Меню Рубрики

Культура с точки зрения фрейда кратко

Основные теории происхождения культуры

Одной из наиболее сложных проблем, связанных с культурогенезом, есть проблема происхождения культуры.

Орудийно-эволюционная версия происхождения культуры

Представители и их труды:

Фридрих Энгельс (1820-1895), статья «Роль труда в процессе превращения обезьяны в человека» (1873-1876), явившаяся одной из глав его работы «Диалектика природы».

Карл Маркс (1818-1883) – немецкий философ, социолог, экономист, писатель, поэт, политический журналист, общественный деятель.

К. Маркс считал, что в основе развития культуры лежит совершенствование материальной стороны жизни.

К. Маркс утверждал, что культура связана с трудом человека, с производством материальных благ.

Согласно орудийно-трудовой концепции, человек выделился из животного мира.

Ф. Энгельсу принадлежит классическая формула:«Труд создал человека».

Под трудом Ф. Энгельс понимал целесообразную деятельность, которая началась с изготовления орудий из камня, кости и дерева.

По мнению К. Маркса и Ф. Энгельса, сознание возникло в результате труда.

В процессе труда у людей появилась потребность что-то сказать друг другу.

Так возникла речь как средство общения в совместной трудовой деятельности.

Последствия этих предпосылок – возникновения процесса труда и речи – огромны.

Деятельность человека стала огромным импульсом, который привел к культурогенезу.

Психоаналитическое объяснение происхождения культуры

Концепция культуры З. Фрейда

Основатель психоанализа Зигмунд Фрейд (1856-1939) в книге «Тотем и табу» пытался раскрыть культурогенез через феномен первобытной культуры.

З. Фрейд пытается разгадать первоначальный смысл тотемизма. Вместе с тем он показывает, что для истолкования феномена культуры огромное значение имеет система запретов, то есть табу. З. Фрейд полагает, что культура – это система норм и запретов, направленных на защиту общества от свободного индивида.

З. Фрейд рассматривает табу как результат амбивалентности (двойственности) чувств. Речь идет о совести, как о даре, выделившем человека из царства животных и создавшем феномен культуры.

З. Фрейд выводил феномен совести из первородного греха, совершенного пралюдьми, – убийства первобытного «отца».

Сексуальное соперничество детей с отцом привело к тому, что они у истоков истории решили убить главу рода.

Однако этот поступок не прошел для них бесследно.

Страшное преступление пробудило раскаяние. Дети поклялись больше никогда не совершать таких деяний.

Так произошло, по З. Фрейду, рождение человека из животного. Раскаяние породило и феномен культуры.

З. Фрейд считал, что ему удалось найти источник социальной организации, моральных норм и, наконец, религии в акте отцеубийства.

Он понимал под человеческой культурой все то, чем человеческая жизнь возвышается над животными условиями и чем она отличается от жизни животных.

Культура, по его мнению, демонстрирует две свои стороны.

С одной стороны, она охватывает все приобретенные людьми знания и умения, дающие человеку возможность овладеть силами природы и получить от нее материальные блага для удовлетворения своих потребностей.

С другой стороны, в нее входят все те установления, которые необходимы для упорядочения взаимоотношений людей, а особенно для распределения достижимых материальных благ.

Каждая культура, по словам З. Фрейда, создается принуждением и подавлением первичных позывов.

При этом у людей имеются разрушительные, следовательно, противообщественные и антикультурные тенденции.

Этот психологический факт имеет решающее значение для оценки человеческой культуры.

Культурогенез, следовательно, обусловлен наложением запретов.

Благодаря им культура многие тысячелетия назад начала отделяться от первобытного животного состояния.

Речь идет о первичных позывах кровосмешения, каннибализма и страсти к убийству.

Главная задача культуры, по З. Фрейду, в том и состоит, чтобы защищать нас от природы.

З. Фрейд считал, что религия оказала культуре огромные услуги.

Она активно содействовала укрощению асоциальных первичных позывов.


2.2. Аналитическая теория культуры К.Г. Юнга

Карл Густав Юнг считал источниками культуры являются сознательное и бессознательное начала.

Во многом следуя в психотерапевтической практике за З. Фрейдом, К. Юнг существенно расходился с ним в понимании культуры.

Отличия теории К. Юнга от классического психоанализа культуры:

1) неприятие пансексуализма Фрейда и эротической интерпретации всех явлений культуры,

2) модифицированная структура личности и понятие «коллективного бессознательного» наряду с «индивидуальным бессознательным»;

3) у Фрейда культура включена в Сверх-Я, стоящее в оппозиции к Оно (вместилище бессознательного); у К.Юнга сознательное и бессознательное дополняют друг друга.

Более того, оба они есть источник культуры.

Юнг рассматривал структуру личности как состоящую из трех компонентов:
1) сознание – ЭГО – Я;

2) личное бессознательное – «ОНО»;

3) «коллективное бессознательное».

Личное бессознательное содержит в себе комплексы, это скопление эмоционально заряженных мыслей, чувств и воспоминаний, вынесенных индивидуумом из его прошлого личного опыта или из родового, наследственного опыта.

Эти комплексы могут оказывать сильное влияние на поведение индивидуума.

Всем известно, что Наполеон был маленького роста и вообще был неказист.

Он крайне не любил высоких стройных гвардейцев, и если только такой солдат не отличался уж совсем безумной храбростью, повышения он получить не мог.

В штабе Наполеона тоже все были маленькие и не слишком худые.

Например, человек с комплексом власти может расходовать значительное количество психической энергии на деятельность, прямо или символически связанную с темой власти.

То же самое может быть верным и в отношении человека, находящегося под сильным влияние матери, отца или под властью денег, секса или какой-нибудь другой разновидности комплексов.

Однажды сформировавшись, комплекс начинает влиять на поведение человека и его мироощущение.

Дата добавления: 2016-11-02 ; просмотров: 1294 ; ЗАКАЗАТЬ НАПИСАНИЕ РАБОТЫ

ФРЕЙДОВСКАЯ ТРАКТОВКА КУЛЬТУРЫ

Без всякого преувеличения можно сказать: австрийский врач и психолог, основоположник психоанализа Зигмунд Фрейд (1856-1939) — фигура ключевая во всей современной культуре. Его влияние на атмосферу нашей эпохи, на науку и искусство, на гуманитарное и позитивное знание, на повседневную практику и общественные институты, наконец, на самосознание человечества ХХ века — беспрецедентно. Едва ли кто из героев-идолов текущего столетия имел и продолжает иметь столь широкий и оглушительный резонанс. Без Фрейда немыслим ХХ век, без него структура человеческого знания была бы совсем иной: высказанные им идеи спровоцировали возникновение необозримого пласта движений, теорий, техник, рефлексий, манифестаций — тех моделей и форм, в которых наше время привыкло себя мыслить и проявлять. Его работы порождали массу споров, по каждому теоретическому положению Фрейда выдвигались неопровержимые контраргументы специалистов, что — парадоксальная ситуация — совсем не уничтожало и не девальвировало их в глазах современников и не мешало их утверждению в качестве очевидных истин, в том числе и в ученом мире.

Психоаналитическая теория человека и общества в своем сжатом концептуально-логическом изложении может показаться несовершенной, даже поверхностной и примитивной, однако — и это засвидетельствовала история — она оказалось на редкость перспективной, потенциально очень емкой, из нее «столько извлекли» представители самых разных областей человеческой деятельности (особенно представители художественной сферы), что подсчитывать огрехи, ловить Фрейда на теоретических несоответствиях, указывать на вторичность и эклектичность его принципиальных установок — просто мелкие придирки, напоминающие лай Моськи на Слона из известной басни И.А.Крылова.

