной субъективной значимости предмета, действия, события, оказавшихся в поле деятельности ведущего мотива.

Субъект выступает в процессе совершения им той или иной деятельности как организм со своими психофизиологи­ческими особенностями, и они также вносят свой вклад в специ­фику совершаемой субъектом деятельности.

С точки зрения школы А. Н.Леонтьева, знание свойств и струк­туры человеческой деятельности необходимо для понимания пси­хики человека (12).

Традиционно в деятельностном подходе выделяются несколь­ко динамических составляющих («частей», или, точнее, функцио­нальных органов) деятельности, необходимых для ее полноценного осуществления. Главными из них являются ориентировочная и исполнительная составляющие, функциями которых выступают соответственно ориентировка субъекта в мире и исполнение дей­ствий на основе полученного образа мира в соответствии с поставленными им целями.

Задачей исполнительной составляющей деятельности (ради которой дея­тельность вообще существует) является не только приспособле­ние субъекта к миру объектов, в котором он живет, но и измене­ние и преобразование этого мира.

Однако для полноценного осуществления исполнительной функции деятельности ее субъекту необходимо ориентироваться в свойствах и закономерностях объектов, т.е., познав их, уметь изменить свою деятельность (например, использовать те или иные конкретные операции как способы осуществления действий в оп­ределенных условиях) в соответствии с познанными закономер­ностями. Именно это является задачей ориентировочной «части» (функционального органа) деятельности. Как правило, человек должен, прежде чем что-то делать, сориентироваться в мире для построения адекватного образа этого мира и соответствующего ему плана действий, т.е. ориентировка должна забегать вперед исполнения. Так чаще всего поступает взрослый человек в обыч­ных условиях деятельности. На ранних ступенях развития (например, у маленьких детей) ориентировка совершается в про­цессе исполнения, а иногда и после него (12).

Сознание не может рассматриваться как замкнутое в самом себе: оно должно быть выведено в деятельность субъекта («размыкание» круга сознания)

поведение нельзя рассматривать в отрыве от сознания человека. Принцип единства сознания и поведения.

деятельность- это активный, целенаправленный, процесс (принцип активности)

действия человека предметны; они реализуют социальные – производственные и культурные – цели (принцип предметности человеческой деятельности и принцип ее социальной обусловленности) (10).

Теория деятельности А.Н. Леонтьева как основа изучения измененных состояний сознания (анализ феномена зависимости характеристик вдохновения от вида творческой деятельности) 1142

Понимая методологический плюрализм, скорее, как плюрализм методологий (открывающий возможность диалога между ними), нежели как плюрализм внутри конкретной методологической системы, мы вновь возвращаемся к необходимости поиска методологических оснований (которые можно объединить в целостную — работающую и живую — систему) разработки огромной проблемной области — психологии измененных состояний сознания (ИСС). Проблема ИСС на теоретическом и методологическом уровнях остается еще недостаточно хорошо разработанной и у нас, и за рубежом (при колоссальном объеме эмпирических исследований ИСС на Западе и довольно большом материале в нашей стране).

Единое и общепризнанное определение ИСС на данный момент отсутствует [10], поэтому в данной работе под ИСС мы будем понимать психические состояния, при которых наблюдается большинство признаков ИСС. На основе интегративного анализа списков признаков, предложенных А. Людвигом [33], В. Фартингом [31], Р. Могаром [34] (см. подробнее: 11), нами был сформулирован собственный перечень признаков ИСС, в который вошли изменения мышления, внимания, речи, восприятия, самосознания, образа тела, эмоционального реагирования, восприятия времени, уровня возбуждения, а также мотивационно-смысловые трансформации, повышение внушаемости, трудности вербализации полученного опыта, усиление образности. Переходными к измененным мы называем состояния, при которых наблюдается один или несколько признаков ИСС.

Первым нашим шагом в данной разработке стало обращение к культурно-исторической теории Л.С. Выготского, оказавшееся очень продуктивным: по аналогии с ВПФ нами были выделены два вида ИСС — «низшие» (натуральные) и «высшие» (социально обусловленные) [12]. Используя представления Л.С. Выготского о сознании как психологической системе или, более широко, как способе организации душевной жизни [5, 6], можно охарактеризовать низшие ИСС как состояния, при которых какая-либо структура психической жизни отсутствует, они представляют собой случайные, нецеленаправленные изменения состояний сознания, наступающие в результате дезорганизации так называемого обычного состояния сознания. Высшие — это культурно-исторически обусловленные ИСС: социально обусловлена их структура, содержание, формы, функции. Они представляют собой определенные, зачастую достаточно фиксированные и стабильные способы организации душевной жизни. В качестве структурирующих и конституирующих их начал нами были отмечены социальный опыт, а также установки, ожидания отдельного человека.

В дальнейшем, исследуя возможности аналитической интроспекции как метода индукции состояний, переходных к измененным, мы вновь обратились к проблеме начал, формирующих высшие ИСС, и, разрабатывая в психологии ИСС принцип предметности, пришли к выводу, что высшее ИСС конституируется предметом, в качестве которого могут выступать и мотив, и цель, и задача, — они формируют системы разного уровня [10].

Принцип предметности является одним из главных методологических принципов отечественной психологии: его разрабатывали и Л.С. Выготский (у которого предмет выступал прежде всего как культурный предмет), и А.Н. Леонтьев (в его представлениях о предметном характере деятельности). Как продолжение эмпирических исследований проблематики ИСС, так и изучение перспектив дальнейшей интеграции культурно-исторической концепции Выготского и теории деятельности заставило нас обратиться к психологической теории деятельности А.Н. Леонтьева как возможной теоретико-методологической основе для осмысления проблематики ИСС, в частности к разрабатываемым Леонтьевым представлениям о функциональных органах.

Согласно Леонтьеву, те психические способности и функции (такие, как ВПФ), которые являются специфически человеческими приобретениями, представляют собой определенные функциональные органы, которые «складываются в процессе овладения индивидом миром человеческих предметов и явлений» и «их материальный субстрат составляют прижизненно формирующиеся устойчивые системы рефлексов» [17, с. 215, 18, с. 478—479]. А.Н. Леонтьев выделил ряд особенностей, общих для всех онтогенетически складывающихся функциональных органов: 1) их устойчивость; 2) их интегрированность, т. е. сформировавшись, они функционируют как единый орган; 3) в процессе их формирования совершается объединение психических процессов, включающих сначала развернутые внешне-двигательные компоненты, которые затем затормаживаются, а акт в целом, меняя свою первоначальную структуру, все более сокращается и автоматизируется [17, с. 216]; 4) при тождестве задач они могут иметь разное строение, что создает безграничную возможность компенсаций, наблюдающуюся в сфере развития специфически человеческих психических функций [17, с. 215—216].

Следуя данной логике, мы предположили, что каждое высшее ИСС — это определенный функциональный орган, формирующийся в деятельности и выполняющий определенные функции (так, среди адаптивных функций А.В. Людвиг выделял психотерапевтическую, социальную и гностическую функции [33]). Поскольку высшие ИСС складываются в деятельности и для деятельности — для ее успешного осуществления, а разные виды деятельности различны по задачам, следовательно, ИСС должны быть специфичны для конкретных видов деятельности. Следует заметить, что сходные с разработанными нами на основе теории деятельности представления об ИСС встречаются и в западной психологии. Так, Ч. Тарт в концепции дискретных состояний сознания развивает идею о том, что подчиненность выполнению определенной задачи является одним из факторов, формирующих и стабилизирующих ИСС как систему взаимно согласованных психических функций [25]. А. Дейкман, выделяя два противоположных типа состояний сознания (два «модуса сознания»), полагает, что в процессе конкретного взаимодействия человека с миром тип соответствующего сознательного отражения определяется задачей [30]. Однако наше предположение об обусловленности характеристик ИСС конкретным видом деятельности не согласуется с традиционными представлениями, существующими в западной экспериментальной психологии ИСС, где вариативность феноменологии какого-либо измененного состояния обычно объяснялась влиянием факторов индивидуальности, установки, опыта, обстановки, техники индукции ИСС и т. д., но никогда — спецификой деятельности, осуществляемой в этом состоянии.

Для проверки сделанного нами в рамках деятельностного подхода А.Н. Леонтьева предположения о том, что ИСС, возникающие в разных видах деятельности, обладают специфическими чертами, мы обратились к анализу творческой деятельности и состояния вдохновения как измененного (или — в ряде случаев — переходного к нему) состояния сознания, возникающего в процессе ее осуществления. Объектом нашего исследования стали возникающие спонтанно (т. е. без применения специальных средств — таких, как гипноз или психоактивные вещества) в процессе творческой деятельности состояния, которые в обыденной речи называются «вдохновением». Это состояния радостной, экстатической увлеченности творческим процессом, сопровождающиеся повышением продуктивности, улучшением качества деятельности и ведущие к выдающимся результатам (наше понимание термина «вдохновение» шире его определения как одной из стадий творческого процесса [4]). Ранее Е.Ю. Четверткова доказала принадлежность вдохновения к классу ИСС (в западной психологии данная принадлежность постулируется [7, 30, 32, 33]).

Проблема вдохновения достаточно широко разрабатывалась как в отечественной психологии, так и на Западе. Западные психологи рассматривали вдохновение в контексте проблематики ИСС [30, 32, 33], отечественные (за исключением В.Л. Райкова [22]) — вне данного контекста [9, 16, 26]. При этом отечественные психологи подробно описали это состояние, его феноменологию, условия возникновения и функции, западные — сделали попытки анализа его механизмов и природы.