З. Фрейд родился в Чехии. Закончил венский университет. С 1876 по 1882 г. работал в лаборатории физиологии животных, а с 1882 г. — практикующим врачом. В начале 90-хгг. вместе с коллегами разрабатывал так называемый «катарсический» метод терапии неврозов. Согласно которому, невроз выступает защитной реакцией психики на травмирующую идею, которая изгоняется из сознания («вытесняется», но сохраняет свой заряд, в результате чего и возникает невроз. Разрешение и избавление от гнета вытесненного происходит в момент его «воспроизведения» и «интенсивного отреагирования» (переживания «катарсиса»). Следующим этапом в теоретической эволюции ученого стала гипотеза об исключительной роли сексуальности(энергии либидо) в формировании неврозов. Позднее Фрейд ее трансформировал, вынес сексуальность за пределы патологии, стал считать центральным моментом человеческой психики вообще, сделал краeyгольным камнем психоаналитической теории — и именно эта идея произвела фурор: чаще всего Фрейд ассоциируется именно с данным аспектом своей концепции.

Другим важнейшим постулатом психоанализа стало утверждение, что человек — существо многоярусное, его поступки и мысли опосредуются не только директивами сознания, но и некими импульсами, поступающими из сферы вытесненного — бессознательного этажа психики, своеобразного резервуара-накопителя всего изгнанного по тем или иным причинам из сознания. Разумеется, не Фрейд придумал бессознательное, но «подлинно историческое значение сделанного Фрейдом состоит в открытии бессознательного, не на философском или спекулятивном уровне, а на уровне эмпирического исследования» (Э.Фромм).

Важнейшим для понимании фрейдовской концепции вообще, и фрейдовскойКУЛЬТУРОЛОГИИ в частности, является категория сублимации, психическая энергия,в ранних работах трактуемая как энергия либидо, формирует очаг напряжения — инстинктивный импульс, который требует разрешения. Однако в силу определенных преград он не может разрядиться естественным образом, а потому трансформируется посредством реактивных образований (стыд, мораль, творчество и пр.), тем самым либидо лишается энергии. С точки зрения учения о либидо процесс психического развития человека представляет собой биологически детерминированный процесс инстинктивных сексуальных напряжений и сублимированных форм отреагирования-разряжения (См.: «Толкование сновидений»( 1900), «Остроумие и его отношение к бессознательному»(1905), «Психопатология обыденной жизни»(l904), «Три статьи о теории полового влечения»( 1905) и др.).

На страницах учебника по культурологии мы не можем подробно останавливаться на теории и практике психоанализа. Основные положения фрейдовской концепции будут освещаться лишь в той мере, в какой они необходимы для характеристики взглядов ученого на проблемы культуры. По этим же причинам, мы довольствуемся определением лишь тех категорий, без которых изложение психоаналитической культурологической концепции, выдвинутой З.Фрейдом, станет невозможным. Среди таких ключевых понятий – «инстинкт смерти». В ранних работах безраздельно главенствовал, как уже было сказано, сексуальный инстинкт (Эрос). Однако под влиянием событий 1914-1918rr, когда Фрейду пришлось столкнуться с невозможностью объяснить неврозы ветеранов первой мировой войны, находясь в рамках прежней теоретической модели, психоаналитик значительно изменил свои взгляды, радикальным образом трансформировав учение о влечениях. В человеке присутствуют два начала (Эрос и Танатос), и оба — носители жизненной энергии. Теоретической предпосылкой существования Эроса и Танатоса (Эрос·- бог любви, Танатос — бог смерти в греческой мифологии) Фрейд называет Второй закон термодинамики (возрастание энтропии в системах с высоким уровнем организации) – универсальный порядок, которому подчиняются все природные процессы, в т.ч. и человеческая психика. Первоначально и сексуальное влечение, и влечение к смерти были направлены против самой человеческой психики и нацелены ее разрушить, в чем, собственно говоря, и проявлялось термодинамическое стремление к хаосу «тепловой смерти». Затем оба энергетических импульса переориентировались во вне, на внешний мир, что и явилось причиной, как агрессивности человека, так и его притязаний на сексуальное обладание другими.

Про6лемам культуры посвящены работы З.Фрейда: «Сон и миф», «Леонардо да Винчи. Воспоминание детства»(l910), «Тотем и табу» ( J 913), Психология масс и анализ человеческого Я» (1921), «Будущее одной иллюзии» (1927), «Недовольство культурой» (1929), «Человек Моисей и монотеистическая религия» (1939) и др. Важнейшей предпосылкой фрйдовской КУЛЬТУРОЛОГИИ выступает биогенетический закон: онтогенез (индивидуальное развитие организма) есть повторение филогенеза (исторического развития организмов), т.е. индивидуальность репродуцирует коллективное, сохраняет то, что однажды случилось в процессе человеческой эволюции. Метод, которым пользуется З.Фрейд -это сведение сложного и простого к примитивному и элементарному. При этом в своем анализе закономерностей существования и эволюции культуры ученый всегда оставался естественником, сторонником сугубо позитивного, опытного знания, выводил все из практики реального функционирования организмов, взятых «как машины», т.е. механизмов, лишенных всякой тайны трансцендентности и абсолютно прозрачных для рационального анализа. Единичное — макет общего, но и общее достаточно просто вытекает из характеристик единичного. Поэтому с такой легкостью Фрейду удавалось практически ничего не меняя в основных постулатах психоанализа применять его в различных областях знания (этнографии, религиоведении, социологии, этике, эстетике и пр.), в том числе и в культурологии.

Итак, человек и его психика не сводимы к сознательному, рациональному уровню. Под ним находится бессознательный комплекс, в котором аккумулируется жизненная энергия индивидуальных желаний — «влечения», биохимическая реальность оппозиции Эроса и Танатоса. Объективность влечении задана. Она называется Фрейдом «OHO» (Id). Кроме этого, немаловажную роль в жизнедеятельности играет «верхний этаж», налагающийся на сознание — «Сверх-Я» (Super-Ego), курирующая инстанция, складывающаяся под воздействием индивидуальной истории человека. Не в меньшей степени она программируется и задается филогенетическим прошлым (родовой историей)·- запретами и нормами. И. третий, срединный уровень — это сознание «Я» (Ego), та инстанция с которой чаще всего и идентифицируется человеческая личность в плане желаний, стремлений, волений. Однако «Я» как раз наиболее зависимая часть, она опосредуется и «Сверх-Я», и «Эго», является, по сути, местом, где скрещиваются различные тенденции. Под воздействием табуирующих (табу — запрет) систем «Я» и «Сверх-Я» энергия влечений трансформируется, не находя естественного разрешения и благодаря механизмам конденсации, смещения, проекции и сублимации, переориентируется и инвестируется (т.е. вносится) в определенные идеальные образы культуры.

Таким образом, по Фрейду, культура онтологизируется (т.е. обретает статус бытийственности) как система сублимируемых проекций психических энергий (Эроса-Танатоса), возникающих как отреагирование на запреты. В человеческой культуре Фрейд не видит ничего сверхъестественного и мистического, тем ·более воспитательного и положительного: развитие культуры — процесс ничем не отличающийся от биологической эволюции, он также подчинен общим для всего живого законам. Сила Эроса и Танатоса – необходимость, именно ей мы обязаны всем достижениям культуры. Фрейд полагает, что культура передается не через воспитание, но через биологический механизм наследственности.

В работе «Недовольство культурой» Фрейд рассматривает культуру с точки зрения того, насколько она является необходимой и естественной для человеческой сущности. Иначе говоря, является ли «культурный человек» — человеком природным, способным с максимальной полнотой реализовать свои желания и потенции. В качестве существа, наиболее приближенного к природе, выступает ребенок — минимально «окультуренный». «Слово «культура» обозначает всю сумму достижений и учреждений, отличающих нашу жизнь от жизни наших животных предков и служащих двум целям: защите людей от природы и урегулированию отношений между людьми» (З.ФреЙд. Психоанализ. Религия. Культура. М. 1992. с.88). Среди требований культуры Фрейд называет следующие: — Чистота; — Почитание красоты; — Порядок; — уважение и «попечение о высших формах психической деятельности, об интеллектуальных, научных и художественных достижениях, о ведущей роли идей в жизни человека» — способ регуляции отношений между людьми (то, что чаще всего называют «цивилизованными» или «культурными» отношениями). Как и любой человек, который хоть раз в жизни сталкивался с детьми или пытался их воспитывать, приучать к «культуре и вежливости», Фрейд совершенно справедливо заключает: по всем перечисленным ПОЗИЦИЯМ — дети тяготеют к акультурности. Соответственно, общий вывод: культура мало отвечает запросам человека природного она — ограничение его свободы.