Итак, предметом нашего исследования явилась проблема обусловленности характеристик состояний вдохновения соответствующим видом творческой деятельности. Данные характеристики находят свое отражение, в частности, в субъективных феноменах, о которых сообщают испытуемые в самоотчетах. На основе предположения о зависимости характеристик вдохновения от вида творческой деятельности, в которой оно возникает, нами была сформулирована гипотеза о различии феноменов вдохновения в разных видах творческой деятельности.

Первым этапом исследования стало выявление общих характеристик вдохновения как ИСС, проведенное Е.Ю. Четвертковой на основе анализа литературы [1, 3, 9, 13, 14, 16, 19, 20, 21, 23, 24, 26, 27—29, 35], в которую входили как научные исследования вдохновения, так и данные людьми творческих профессий — актерами, художниками, скульпторами, писателями, композиторами — описания этого состояния (например, в мемуарах, воспоминаниях и др.). В результате были выявлены определенные признаки вдохновения как ИСС.

Изменения в мышлении: наблюдаются чувство утраты контроля за своей мыслительной деятельностью при полной сохранности мышления, вследствие чего появляются ощущения непроизвольного ее осуществления, ускорения мышления, отсутствия усилий, ощущение, что идеи возникают сами собой (что ведет к их отчуждению); недостаточное осознание процесса мыслительной деятельности; рост креативности — повышение гибкости, беглости, оригинальности, изменение стиля мышления; появление феноменов инсайта; усиление способности видеть предмет с разных точек зрения; симультанность протекания мыслительных процессов, которые прежде осуществлялись сукцессивно; усиление ассоциативного процесса; усиление способности переноса опыта, независимо от его формы, из одной области в другую, мало с ней связанную (сходство разнородных объектов устанавливается на основе подобия смысловой и эмоциональной сторон впечатлений, поэтому появляется способность отовсюду черпать новые идеи); активизация образного мышления.

Изменения в работе памяти: увеличение легкости перехода информации из долговременной в кратковременную память (в том числе и бессознательного материала); утрата произвольности мнестической деятельности (непроизвольная актуализация образов памяти вплоть до приобретения ими характера навязчивости); амнезия на возникшие в состоянии вдохновения мысли, действия, поступки, а также действия других людей и окружающую обстановку.

Изменения внимания: усиление концентрации внимания на объекте творческой деятельности (феномен поглощенности), вследствие чего из поля внимания выпадает все, к ней не относящееся (феномен отрешенности); переход к постпроизвольному вниманию; повышение устойчивости внимания, понижение отвлекаемости.

Изменения перцептивных процессов: усиление полноты восприятия; изменение смыслового компонента воспринимаемого (например, предмет — мелодия, слово, жест — кажется прекрасным в своей конкретности и одновременно является частью чего-то более общего, целостного, высокого; «чистое восприятие объекта», безотносительное к категориям прошлого опыта и эмоциональной нагрузки, отделенное от значений и личностных смыслов); появление галлюцинаций, соответствующих по тематике предмету творческой деятельности; изменение чувствительности (гиперестезия/гипоэстезия); появление синестезий.

Изменения в эмоциональной сфере: при вдохновении обычно наблюдаются повышение эмоциональной чувствительности и интенсивности переживаемых эмоций, а также выраженный сдвиг в сторону позитивных эмоций — эмоциональный подъем, разнообразные эйфорические переживания (радость, счастье, вселенский экстаз, восторг и т. д.), ослабление состояний тревоги и фрустрации. Повышается эмоциональная вовлеченность в содержание творческого процесса, что проявляется, в частности, в усилении эмоциональной насыщенности мыслительной деятельности: возникают радость открытия, удивление, а иногда — испуг от неожиданности и внезапности переживаний, наблюдается яркое эмоциональное предвосхищение результата или определение области его поисков (ощущение «правильного пути»).

Изменения самосознания: 1. Возникают деперсонализационные явления, связанные с формированием новой идентичности человека-творца, причем эта новая личность обладает и новыми свойствами (отсюда — ощущения своей гениальности, всесильности, обладания особой властью), и особыми способностями (поэтому возникают ощущения как актуализации имеющихся способностей, так и возникновения новых, иногда паранормальных). 2. Меняются границы Я (чаще — в сторону расширения): в процессе творчества человек может чувствовать слияние с деятельностью, ее продуктом, единство с природой, Богом, Вселенной, другими людьми, мировым сознанием и т. п. 3. Возникают явления расщепления — ощущение расщепления между душой и телом, чувство раздвоения себя (например, на наблюдающее и действующее Я). 3. Происходят изменения самооценки как эмоциональной составляющей образа Я в сторону ее повышения (как следствие появления новой идентичности). 5. Нарушается восприятие самоконтроля (при объективной его сохранности), пропадает ощущение воления при осуществлении творческой деятельности: собственные произвольные реакции кажутся происходящими без участия самого субъекта. Явления деперсонализации вместе с утратой ощущения воления могут приводить к отчуждению части себя и персонализации ее в виде какой-то силы, которая вселилась в человека. Поэтому продукт деятельности иногда не признается своим.

Мотивационно-смысловые трансформации: характерная особенность вдохновения, определяющая все другие изменения мотивационно-смысловой сферы, заключается в том, что мотив творческой деятельности становится ведущим (это одна из причин выраженного роста ее продуктивности). Вместе с появлением новой идентичности данное изменение в мотивационной иерархии трансформирует смысловую составляющую всего образа мира субъекта — значимо меняется его отношение к творческой деятельности, ее объектам и продуктам, к самому творческому переживанию (резко повышается их значимость и снижается критическое отношение к ним, что отражается в особом переживании этой значимости и видении всего происходящего в жизни субъекта и в мире через призму этой повышенной значимости — вплоть до появления сверхценных идей и суеверий; они могут отчуждаться и даже анимизироваться), а также его отношение к миру (возникает его принятие и уходит потребность его изменить, улучшить, появляется чувство измененности и обновления мира, возможна его анимизация, одушевление). Возможно, в основе этого лежат изменения смысловой стороны восприятия — появление потребности и возможности воспринимать объект в его отделенности от прежних значений и личностных смыслов, от связанного с ним прошлого опыта.

В результате превращения мотива творческой деятельности в ведущий побудительность других мотивов ослабевает (человек забывает о многих мелких делах — позвонить, купить что-нибудь, заехать куда-то, может долго не есть, не отдыхать).

Содержанию происходящих мотивационных трансформаций соответствуют изменения энергетического обеспечения деятельности — общий энергетический уровень повышается. За счет этого может улучшаться качество деятельности и расти ее продуктивность (в частности, человек действительно долго обходится без сна, пищи и т. п.). При этом он перестает ощущать собственные энергетические затраты (отсутствует чувство усталости, возникает особая «легкость» осуществления деятельности).

Нарушения восприятия времени: потеря ориентации во времени, нарушение оценки временных интервалов, изменение переживания времени (нечувствительность к ходу времени, ощущение себя вне времени).

Усиление образности: повышение живости, яркости, устойчивости образов при снижении их контролируемости — от впечатления «кино в голове» вплоть до навязчивых образов.

Трудности перенесения полученного в состоянии вдохновения опыта в ОСС (что связано как с известными трудностями вербализации, так и с изменениями мнестических процессов во время ИСС). Они выражаются в невозможности описать, находясь уже в ОСС, пережитое, упорядочить его в логическую и временную последовательность, во фрагментарности припоминания, в особом чувстве парадоксальности и невыразимости полученного опыта.

Изменения общего осознания действительности — ориентации в ситуации, критичности, так называемой проверки реальности. Это может проявляться в явлениях дереализации (человек перестает понимать, где находится, мир утрачивает реальность и др.), так называемой оглушенности сознания, чувстве пребывания в двух мирах — реальном и воображаемом, ощущении обостренности сознания (человеку кажется, что в моменты вдохновения он более ясно воспринимает мир, более осознанно к нему относится).

Для изучения качественного своеобразия состояний вдохновения в разных видах творческой деятельности мы использовали метод самоотчета, предполагающий наличие у испытуемых способности к анализу и вербализации своих переживаний. Для облегчения стоящей перед испытуемыми задачи была разработана следующая анкета, структуру которой задавали перечисленные выше 12 параметров, определяющих общие признаки состояния вдохновения, — они образовали 12 основных блоков («Изменения в мышлении», «Изменения самосознания», «Усиление образности» и т. д.). Каждый блок включал перечень соответствующих признаков вдохновения как ИСС (также перечисленные выше). Например, в блок «Изменения самосознания» вошли такие признаки, как появление новой идентичности, ощущение возникновения новых способностей, изменение границ «Я», наличие явлений расщепления и т. д. На основании анализа литературы [1, 3, 9, 13, 14, 16, 19—21, 23, 24, 26—28, 29, 35] для каждого такого признака была подобрана группа феноменов, в которых мог найти проявление данный признак.