Итог — неутешителен: « . нельзя не заметить самого важного — насколько культура строится на отказе от влечений, настолько предпосылкой ее является неудовлетворенность (подавление, вытеснение или что-нибудь еще?) могущественных влечений. Эти «культурные запреты» господствуют в огромной области социальных отношений между людьми». Итак, культураделает человека несчастным, ибо препятствует естественной реализации его «могущественных_влечений». Она – система ограничений которые человек и общество налагают на себя.

Читайте также:  Можно ли употреблять алкоголь после операции по коррекции зрения

Человек стремится удовлетворить свои природные влечения. Это по Фрейду — основа счастья. Культура же либо вытесняет влечения на подсознательный уровень, порождая патологические отклонения, либо предлагает сублимированные заменители, тем самым ослабляя удовольствие. Тем не менее, однозначно сказать, что культура — зло, а потому необходимо ее «упразднить», нельзя, ибо, как мы видели, фундаментальными инстинктами человеческой природы являются стремление к безраздельному «обладанию» (Эрос) и агрессивность (Танатос). Поэтому «открыть шлюзы» человеку естественному означало бы ввести общество в состояние хаоса и тотального беспрерывного беспорядка, «войны всех против всех». Своеобразный «общественный договор» — система табу — ставит заслон проявлениям деструкции, но он же несет с собой страдания и недовольство. Подавление разрушительных импульсов, свойственных человеку — важнейшая функция культуры. Она — сугубо репрессивна и цель ее защитить общество от свободного индивида.

Кроме того, психика человека действует по гидравлической модели: чем меньше агрессивности реализуется во внешних актах, тем сильнее она давит на индивида, тем больше риск «спонтанного беспричинного всплеска», разрушающего все каноны и запреты. При переориентации синдрома — интроверсии — это также может привести к саморазрушению (вплоть до самоубийства). Поскольку же агрессивность — объективность, постольку ее невозможно осадить никакими институтами. Вечное противостояние Эроса и Танатоса (инстинктов жизни и смерти) составляют фон человеческого существования. «Роковым для рода человеческого мне кажется вопрос: удастся ли — и в какой мере — обуздать на пути культуры влечение к агрессии и самоуничтожению, ведущее к разрушению человеческого сосуществования. Наше время представляет в связи с этим особый интерес. Ныне люди настолько далеко зашли в своем господстве над силами природы, что с их помощью легко могут истребить друг друга вплоть до последнего человека . Остается надеяться, что другая из «небесных властей» — вечный Эрос — приложит свои силы; дабы отстоять свои права в борьбе с равно бессмертным противником. Но кто знает, на чьей стороне будет победа, кому доступно предвидение исхода борьбы?» — таким вопросом заканчивается работа «Недовольство культурой».о

Прогресс культуры – это в сущности, умножение запретов, которые люди на себя налагают, а значит- увеличение давления. В историческом плане первым культурным актом Фрейд считает запрет инцеста (кровосмешение) и раскаяние после убийства «Отца» «сыновьями», случившемся в архаические времена, когда люди жили стадами. В очень сжатом виде сюжетная канва той древнейшей драмы звучит так: Отец — вожак и абсолютный властитель первобытного стада изгонял или умерщвлял всех конкурентов (сыновей), дабы они не посягали на его величие. Однако сыновья, не имея сил справиться с Отцом поодиночке, объединились и убили вожака. Но вместе с устранением вожака, возникла угроза «тотальной войны» сыновей друг с другом за права единоличного наследования, что могло привести к уничтожению всего стада. Тогда-то и был наложен первый запрет, или — заключен договор, в результате которого от части личных притязаний сыновья отказались ради сохранения целостности. После убийства последовало и раскаяние, ибо сыновья по сравнению с Отцом были ничтожны. Этот сюжет, по мнению Фрейда, постоянно репродуцировался на протяжении истории человечества, он служил основой для многих мифов и ритуалов, любая религиозная доктрина в символической форме также воспроизводит в памяти те события. Они сохраняются и в индивидуальной психике каждого человека. Это стало своеобразной моделью практики отчуждения индивидуальных притязаний. Сами же запреты помещаются на уровне «Сверх-Я» — источнике чувства вины (и за свои возможные или действительные прегрешения, и за «не-свои», тянущиеся с незапамятных времен), с помощью которого и в отсутствии внешних цензоров человек чувствует себя поднадзорным. «Там известны два источника чувства вины: страх перед авторитетом и позднейший страх перед «Сверх-Я». Первый заставляет отказаться от удовлетворения инстинктов, второй еще и наказывает (ведь от «Сверх-Я» не скрыть запретных желаний» (Там же. с.119)

Таким образом, в понятие культуры З. Фрейда входит слеующие аспекты:

— Культура есть результат сублимированных проекций, включающих как систему запретов на естественную экстериоризацию психической энергии, так и формы ее переструктурации и переориентации;

— Культура выступает в качестве опробованного веками механизма социализации, который через воспроизведения векового опыта в фантазиях, снах, мифах, играх и пр. дает опыт «всечеловеческих переживаний;

— Культура выступает защитным механизмом от агрессивности;

— Культура — репрессивна, выступает как общественная сила, направленная на проявления любой человеческой индивидуальности.

Культурологическая концепция З.Фрейда — не единственная в психоанализе. Ученики и последователи — наследники фрейдовских принципов, выступавшие зачастуI.O самым яростными ниспровергателями его идей, — высказали также много интересных и даже принципиально-важных мыслей. К.Г.Юнг, Э.Фромм, С.Гроф и др., также как и их великий предшественник, не замыкались узкими рамками психотерапевтической практики, но активно работали в области КУЛЬТУРОЛОГИИ.

Личная судьба З. Фрейда не была слишком удачной. Он, всемирно известный ученый, профессор Венского университета, уже тогда — фигура культовая и символическая, после захвата Австрии фашистами был депортирован из страны. Причем лишь после уплаты огромного выкупа, выдачи склада своих книг и настоятельного вмешательства Ф .Рузвельта. Умер великий ученый в Англии, после долгой и очень мучительной болезни (рак горла), практически всеми забытый и покинутый: цивилизованный, очень культурный мир в те дни готовился вступить в войну. Фрейд оказался и тут прав: никакая культура, никакие моральные и религиозные императивы не смогли спасти человечества от катастрофы.

13. Психоаналитический подход к культуре. Основные положения психоанализа З. Фрейда.

Психоаналитическое учение Фрейда о культуре представляет собой способ истолкования знаков, семиотику или даже симптоматику культуры. Такой взгляд на искусство, религию, мораль, сознательные институты — это взгляд врача, определяющего по симптомам причины, характер и протекание заболевания.

Культура обозначает всю сумму достижений и учреждений, отличающих нашу жизнь от жизни наших животных предков и служащих двум целям: защите людей от природы и урегулированию отношений между людьми. К культуре мы относим все формы деятельности и все ценности, которые приносят человеку пользу, подчиняют ему землю, защищают его от сил природы и т. п.

Культура, по Фрейду, основана на отказе от удовлетворения желаний бессознательного и существует за счет энергии либидо. В работе Неудовлетворенность в культуре (1930) Фрейд приходит к заключению, что прогресс культуры ведет к уменьшению человеческого счастья и усилению чувства вины из-за растущего ограничения реализации природных желаний. При объяснении происхождения и сущности инстинктов и культуры Фрейд исходил из убежденности в подобии индивидуальных и коллективных психологических закономерностей, а также в одинаковости формирования нормальных и патологических явлений психики. Это позволило ему, усмотрев сходство между симптомами невроза навязчивости и религиозными обрядами, объявить религию коллективным неврозом, наличие в психике у человека типических форм реагирования.