Например, такой признак, как появление ощущения утраты контроля за своей мыслительной деятельностью при объективной его сохранности (блок «Изменения мышления»), может проявляться в следующих феноменах: «Ощущение, будто кто-то вкладывает идеи в мою голову»; «Кажется, что я со стороны наблюдаю за своими мыслями»; «Я не могу прекратить мысли, связанные с творческой работой, даже если захочу» и т. д. Другой пример: изменение самосознания как появление новой идентичности человека-творца (блок «Изменение самосознания) может проявиться в следующих феноменах: «Я чувствую, что становлюсь совсем другим», «Я чувствую себя гением», «Я чувствую, что мне позволено все» и т. д. Мы старались подобрать достаточно большое число феноменов для каждого признака (до 7 феноменов), поскольку среди них должны были оказаться те, которые может отметить представитель одного вида творческой деятельности и не отметить представитель другого. Выраженность каждого феномена оценивалась по трехбалльной шкале (феномен отсутствует — 0 баллов, умеренно выражен — 0,5 балла, выражен сильно — 1 балл).

Данная анкета-список феноменов ИСС легла в основу проводимого с испытуемыми структурированного интервью. Испытуемые, с которыми беседовали о возникающих у них во время профессиональной деятельности состояниях вдохновения, отвечали на анкету в диалоге с экспериментатором. Он зачитывал вслух каждый вопрос анкеты, а испытуемый, заметив, что у него бывает тот или иной феномен, должен был сообщить об этом (или рассказать о сходном), пояснив свои переживания на примере и оценив степень их выраженности. Форма беседы обеспечивает лучшее понимание испытуемым вопросов анкеты, а экспериментатором — высказываний испытуемого; помощь со стороны экспериментатора облегчает вербализацию испытуемым своих переживаний, способствуя извлечению максимально полной информации о специфике каждого феномена.

Для проверки гипотезы о специфичности феноменологии состояний вдохновения в разных видах творческой деятельности нами были выбраны два вида творческой деятельности — деятельность пианиста-исполнителя и деятельность дизайнера-модельера, которые разнородны по стоящим перед человеком задачам.

Задачи пианиста-исполнителя. Пианист-исполнитель должен уметь не только глубоко вчувствоваться и погрузиться в музыкальную ткань исполняемого произведения, но и передать слушателям то, что он понял и почувствовал. Его задача — раскрыть внутреннее содержание и эмоциональную настроенность произведения, постичь и раскрыть для слушателя тот образ, который заключен в музыкальном произведении. В этом образе важно передать именно личность автора, а не самого себя [8].

Работа над музыкальным произведением ставит перед исполнителем множество задач, технических и творческих одновременно: удержание целостного образа произведения и соотнесение с ним получаемого звучания, обеспечение гармоничного соотношения главной темы и аккомпанемента, объемного звучания каждого голоса и сохранение при этом основной направленности мелодии в полифонии и ритма произведения, выделение границ какой-то отдельной фразы и мотива и вместе с тем выстраивание их в единую мелодическую линию, извлечение нужного звука из инструмента (для чего обязательно соответствие между звуковым образом и движениями и ощущениями рук и всего тела играющего). В обеспечении всех этих задач большую роль играет внимание — исполнитель не может позволить себе отключиться от техники исполнения, без владения которой невозможно передать музыкальный образ [8].

Задача модельера — дизайнера одежды. Дизайн одежды является одним из самых «быстрых» видов искусства в наше время, поэтому одной из основных задач модельера является прогнозирование ближайших изменений в моде, для чего ему необходимо уметь улавливать атмосферу изменений в социальных процессах. В то же время дизайнер одежды работает с конкретными людьми. Поэтому он должен уметь совмещать выполнение двух других задач — выражать индивидуальность клиента и при этом держаться направления модных тенденций [15]. В качестве задач, одновременно технических и творческих, можно отметить выполнение эскиза будущей модели и подбор ткани для ее пошива [15].

Испытуемые. В исследовании принимали участие добровольцы-студенты (пианисты-исполнители) I курса Московской государственной консерватории им. П.И. Чайковского (4 человека) и студенты (дизайнеры одежды) III курса МГТУ им. А.Н. Косыгина (4 человека) — всего 8 человек (возраст от 18 до 23 лет).

Выбор испытуемых был обусловлен достаточным уровнем развития у них рефлексивных и вербальных навыков (предполагаемых методикой исследования) и их принадлежностью к качественно различным видам творческой деятельности — музыкальной и художественной, в которой они уже обладали определенным опытом (рисовать или играть на музыкальном инструменте они начинали с самого детства) и которой они посвящали основную часть своего времени, в том числе и учебного.

Процедура исследования. С каждым испытуемым индивидуально проводилось структурированное интервью, которое записывалось на диктофон. Беседа длилась около 2 часов.