Внимание ученого было привлечено к проблемам формирования и сущности человеческой культуры. Как писал сам Фрейд, он пытался и стремился судить о развитии человечества в общем по своему опыту, приобретенному на пути изучения душевных процессов отдельных лиц за все время их развития от детского возраста до взрослого. Фрейд писал о том, что беспомощность ребенка имеет продолжение в беспомощности взрослого. Когда взрослеющий человек замечает, что ему суждено навсегда остаться ребенком, что он никогда не перестанет нуждаться в защите от мощных чуждых сил, он наделяет эти последние чертами отцовского образа, создает себе богов, которых боится, которых пытается склонить на свою сторону и которым, тем не менее, вручает себя как защитникам. Способ, каким ребенок преодолевал свою детскую беспомощность, считал Фрейд, наделяет характерными чертами реакцию взрослого на свою, по неволе признаваемую им, беспомощность. Перенося отдельные характеристики с отдельного человека на все человечество, Фрейд пытался таким образом понять процесс эволюции общества.

В целостной форме свою культурологическую концепцию 3. Фрейд изложил в книге Тотем и табу. Психология первобытной культуры и религии (1913) и в ряде более поздних работ. Прежде чем обратиться к содержанию этой работы, необходимо охарактеризовать еще один общетеоретический принцип, лежащий в основе психоаналитической концепции культуры, — общеметодологический принцип единства фило- и онтогенеза, предложенный Э. Геккелем. В применении к анализу культур он означает, что в детстве (онтогенез, индивидуальное развитие) человек в сокращенном виде проходит через те же стадии развития, что и в процессе происхождения культуры человечества (филогенез, родовое развитие — происхождение).

Этот теоретический принцип был применен 3. Фрейдом в построении теории культуры, когда он впервые попытался рассмотреть параллельно детство (вхождение в культуру) и становление культуры. Правда, сложный и многообразный мир детства был сведен лишь к развитию сексуальности и роли травматических ситуаций, но сам путь анализа культуры через познание детства последующим развитием науки был признан продуктивным. На основании этого же принципа Фрейд провел параллель между психологией первобытных народов и невротиков. Необходимо отметить, что указанная аналогия не получила однозначной оценки в антропологии.

С чего же начинается культурная история по Фрейду? Для ответа на этот вопрос он первоначально характеризует докультурное состояние человечества, используя гипотезу шотландского этнографа Аткинсона о циклопической семье. Согласно Аткинсону первоначальной формой организации жизни человека была циклопическая семья, состоявшая из самца и самок с детенышами. Самки находились в безраздельном пользовании у самца. Повзрослевших самцов изгоняли из семьи. Они жили поодаль, пока один из них не сменял одряхлевшего главу семьи. Дальнейшее течение событий 3. Фрейд описывает следующим образом. В один прекрасный день изгнанные братья соединились, убили и съели отца и положили таким образом конец отцовской орде. Они осмелились сообща совершить то, что было бы невозможно в отдельности. Эта древняя каннибальская трапеза, как полагает Фрейд, сохранилась впоследствии в виде ритуальной тотемической трапезы — жертвоприношения: первобытный клан убивал и торжественно поедал свое тотемическое животное, своего бога. Тотемическое животное замещало отца, некогда убитого и съеденного восставшими сыновьями.

Но после отцеубийства сыновьями овладело чувство раскаяния, страха, стыда, вины за содеянное. Сыновья наложили запрет на повторение подобного действия, а для устранения самого повода к раздорам запретили брачно-половые отношения с женщинами своего клана (кровно-родственное объединение). Это явление получило название экзогамии. Она представляет собой брачно-семейные отношения, исключающие половую связь между членами одной близкородственной общности в отличие от эндогамии, разрешающей подобные отношения.

Впоследствии образ отца был заменен на тотемическое животное, на которое был перенесен запрет: тотем нельзя убивать. Но во время ритуальных праздников, когда разрешено запрещенное, тотемическое животное убивают и поедают. Этот ритуал, включающий и оплакивание жертвенного животного, служил напоминанием о первородной вине человека, о вине перед отцом, ставшем Богом. Здесь 3. Фрейд связывал воедино основные тезисы психоанализа — Эдипов комплекс, вражду к отцу, тайное желание смерти отца, первичную травматическую ситуацию, трансформацию влечений из деструктивных в культурно-приемлемые (от убийства к ритуалу убийства).

Таким образом 3. Фрейд стремится объяснить происхождение религии. Тотемическая религия произошла, — писал он, — из сознания вины сыновей, как попытка успокоить это чувство и умилостивить оскорбленного отца поздним послушанием. Все последующие религии были попытками разрешить ту же проблему различными способами, в зависимости от культурного состояния, в котором они предпринимались, и от путей, которыми шли, но все они преследовали одну цель — реакцию на великое событие, с которого началась культура и которое с тех пор не дает покоя человечеству.

В подкрепление своей версии начала культуры Фрейд приводил примеры фобий (боязни) детей к определенным видам животных, даже домашних (корова, лошадь и т. д.). Он объяснял эти явления, распространенные в различных культурах, тем, что боязнь по отношению к отцу (первоотцу) переносится на животное. Появление фобий в детстве он рассматривает как повторение начала культурного процесса, как отзвук древних событий в генетической памяти. Аналогичным образом 3. Фрейд объясняет необходимость Бога, власти государства. Громадное большинство людей, — замечал он, — нуждается во власти, которой они могут восхищаться, которой они могут подчиняться, которая господствует над ними. Из психологии индивида мы узнали, откуда происходит эта потребность масс. Это тоска по отцу, живущая в каждом из нас с детских дней. Любая религия, согласно Фрейду, представляется в виде некоего навязчивого невротического состояния. Страх перед отцом, чувство вины порождают беспредметное беспокойство, уходящее лишь в результате регулярных ритуалов-церемоний.

Положение об аналогии, близости поведения человека-невротика и индивида — участника ритуала Фрейд развивал в работах Навязчивые действия и религиозные обряды (1907) и Будущность одной иллюзии (1927). Обосновывая близость психологической структуры невроза и религиозного ритуала, Фрейд отмечал, что в обоих случаях присутствует внутреннее принуждение, интенсивный страх при отступлении от религиозного или невротического церемониала. Таким образом, религия и невроз, согласно его точке зрения, — это защита против неуверенности и страха, порожденных подавленными влечениями. В соответствии с этим, религия — универсальный невроз навязчивости, а невроз можно рассматривать в качестве личной религии индивида.

Последующую систематизацию и разработку психоаналитическое учение о культуре получило в работе «Я и Оно» (1923). В ней 3. Фрейд дополняет принцип удовольствия, влечение к Эросу стремлением к смерти (Танатос) как второй полярной силой, побуждающей человека к действию. Для понимания этой психоаналитической концепции весьма важна его усовершенствованная модель личности, в которой Я, Оно и Сверх-Я борются за сферы влияния. Оно (id) — глубинный слой бессознательных влечений, сущностное ядро личности, над которым надстраиваются остальные элементы. Я (Ego) — сфера сознательного, посредник между бессознательными влечениями человека и внешней реальностью (культурной и природной). Сверх-Я (Super Ego) — сфера долженствования, моральная цензура, выступающая от имени родительского авторитета и установленных норм в культуре.

Сверх-Я есть соединяющий мостик между культурой и внутренними слоями личности. Данная структурная схема — универсальный способ объяснить поведение, деятельность человека современной и архаической культуры, нормального и безумного. Кроме указанных ранее стремлений к Эросу и Танатосу, 3. Фрейд отмечает у людей врожденную склонность к разрушению и необузданную страсть к истязанию (садизм). В связи с таким негативным портретом человеку необходима культура, которую в этом контексте Фрейд определяет как нечто, навязываемое сопротивляющемуся большинству неким меньшинством, сумевшим присвоить себе средства принуждения и власти. Части, элементы культуры (Фрейд имеет в виду в основном духовную культуру) — религия, искусство, наука — есть сублимация (вытеснение) подавленных бессознательных импульсов в социокультурных формах. Например, религия — это фантастическая проекция во внешний мир неудовлетворенных влечений.

Культура делает жизнь более безопасной, блокируя человеческие инстинкты, человеческую агрессивность, но платой оказывается психическое здоровье человека, который разрывается между природной психической стихией и культурными нормами, между сексуальностью и социальностью, агрессивностью и моралью. И Фрейд с горечью констатирует: «Сколь же сильным должно быть выдвинутое культурой против агрессивности средство защиты, если последнее способно делать людей не менее несчастными, чем сама агрессивность!»

Читайте также:  Проверить зрение на компьютере на цветах

Друзья! Приглашаем вас к обсуждению. Если у вас есть своё мнение, напишите нам в комментарии.

Культура с точки зрения фрейда кратко

Каждый вопрос экзамена может иметь несколько ответов от разных авторов. Ответ может содержать текст, формулы, картинки. Удалить или редактировать вопрос может автор экзамена или автор ответа на экзамен.

С чего же начинается культурная история по Фрейду? Для ответа на этот вопрос 3игмунд Фрейд первоначально характеризует «докультурное» состояние человечества, используя гипотезу шотландского этнографа Аткинсона о «циклопической» семье. Согласно Аткинсону первоначальной формой организации жизни человека была «циклопическая» семья, состоявшая из самца и самок с детенышами. Самки находились в безраздельном пользовании у самца. Повзрослевших самцов изгоняли из семьи. Они жили поодаль, пока один из них не сменял одряхлевшего главу семьи. Дальнейшее течение событий Фрейд описывает следующим образом. «В один прекрасный день изгнанные братья соединились, убили и съели отца и положили таким образом конец отцовской орде. Они осмелились сообща совершить то, что было бы невозможно в отдельности. Эта древняя каннибальская трапеза, как полагает Фрейд, сохранилась впоследствии в виде ритуальной тотемической трапезы — жертвоприношения: первобытный клан убивал и торжественно поедал свое тотемическое животное, своего бога. Тотемическое животное замещало отца, некогда убитого и съеденного восставшими сыновьями.

Но после отцеубийства сыновьями овладело чувство раскаяния, страха, стыда, вины за содеянное. Сыновья наложили запрет на повторение подобного действия, а для устранения самого повода к раздорам запретили брачно- половые отношения с женщинами своего клана (кровно-родственное объединение внутри одного клана). Это явление получило название экзогамии. Она представляет собой брачно-семейные отношения, исключающие половую связь между членами одной близкородственной общности в отличие от эндогамии, разрешающей подобные отношения.

Впоследствии образ отца был заменен на тотемическое животное, на которое был перенесен запрет: тотем нельзя убивать. Но во время ритуальных праздников, когда разрешено запрещенное, тотемическое животное убивают и поедают. Этот ритуал, включающий и оплакивание жертвенного животного, служил напоминанием о первородной вине человека, о вине перед отцом, ставшем Богом. Здесь Фрейд связывал воедино основные тезисы психоанализа — Эдипов комплекс, вражду к отцу, тайное желание смерти отца, первичную травматическую ситуацию, трансформацию влечений из деструктивных в культурно-приемлемые (от убийства к ритуалу убийства).

Таким образом 3. Фрейд стремится объяснить происхождение религии. «Тотемическая религия произошла, — писал он, — из сознания вины сыновей, как попытка успокоить это чувство и умилостивить оскорбленного отца поздним послушанием. Все последующие религии были попытками разрешить ту же проблему различными способами, в зависимости от культурного состояния, в котором они предпринимались, и от путей, которыми шли, но все они преследовали одну цель — реакцию на великое событие, с которого началась культура и которое с тех пор не дает покоя человечеству».

Термин «сублимация», введенный Фрейдом в психоанализ, вызывает в мысли одновременно «возвышенное» (sublime) (ср. использование этого понятия в изящных искусствах для обозначения величественных, возвышающих нас произведений) и «возгонку» (sublimation) (ср. использование этого понятия в химии для обозначения процедур, непосредственно переводящих тело из твердого состояния в газообразное).

На протяжении всего своего творчества Фрейд называл сублимацией — в экономическом и динамическом смысле — некоторые виды деятельности, побуждаемые желанием, явно не направленным к сексуальной цели: это, например, художественное творчество, интеллектуальное исследование и вообще ценные с точки зрения общества видь! деятельности. Побудительную причину такого рода поведения Фрейд видел в преобразовании сексуальных влечений: «Сексуальное влечение обеспечивает культурный труд огромной массой энергии; это происходит в силу присущей ему способности изменять свою цель, не ослабляя напора. Эта способ-ность менять первоначальную сексуальную цель на иную, несексуальную, но психологически ей близкую, называется сублимацией».

Даже на уровне простых описаний фрейдовское понятие сублимации нельзя признать достаточно развернутым. Неясно определена область сублимационной деятельности: должны ли мы, скажем, включать в нее всю совокупность мыслительной работы или лишь некоторые формы интеллектуального творчества? Следует ли считать главной чертой сублимации высокую общественную оценку связанных с нею форм деятельности в данной культуре? Включаются ли в сублимацию формы «приспособительной» деятельности (труд, досуг и пр.)? Касаются ли изменения в динамике влечений лишь цели влечений (как долгое время считал Фрейд) или же одновременно и их объекта, как утверждается в «Новых лекциях по введению в психоанализ» (Neue Folge der Vorlesungen zur Einf?hrung in die Psychoanalyse, 1932): «Мы называем сублимацией такое изменение цели и объекта, при которых принимается во внимание социальная оценка» .