Обработка результатов. По методике структурированного интервью производился количественный анализ: по каждому пункту (феномену) суммировались баллы для всех испытуемых каждой из групп, затем оценивалась выраженность каждого признака вдохновения в данной группе — суммировались баллы входящих в этот признак феноменов, затем осуществлялась суммация по блокам (складывались баллы всех признаков из этого блока). Малая численность выборки не позволила провести статистический анализ различий, поэтому как результаты нами были выбраны те признаки и феномены, различия по которым между группами были достаточно очевидны при визуальном анализе баллов (например, какой-то феномен присутствовал в самоотчетах одной группы и отсутствовал у представителей другой). В ряде случаев при сравнении групп мы наблюдали количественные тенденции (в скобках через знак разделения «/» приведены баллы, оценивающие степень выраженности конкретного феномена или признака у представителей каждой из групп в соответствии с порядком их упоминания в тексте).

Результаты и их обсуждение

Качественный анализ возникающей в процессе творческой деятельности феноменологии ИСС показал, что у представителей разных видов творческой деятельности состояния вдохновения имеют свои специфические особенности.

Первое наблюдаемое отличие — в феноменологии мышления. По показателю повышения уровня творческого мышления музыканты отстают от модельеров (соответственно 5 и 11 баллов). Это можно объяснить тем, что в данной анкете мы опирались на дивергентный (гилфордовский) подход к определению креативности [2], который соответствует пониманию креативности у модельеров, в то время как музыканты понимают ее, скорее, в конвергентном гештальтистском стиле [2]: «Надо идти к единственному, неповторимому и правильному варианту». Разное понимание креативности обусловлено, по-видимому, различиями творческих задач: модельерам необходимо создавать множество разных образов (не бывает коллекции из одного платья), задача пианиста-исполнителя состоит в поиске одной — наилучшей — интерпретации образа, созданного композитором.

Феноменология памяти. В этой области выявленные различия носят характер тенденций. Так, в состоянии вдохновения у модельеров, по сравнению с музыкантами, наблюдается бoльшая субъективная легкость переноса образного материала из долговременной памяти в рабочую (3/1,5), так что человека могут даже удивлять объем и содержание вспомненного материала (3/0,5). У исполнителей при воспоминании обнаружен феномен видения происходящего в процессе творчества со стороны («взгляд сверху, со стороны»). Интересно, что он имеет место только в связи с концертной деятельностью.

Феноменология внимания. В этой области достаточно выраженный характер имеют различия между группами по общему числу феноменов (по этому блоку в группе пианистов 24,5 балла, модельеров — 33). Содержательные различия между группами связаны с большей выраженностью у модельеров (по сравнению с исполнителями) устойчивости внимания на объекте творческой деятельности (7,5/5,5) («Если что-то отвлечет меня, я немедленно возвращаюсь к своему делу») и выпадением из поля внимания всего к ней не относящегося (4/2) («Могу стать таким рассеянным, что не замечаю ничего вокруг»), а также с актуализацией постпроизвольного внимания (7,5/4,5). Возможно, это связано с тем, что музыкальное исполнительство ставит перед человеком достаточно сложную техническую задачу, вероятно, более сложную, чем у модельеров. У студентов первого курса консерватории техника исполнения, вероятно, еще не дошла до автоматизма (т. е. постпроизвольное внимание еще недостаточно сформировано), поэтому требует постоянной организации произвольного внимания.

Феноменология восприятия. На уровне тенденции у модельеров, по сравнению с исполнителями (21/18), наблюдается большее усиление зрительной образности, больше случаев повышения яркости, живости, устойчивости визуальных образов («ты рисуешь платье и уже видишь, как оно стоит у стены напротив — на манекене»). У музыкантов усиливается яркость, живость и устойчивость слуховых образов: «Постоянно в голове звучит музыка . Это очень интересно накладывается на шум улиц». То есть в процессе вдохновения характерное для ИСС усиление образности чаще затрагивает ту модальность, в которой происходит творческий процесс. При этом могут падать чувствительность и снижаться образность в других модальностях: у музыкантов — в зрительной, а у модельеров — в слуховой («образы остаются вспышками, а звуки вообще не помню, потому что от них отключаюсь»).

Но в то же время усиление образности может происходить и в другой модальности — иной по отношению к основной для данной деятельности — в случае, если эти образы помогают решить творческую задачу: «У Шопена есть такой этюд, называется «двадцать третий». У него еще такое название совершенно банальное — «Снежная буря» . Ужасное название … произведение гораздо глубже, чем метель какая-то. Но при этом как бы от него отталкиваешься, представив себе снежную бурю . и можно найти как-то интонацию в образе».

Изменения в ощущениях. На уровне неявно выраженной тенденции было обнаружено, что проявления гиперэстезии более характерны для выборки исполнителей, чем модельеров (7,5/5,5), а синестезии — для группы модельеров (7/5,5). Среди феноменов синестезий, обнаруженных в обеих выборках, можно выделить два вида: 1) те, которые встречались и у модельеров, и у музыкантов; 2) специфические для каждой группы.