По мнению Фрейда, Эдипов комплекс – ситуацию, в которой ребенок осознает свое желание убить отца, чтобы овладеть материю, — в детстве переживает каждый ребенок. По мнению Фрейда, каждый ребенок в определенный период своего развития желает получить сексуальную любовь одного из родителей ценой уничтожения другого, однако боясь быть наказанным за это. При этом не обязательно, чтобы объектом желаний ребенка был родитель противоположного пола; когда им становиться родитель того же пола, говорят о негативном Эдиповом комплексе. Этот комплекс получил название от известного греческого мифа об Эдипе, в котором Эдип, не подозревая об этом, удовлетворяет свое инцестуозное желание, убийства отца и становится мужем своей матери. В Эдиповом комплексе Фрейд видел основной толчок, который привел к появления человека как разумного существа. Поскольку запрет на отцеубийство был первым запретом человека, только после его возникновения возник человек как особое существо. Конечно, Фрейд не отрицал того факта, что становление культуры связано с началом использования орудий. Однако появление социальных норм как реакцию на совершенное убийство Фрейд выносил на первый план. Эдипов комплекс как совокупность переживаний отдельного человека, с точки зрения Фрейда, обусловлен культурной историей человечества. Возникновение культуры Фрейд связал с тем, что люди установили запрет на инцест, то есть, создали предпосылки Эдипова комплекса. В работе «Тотем и табу» З.Фрейд попытался раскрыть культурогенез через феномен первобытной культуры. Он отмечал, что возможность обнажить первоначальные слои человеческого творчества позволяют подойти к выяснению специфики культуры в целом. Фрейд пытается разгадать первоначальный смысл тотемизма. Вместе с тем он показывает, что для истолкования феномена культуры огромное значение имеет система запретов, то есть, табу. Всем известны люди, которые создали для себя запреты и крайне строго их соблюдают. В этом поведении есть крайне много схожего на табу дикарей. Согласно Фрейду, человек обладает свойством, которого нет в животном мире: у него есть совесть. Это свойство человека возникает неожиданно, но вполне закономерно. Фрейд выводил совесть из первородного греха, под которым он понимал не вступление в половую связь вопреки запрету, как это описывается в Библии, а убийство первобытного «отца». Сексуальное соперничество детей с отцом по поводу обладания женщинами привело к тому, что они решили избавиться от него и убили главу рода. Однако этот поступок не прошел для них бесследно. Страшное преступление пробудило раскаяние. Дети поклялись больше не совершать таких деяний. Так произошло, по Фрейду, рождение человека из животного. Раскаяние породило и феномен культуры как средства преодоления навязчивых видений. В убийстве праотца, как полагал Фрейд, кроется источник социальной организации, моральных норм и религии. А ведь культура в целом – это явление неоднозначное. С одной стороны, культурой мы называем все то, чем человеческая жизнь возвышается над своими животными условиями и чем она отличается от жизни животных, культура охватывает все приобретенное людьми знание и умение, дающее человеку возможность овладеть силами природы. С другой стороны, культура – это все те установления, которые необходимы для упорядочения взаимоотношений между собой, а особенно для распределения достижимых материальных благ. А такие установления предполагают не только награды за правильное поведение, но и наказание за нарушение норм. Каждая культура, по мнению Фрейда, создается принуждением и подавлением первичных позывов. Представление Фрейда об Эдиповом комплексе не является полностью объективным и непредвзятым. Идея Фрейда о том, что совесть возникла в результате того, что младшие убили старшего и более сильного вождя племени (первобытного отца), а также о том, что чувство вины из-за нарушения норм связано с Эдиповым комплексом, было подвергнуто обоснованной критике. • Многие антропологи указали на то, что Эдипов комплекс не является культурной универсалией: он характерен только для европейской культуры. А как быть с теми культурами, в которых нет института отцовства? Например, существуют культуры, в которых наследство и имя передается не от отца к детям, а от матери к детям. Существуют культуры, в которых отца вообще не определяют, а воспитанием детей занимается все племя в целом. Другими словами, Эдипов комплекс может быть обнаружен только в патриархальных культурах. • В последние десятилетия сами психоаналитики стали пересматривать свое отношение к Эдипову комплексу. Прежде всего, сейчас под Эдиповым комплексом понимают первые отношения между тремя людьми, которые только в некоторых случаях являются ребенком, матерью и отцом. Это обусловлено тем, что первым человеком, с которым взаимодействует младенец, является мать. И если отношение с матерью не приносили ребенку необходимого удовлетворения (как физиологического, так и психологического), то дальнейшие взаимодействия с любыми другими людьми будут нести на себе отпечаток этих проблем. В этих случаях ребенок воспринимает отца не столько как соперника, столько как спасителя от фрустраций, причиненных матерью, и приносит на него ожидания заботы, нежности и удовлетворения нужд. А потому далеко не все люди переживают Эдипов комплекс в том виде, в котором его описал Фрейд.

Культура в теории психоанализа З. Фрейда

В истории духовной культуры, научного творчества вряд ли можно найти учение, которое вызывало бы столь резкие расхождения в оценках, чем учение австрийского врача-психиатра и психолога З. Фрейда. Создателя этого учения часто сравнивают с Аристотелем, Коперником, Колумбом, Магелланом, Ньютоном, Гете, Дарвином, Марксом, Эйнштейном. Его называют «ученым и провидцем», “Сократом нашего времени”, “одним из великих основоположников современной социальной науки”, “гением в действии”, сделавшим решающий шаг к подлинному пониманию внутренней природы человека.

И в то же время, Фрейда называют фанатиком, шарлатаном, антииллюзионистом, “трагическим Вотаном сумерков буржуазной психологии”, а разработанную им психоаналитическую теорию сопоставляют с хиромантией. Возникнув как теория и метод лечения неврозов, психоаналитическое учение Фрейда превратилось со временем в исключительно влиятельную философско-антропологическую концепцию, претендующую на роль всеобщего мировоззрения.

Зигмунд Фрейд родился в 1856 г. в Австрии. Еще в школьные годы Фрейд познакомился с учением Дарвина, под влиянием которого у него созрело решение стать ученым-натуралистом. Фрейд упорно овладевает знаниями, успешно изучает языки, планомерно готовит себя к научной карьере. Но Фрейд был еврей. А в буржуазной Австрии тех лет еврей мог выбрать только одну их трех профессий. Он мог быть либо юристом, либо коммерсантом, либо врачом. И хотя медицина совершенно не привлекала Фрейда, он был вынужден в 1873 г. поступить на медицинский факультет Венского университета. Позже Фрейд работал в психиатрической клинике Теодора Майнерта. В возрасте 29 лет он прошел по конкурсу на место приват-доцента по неврологии Венского университета. В возрасте 36 лет он становится профессором Венского университета. До самой своей смерти, наступившей в 1939 г., Фрейд занимался активной научной деятельность, опубликовав за это время много научных статей и монографий.

Фрейдовский психоанализ в известной степени был попыткой синтезирования двух плоскостей исследования человеческой природы рассмотрения природных элементов человеческого существа, раскрытия психических влечений человека, его внутреннего мира, смысла человеческого по ведения и значения культурных и социальных образований для формирования психической жизни человека и его психологических реакций. Метод “описательной” и “объяснительной психологии” органически переплетаются между собой в учении Фрейда, образуя своеобразный метод психоаналитического исследования человеческой природы, особый подход к анализу человека.

До Фрейда психология в качестве объекта исследования имела, как правило, нормального, физически и психически здорового человека и исследовала феномен сознания. Анализ бессознательного психического ограничивался или областью философских рассуждений о несводимости психики человека только лишь к сознанию, или сферой физиологических исследований о бессознательных двигательных актах индивида.

Неврологические учения второй половины XIX века, сосредоточив внимание на патологических отклонениях от традиционно признанных норм разума, обнажили необходимость исследования внутрипсихических характеристик личности и под углом зрения их болезненных нарушений.

Это предполагало постижение скрытых мотивов поведения человека, а, следовательно, и более глубинное изучение структуры личности, поскольку исследователь постоянно сталкивался с такими поведенческими характеристиками, которые не покрывались областью сознательного и рационального в человеке.

И Фрейд как психопатолог, изучая характер и причины возникновения неврозов, оказался перед необходимостью исследования природы психического, в том числе тех структур психики, которые не вписывались в собственно «сознательное» в человеке. Таким образом, сами задачи и объект исследования привели его к допущению таких психических актов, которые наряду с сознательными составляют специфическое содержание психики.

В делении психики на сознательное и бессознательное Фрейд не был первооткрывателем. Однако фрейдовское понимание бессознательного отлично от тех трактовок его, которые имели место в различных философских системах. Для Фрейда, — как отмечает один из исследователей, — бессознательное было вопросом факта, “сферой” человеческого духа и неотъемлемой частью человеческой деятельности». Его в первую очередь интересует конкретное содержание бессознательного.

Пытаясь постичь существо протекания бессознательных процессов, он подвергает бессознательное аналитическому расчленению. Фрейд выделяет, во-первых, скрытое, латентное бессознательное: сознательное представление о чем-либо, которое в последующее время может перестать быть таковым, но при определенных условиях способно снова стать сознательным; во-вторых, вытесненное бессознательное: представления, которые не могут стать сознательными потому, что им противодействует какая-то сила, и устранение этой противодействующей силы возможно лишь на основе специальной психоаналитической процедуры, с помощью которой соответствующие представления доводятся до сознания. Первый вид бессознательного Фрейд называет предсознательным, отличая его от вытесненного бессознательного или собственно бессознательного психического, с которым в основном и имеет дело психоанализ.

Исследуя сферу бессознательного, Фрейд, подобно многим мыслителям прошлого, поднимает вопрос о том, каким образом человек может судить о своих бессознательных представлениях. Если последние не являются предметом сознания, не осознаются человеком, то можно ли вообще говорить о наличии в психике бессознательных представлений? Полемизируя с философами, которые давали отрицательный ответ на этот вопрос и считали, что следовало бы говорить лишь о слабо осознаваемых, но не бессознательных представлениях, Фрейд решительно кладет в основу своих теоретических постулатов понятие о бессознательной душевной деятельности.

При этом в отличие от отвлеченных рассуждений мыслителей прошлого, которые также допускали существование бессознательного психического, он опирался на конкретный материал, полученный из клинических наблюдений над людьми, страдающими неврастенией. Фрейд пришел к выводу, что бессознательное является неизбежной фазой психической деятельности каждого индивида: любой психический акт начинается как бессознательный и только в дальнейшем осознается, но может так и остаться бессознательным, если на пути к сознанию встречает непреодолимую для себя преграду. Фрейд, таким образом, повторим еще раз, не ограничился только констатацией самого факта существования в психике человека бессознательных представлений, но стремился вскрыть механизм перехода психических актов из сферы бессознательного в систему сознания.

Читайте также:  Зрение после родов стало хуже зрение

Фрейд понимал, что бессознательное человек может распознать только путем перевода его в сознание. Но каким образом это возможно и что значит сделать нечто сознательным? Можно допустить, что внутренние бессознательные акты доходят до поверхности сознания или, наоборот, сознание проникает в сферу бессознательного, где “улавливает” и распознает эти акты. Но такие допущения не дают еще ответа на поставленный вопрос.

Как же выйти из тупика? И здесь Фрейд находит решение, аналогичное тому, о котором в свое время говорил еще Гегель, высказывая остроумную мысль, что ответ на вопросы, которые оставляет без ответа философия, заключается в том, что они должны быть иначе поставлены. Не ссылаясь на Гегеля, Фрейд именно так и поступает. Вопрос: “каким образом что-либо становится сознательным?” — он облекает в форму вопроса,: “каким образом что-либо становится предсознательным?

Для Фрейда предсознательным, а впоследствии и сознательным может стать только то, что некогда уже было сознательным восприятием, позабытым за давностью времени, но в той или иной степени сохранившим следы воспоминаний.

В ряде случаев Фрейд пренебрегает своим членением бессознательного и вполне намеренно. Выделенные им психические системы собственно бессознательного и предсознательного он объединяет в одну в тех случаях, когда анализирует взаимоотношения бессознательного и сознания в структуре психики личности. В общем плане психика человека представляется Фрейду расщепленной на две противостоящие друг другу сферы сознательного и бессознательного, которые являются существенными характеристиками личности. Но во фрейдовской структуре личности эти сферы представлены не равнозначно: бессознательное он считал центральным компонентом, составляющим суть человеческой психики, а сознательное — лишь особой инстанцией, надстраивающейся над бессознательным; своим происхождением сознательное обязано бессознательному и выкристаллизовывается из него в процессе развития психики.

Хотя представления Фрейда о структурных уровнях человеческой психики и менялись на протяжении его теоретической деятельности, принципиальное деление на сферы сознательного и бессознательного в том или ином виде сохранялось во всех созданных им моделях личности.

Созданная здесь Фрейдом модель личности предстает как комбинация трех элементов, находящихся в определенном соподчинении друг с другом:

«Оно» (Id) — глубинный слой бессознательных влечений, психическая «самость», основа деятельного индивида. Такая психическая инстанция, которая руководствуется своими собственными законами, отличными от законов функционирования остальных составных частей личности.

«Я» (Ego) — сфера сознательного, посредник между бессознательным, внутренним миром человека и внешней реальностью, в том числе природными и социальными институтами, соизмеряющий деятельность бессознательного с данной реальностью, целесообразностью и внешнеполагаемой необходимостью.

«Сверх-Я» (Super-Ego) — внутриличностная совесть, инстанция, олицетворяющая собой установки общества, своего рода моральная цензура, которая возникает как посредник между бессознательным и сознанием в силу неразрешимости конфликта между ними, неспособности сознания обуздать бессознательные порывы, стремления, желания человека и подчинить их требованиям культурной и социальной реальности.

Пытаясь проникнуть в механизмы работы человеческой психики, Фрейд исходит из того, что выделенный им глубинный, природный ее слой — «Оно» — функционирует по произвольно выбранной программе получения наибольшего удовольствия. Но поскольку в удовлетворении своих страстей и вожделений индивид сталкивается с внешней реальностью, которая противостоит «Оно», в нем выделяется «Я», стремящееся обуздать бессознательные влечения и направить их в русло социально одобренного поведения. На первый взгляд может даже показаться, что именно «Я», это сознательное начало, является той движущей силой, которая заставляет «Оно» изменять направление своей деятельности в соответствии с санкциообразующими нормативами социального бытия. Однако во фрейдовской структуре личности дело обстоит иначе: не «Я» управляет «Оно», а наоборот, «Оно» исподволь, невластно диктует свои условия «Я». Для образного описания взаимоотношений между «Я» и «Оно» Фрейд прибегает к аналогии сравнительного отношения между всадником и лошадью, подобно тому, как в свое время А. Шопенгауэр использовал эту же аналогию для раскрытия отношений между интеллектом и волей. Если воля, по Шопенгауэру, только внешне подчинена интеллекту, как конь узде, а на самом деле, подобно коню, может, закусив удила, обнаруживать свой дикий норов и отдаваться своей первобытной природе, то фрейдовское «Оно» также являет собой лишь видимость подчинения «Я»: как всаднику, не сумевшему обуздать лошадь, остается вести ее туда, куда ей хочется, так и «Я» превращает волю «Оно» в такое действие, которое является будто бы его собственной волей».

Как покорный слуга бессознательных влечений, фрейдовское «Я» пытается сохранить свое доброе согласие с «Оно» и внешним миром. Поскольку ему это не всегда удается, в нем самом образуется новая инстанция — «Сверх- Я» или «Идеал-Я», которая царит над «Я» как совесть или бессознательное чувство вины, Во фрейдовской модели личности «Сверх-Я» указывается как бы высшим существом, отражающим заповеди, социальные запреты, власть родителей и авторитетов. Если «Я» — это главным образом представитель внешнего мира, то «Сверх-Я» выступает по отношению к нему как защитник интересов «Оно». По своему положению и функциям в психике человека «Сверх-Я» призвано осуществлять сублимацию бессознательных влечений, то есть переключение социально неодобренного порыва «Оно» в социально приемлемый импульс «Я», и в этом смысле как бы солидаризируется с «Я» в обуздании влечений «Оно». Но по своему содержанию фрейдовское «Сверх-Я» оказывается все же близким и родственным по отношению к «Оно», поскольку является «наследником эдипова комплекса и, следовательно, выражением самых мощных движений Оно и самых важных libid»ных судеб его» «. «Сверх-Я» даже противостоит «Я» как поверенный внутреннего мира «Оно», что может привести к конфликтной ситуации, чреватой нарушениями в психике человека.

Таким образом, фрейдовское «Я» предстает в виде «несчастного сознания», которое, подобно локатору, вынуждено поворачиваться то в одну, то в другую сторону, чтобы оказаться в дружеском согласии, как с «Оно», так и со «Сверх-Я».

Хотя Фрейд признавал «наследственность» и «природность» бессознательного, субъективно он верил в способность осознания бессознательного, что наиболее рельефно было им выражено в формуле: «»Там, где было «Оно», должно быть «Я»». Задачу психоанализа он видел в том, чтобы бессознательный материал человеческой психики перевести в область сознания, чтобы раскрытие природы бессознательного помогло человеку овладеть своими страстями и сознательно управлять ими в реальной жизни. Таков был замысел фрейдовского психоанализа. Однако объективные результаты применения психоаналитического метода в исследовании природы человека не оказались плодотворными. Фрейдовский структурный анализ человеческой психики не только не позволил создать сколько-нибудь целостного представления о внутренней жизни индивида, раскрыть мотивацию его поведения, но многие установки и положения, сформулированные основоположником психоанализа, со временем обнаружили свой явно ненаучный и иллюзорный характер.