  1. Цвето-звуковые синестезии наблюдались в обеих группах. Однако у музыкантов цвет обычно сочетался не просто со звуком, а с мелодией («иногда, когда играешь музыку, ты понимаешь, что в этом месте все зелено»), а у модельеров основным в этой связи являлся цвет («цвет как состояние — это и есть сама музыка»).

В обеих группах наблюдались «звуко-кинетические» и «звуко-тактильные» синестезии. Музыканты описывали эти феномены так: «Чувствуешь скорее не музыку, а звуки, расстояние между нотами» (слуховые ощущения сочетаются с чувством мышечного напряжения в кисти), «Можно телом чувствовать, как звуки тебя облепляют, что музыка в воздухе». Пример синестезии данного вида у модельера: «музыка идет, а на тебя будто что-то дует, становится горячо».

Но в разных группах была и некоторая специфика данных феноменов. У музыкантов эти ощущения были связаны именно с процессом исполнения и носили поэтому более дифференцированный характер, так как тактильные ощущения накладывались не на мелодию в целом, а на отдельные звуки. У дизайнеров в этом типе синестезий музыка накладывалась на ощущение текстуры, т.е. тактильные ощущения в данном случае были первичны («Можно что-то потрогать и понять, на какую песню это похоже»), что можно объяснить тем важным местом, которое занимает работа с материалом в труде модельера.

  1. Специфической для музыкантов синестезией стало слияние ощущений вкуса, запаха и музыки («Иногда музыка бывает пряной, иногда — острой», «Иногда что-то играешь такое весеннее и прямо запах весенний»), а для модельеров — ощущений запаха и цвета («хороший парфюм можно разложить на цвета»).

Изменения в эмоциональной сфере. На уровне тенденции у музыкантов (по сравнению с модельерами) усиливаются проявления эмоций (4/2) и уменьшается переживание тревоги (13,5/10,5), модельеры, наоборот, чаще сообщают о снижении выраженности эмоций и усилении контроля за ними (5,5/2,5) («Я становлюсь спокойным и сосредоточенным», «Меня сложно вывести из себя»). У модельеров чаще встречается испуг от неожиданного прихода ИСС: «Иногда сила или внезапность озарения могут вызвать у меня испуг» (3/1), «Иногда я вижу свои картины наяву и это меня немного пугает» (последний феномен вообще отсутствует в группе исполнителей).

Изменения самосознания. Рассмотрим область деперсонализационных явлений, связанных с изменением ощущения самоидентичности. В группе музыкантов испытуемые чаще (по сравнению с модельерами) говорят об изменении у них способностей (25,5/22,5), в частности, о появлении ощущения актуализации всех способностей организма (5/2,5). Для модельеров более характерно содержательное изменение Я-концепции сообразно содержанию их деятельности (11,5/5,5). Это выражается в сообщениях о влиянии конкретного творческого проекта на настроение человека, его мысли, поступки, на весь образ жизни. Бoльшую выраженность данного феномена у модельеров можно объяснить, вероятно, тем, что в процессе работы им необходима некоторая идентификация с образом будущего владельца вещи. Музыкантам чуть больше, чем дизайнерам (2,5/1), присуще ощущение обладания огромной властью во время вдохновения, что, вероятно, связано с ощущением «владения залом» во время концертного выступления.

В отношении явлений расщепления также прослеживается различие между группами: у музыкантов встречался уже упомянутый феномен видения себя со стороны при воспоминании о моментах вдохновения (2 случая), в группе модельеров такое явление отсутствовало.

В области восприятия самоконтроля можно отметить, что на уровне тенденции для модельеров более характерна потеря ощущения волнения (4/2), и у них немного чаще (3,5/2) продукт деятельности не признается своим.

В отношении рефлексии наступившего состояния вдохновения у модельеров и музыкантов наблюдаются противоположные тенденции. Модельеры более, нежели пианисты (10/7), склонны характеризовать свое состояние как «оглушенное», «замутненное»: «Находит какое-то очумение, перестаю понимать, что со мной происходит», «До меня в таком состоянии сложно «достучаться». Пианисты (по сравнению с модельерами) чаще характеризуют свое состояние, как более «ясное», говорят об «обострении сознания» в период вдохновения (7,5/2): «Более ясно начинаю осознавать и видеть окружающий мир», «Более осознанно отношусь к происходящему». Возможно, речь идет об одном и том же явлении — поглощенности выполняемой деятельностью и утрате в связи с этим ориентации во всем, что к ней не относится, — внешнем мире, ситуации, повседневной реальности и т. п. Однако модельеры подчеркивают момент затруднения ориентации в происходящем, а исполнители — момент улучшения ориентации (более ясного осознания, в частности) в осуществляемой деятельности.

Трансформации смыслов. Модельеры сообщают о значительно большей численности и выраженности феноменов, связанных с трансформацией смыслов, нежели исполнители (74/66). Для музыкантов по сравнению с модельерами более характерно (13/8) появление специфического отношения к самому творческому переживанию: они переживают его особую ценность, относятся к нему с благоговением, восхищением, их ощущения кажутся им настолько великими и захватывающими, что они чувствуют себя ничтожными по отношению к этой силе.

У модельеров гораздо более выражено появление особого отношения к творческой деятельности (15/11) и к окружающему миру (20,5/11) в момент творческого переживания. Особое отношение к своей деятельности проявляется здесь в переживании ее крайней значимости, в отношении к ней как к ребенку, желании всем рассказывать о ней; проникновении в данное отношение компонентов магического мышления (суеверия). Особое отношение к миру состоит в том, что возникает принятие мира и уходит потребность его изменить (последний феномен вообще отсутствует у пианистов), сделать лучше, появляется ощущение особой ценности мира, чувство его измененности, обновления, динамичности, происходит одушевление мира.

Нарушения восприятия времени оказались более характерными для модельеров (17,5/11,5).

Итак, анализ самоотчетов испытуемых подтверждает нашу гипотезу, позволяя выделить наиболее выраженные особенности состояния вдохновения, которые специфичны для разных видов творческой деятельности.

  1. Мышление у пианистов-исполнителей становится более конвергентным, а у модельеров — более дивергентным.
  2. Модельеры чаще — по сравнению с пианистами-исполнителями — сообщают об усилении концентрации внимания на объекте творческой деятельности и выпадении из поля внимания всего того, что к ней не относится, а также об актуализации постпроизвольного внимания.
  3. Это сочетается с направлением изменений в эмоциональной сфере у представителей данных групп: у модельеров снижается выраженность эмоций и усиливается контроль за ними, у исполнителей, наоборот, усиливаются проявления эмоций.
  4. В процессе вдохновения у модельеров чаще актуализируются образы зрительной модальности, а у музыкантов — слуховой.
  5. Часть синестезий специфична для конкретного вида деятельности: у музыкантов это слияние ощущений вкуса, запаха и музыки, у модельеров — запаха и цвета.
  6. Для модельеров, в отличие от исполнителей, более характерно сообразное содержанию творческой деятельности изменение Я-концепции: в данной группе конкретный творческий проект в значительно большей степени влияет на настроение человека, его мысли, поступки, на весь образ жизни.
  7. В отношении рефлексии наступившего состояния вдохновения у модельеров и музыкантов наблюдаются противоположные тенденции: при осознании одного и того же явления — поглощенности выполняемой деятельностью и утрате в связи с этим ориентации во всем к ней не относящемся, — модельеры подчеркивают именно момент затруднения ориентации в происходящем, а исполнители — момент более ясного осознания осуществляемой деятельности.
  8. В области смысловых трансформаций для исполнителей более характерным является появление в момент вдохновения специфического отношения (переживание особой ценности, значимости, восхищение, благоговение, одушевление, принятие) к самому творческому переживанию, для модельеров — к творческой деятельности и окружающему миру.
  9. Восприятие времени нарушается больше у пианистов, нежели у модельеров.
  10. Существуют феномены, характерные для одной из групп и отсутствующие в другой: так, у модельеров возможен феномен видения наяву своих будущих работ, а у исполнителей при воспоминании о моментах вдохновения — феномен видения себя самого со стороны.

Таким образом, рассмотрение ИСС с позиций деятельностного подхода как функциональных органов деятельности позволяет изменить до сих пор сохраняющийся взгляд на ИСС как на патологические, неадаптивные, примитивные состояния и понять их значение для продуктивной творческой деятельности. Мы видим, что изменение самосознания, мышления, внимания, мотивационно-смысловой системы и т. д. обеспечивает успешность деятельности.

Хотя наше исследование выполнено на малой выборке и носит пилотажный характер, его результаты, на наш взгляд, с очевидностью демонстрируют объяснительные возможности теории деятельности в сфере изучения проблематики ИСС. Изучение ИСС с позиций деятельностного подхода способствует развитию как психологии ИСС (в плане построения теории ИСС), так и психологической теории деятельности, обогащая ее новыми эмпирически установленными фактами и закономерностями. Эвристический потенциал теории деятельности еще далеко не исчерпан, и проблематика ИСС является одной из областей, в которых эта продуктивная и актуальная теория может и должна развиваться.

Читайте также:  Чья точка зрения базарова и павла петровича
Источники:
  • http://fb.ru/article/384369/leontev-a-n-teoriya-deyatelnosti-kratko-o-glavnom
  • http://genew.ru/cele-zakrepite-predstavleniya-o-razvitii-nauki-psihologii-v-ko.html?page=15
  • http://lektsii.org/14-29910.html
  • http://studfiles.net/preview/5132802/page:8/
  • http://psyjournals.ru/kip/2007/n2/Gordeyeva_full.shtml