Давно было замечено, что человек нередко не осознает смысл и значение мотива своего поведения. А если при этом попросить объяснить свое поведение, то он часто называет такие причины, которые не отражают его подлинных намерений. Многие поступки человека, если он впоследствии задумывается над ними, оказываются загадочными не только для окружающих, но и для него самого. Не удивительно поэтому, что мотивационная деятельность индивида, движущие силы, стоящие за его поступками, причины, побуждающие его поступать так, а не иначе, всегда привлекали внимание пытливых умов человечества, стремившихся постичь сущность человеческой природы. Не мог пройти мимо рассмотрения скрытых мотивов поведения человека и Фрейд. Анализ человеческого поведения стал для него одним из важнейших аспектов осмысления динамики психической деятельности и «логики» бессознательных конфликтов, драматически разыгрывающихся в глубинах личности.

В противоположность теоретикам, которые причину человеческого поведения пытались отыскать во внешней среде, вызывающей ответную реакцию человеческого организма, основатель психоанализа обратился к внутренним стимулам, под воздействием которых, по его мнению, приходят в движение все психические процессы, обусловливающие мотивационную структуру поведения человека. Наиболее приемлемым в этом смысле Фрейду представлялось понятие бессознательного влечения, которое он в качестве условного допущения и положил в основу мотивации поведения человека. Понятие бессознательного влечения стало в его теории тем реально-значимым концептом, при помощи которого объяснялась эволюция всего живого от примитивного организма до высокоразвитой психической организации человека.

Фрейд далеко не первый подошел к рассмотрению влечения в качестве основной движущей силы поведения человека. Начиная с древнегреческой философии, и вплоть до ХХ столетия предпринимались самые разнообразные попытки обоснования аналогичного взгляда на сущность человеческого поведения. Аристотель одним из первых попытался рассмотреть влечение как основу деятельности человеческой души. Однако, сопоставив значение влечений, стремлений и ума в душе человека, он пришел к заключению, что главным двигателем человеческой души является не ум, не влечение, а такая способность души, которая называется стремлением. К осмыслению роли влечений не раз обращались такие мыслители, как Декарт, Локк, Спиноза, Кант, Гегель.

Наиболее близкой фрейдовскому подходу была позиция Спинозы. Согласно его взглядам, влечение есть не что иное, как «самая сущность человека»: природа человека такова, что именно благодаря влечению происходит сохранение его как вида, и, следовательно, «человек является определенным к действованию в этом направлении». В спинозовской трактовке влечения, таким образом, содержатся все элементы, которые позднее легли в основу психоаналитической концепции Фрейда: представление о влечении как движущей силе человеческого поведения; мысль о том, что сердцевиной влечений являются такие стремления, которые направлены, прежде всего, на сохранение человеческого вида. К таким выводам Фрейд пришел, прежде всего, на основе изучения симптомов неврастении. Но вполне возможно, что и соответствующие философские идеи и теории, в том числе идеи Спинозы, оказали определенное влияние на Фрейда.

При всем этом проблему влечений, которая была объектом размышлений многих мыслителей прошлого, Фрейд не просто поставил в центр своих психоаналитических концепций. Через призму бессознательных влечений он попытался рассмотреть как поведение отдельного человека, так и всю историю развития человечества. Это было неправомерной экстраполяцией частных выводов на более общие закономерности исторического процесса. Выдвинув гипотезу о бессознательных влечениях как основе мотивационного поведения человека, Фрейд задался целью выявить так называемые «первичные влечения», составляющие ядро бессознательного. Он долгие годы посвятил исследованию данной проблемы, постоянно внося коррективы в понимание природы «первичных влечений». Но проблема «первичных влечений» оказалась, намнем преткновения, как для Фрейда, так и для его последователей. Вся история психоанализа в этом плане служит наглядной иллюстрацией опровержения первоначальных теоретических допущений его основателя.

В качестве основы «первичных влечений», движущей силы бессознательного, Фрейд первоначально принял сексуальные влечения, которые, как он ошибочно полагал, являются не только причиной возникновения невротических заболеваний, но и мощным стимулом творческой деятельности психически нормального человека и культурных достижений общества.

Фрейд был убежден, что симптомы невротических заболеваний следует искать в остатках и символах воспоминаний о сексуальных переживаниях, которые будто бы имеют место в детском возрасте каждого человека. Эти забытые переживания детства не исчезают, по Фрейду, автоматически, а оставляют неизгладимые следы в душе человека, и только раскрытием и переведением в сознание этих следов воспоминаний можно добиться устранения болезненных симптомов. Отсюда — особая психоаналитическая процедура лечения невротиков, которая определяется Фрейдом как своего рода продолжение воспитания и направлена на устранение остатков детства.

Учение о сексуальной этимологии неврозов переросло затем у Фрейда в более общую теорию, согласно которой сексуальные влечения принимают самое непосредственное участие в творчестве высших культурных, художественных, этических, эстетических и социальных ценностей человеческого духа.

В рассуждениях философов, которые еще задолго до Фрейда задумывались над тем, какую роль играют влечения в человеческой жизнедеятельности, явственно обнаружились две тенденции: одни говорили о сексуальных влечениях как движущем начале человека, сводя к ним всю человеческую любовь; другие давали более широкое толкование понятию любви, принимая любовные влечения за первооснову всего сущего.

Теоретическая позиция Фрейда в этом отношении не была однозначной. Первоначально в качестве «первичных» он рассматривал лишь сексуальные влечения. Затем он начинает различать две группы «первичных влечений»: сексуальные влечения и влечения «Я» (или самосохранения). Еще позднее, по мере того как фрейдовское понимание сексуальных влечений получало более широкую трактовку, близкую к платоновскому. понятию Эроса, включая в себя уже всю сферу человеческой любви (любовь родителей, дружбу, общечеловеческую любовь и т. д.), более расширительное содержание Фрейд начинает вкладывать и в понятие «первичные влечения». Он приходит к выводу, что «первичные влечения» составляют полярную пару созидательной любви и деструктивности. В конечном счете, он выдвигает гипотезу о том, что деятельность человека обусловлена наличием как биологических, так и социальных влечений, где доминирующую роль играют «инстинкт жизни» (Эрос) и «инстинкт смерти» (Танатос).

Рассматривая развитие отдельного человеческого индивида и цивилизации в целом как арену борьбы между Эросом и Танатосом, Фрейд неоднократно подчеркивал, что подобное понимание является не более чем гипотезой, выдвинутой для того, чтобы как-то объяснить загадку жизни. И как всякая гипотеза, оно, следовательно, может быть опровергнуто новыми открытиями науки.

Казалось бы, подобное признание Фрейда свидетельствует о том, что он готов отказаться от тех теоретических допущений, которые опровергаются данными науки, однако на деле поступить так он не смог. Все его коррективы носили частный характер, замыкались на различном понимании природы «первичных влечений» и не касались того допущения, согласно которому бессознательные влечения составляют скрытую сущность жизнедеятельности человека, то есть не затрагивали основ психоаналитического учения.

Согласно материалистическому пониманию, определяющим моментом в истории является, как указывал Ф. Энгельс, производство и воспроизводство непосредственной жизни, то есть «производство самого человека, продолжение рода». Однако бессознательные влечения, участвующие в этом процессе, составляют только одну его сторону, причем далеко не доминирующую. Поэтому глубоко ошибочно переоценивать их значение в жизни отдельного человека и тем более в историческом развитии человечества, как это имеет место в психоаналитическом учении Фрейда.

По замыслу Фрейда, раскрытие природы бессознательных влечений должно было способствовать пониманию динамики и способа функционировании всех психических процессов. Согласно его предположению, человеческая психика функционирует по своим собственным законам: ее деятельность автоматически регулируется «принципом удовольствия», направляющим бессознательные влечения в русло получения максимального удовольствия. То, что не доставляет удовольствия, отвергается психическим аппаратом, который как бы блокирует все другие выходы психическим актам, ориентируя их только в том направлении, где возможно достижение удовольствия.

Источники:
  • http://studopedia.ru/16_98373_a-nachalo-lecheniya.html
  • http://it-iatu.ru/ond/kulturologiya/podhod_k_kulture_osnovnye_polozheniya_psihoanaliza_z_freyda
  • http://www.konspektov.net/question/1196
  • http://vuzlit.ru/551878/kultura_teorii_psihoanaliza_freyda