Меню Рубрики

Что такое рай с религиозной точки зрения

Во все времена люди верили в существование жизни после смерти. Считается, что праведный человек обязательно попадает в рай. И хотя эти утверждения не получили научного подтверждения, человечество не перестает верить, что после смерти душа обретает благодатный покой или попадает в вечные муки ада. Как выглядит рай на самом деле, никто не знает, но в разных религиях его описывают как вечнозеленый благоухающий сад.

В дословном переводе с греческого языка «рай» – это «приятность». В Ветхом Завете он отождествляется с Эдемским садом. Как выглядит рай для христиан? Библия рассказывает, что первыми людьми на Земле были Адам и его жена Ева. Они жили в Эдеме, который и был райским садом. Но после вкушения запретного плода Адам и Ева были изгнаны на землю. Эдем называют Золотым веком, но путь туда закрыт для человечества. После смерти праведная душа может попасть в Царство Небесное, а безгреховная – отправляется в «привилегированное» райское место. Для христианина рай – это красивый благоухающий сад, где душа обретает покой и вечную жизнь; это нерукотворное жилище на небесах, созданное Богом.

Мусульманин

Как выглядит рай в исламе? Коран описывает его как вечнозеленый плодоносящий сад, находящийся в окружении серебряных и золотых стен. Здесь нет болезней, несчастий, страданий и мук. Душа ощущает в райском саду только счастье и покой. В исламе считается, что женщины после смерти превращаются в красивых гурий, а праведным мужчинам обещают прекрасных девственниц. Человек не в состоянии представить, насколько прекрасен рай. Коран говорит, что это сказочный мир, который состоит из 100 уровней, разделенных стенами с временным промежутком в сотню лет. В райском саду находятся огромные шатры, состоящие из красивых камней, между которым текут молочные и медовые реки. Рай – это ценность, которую желает получить каждый мусульманин. Но место это предназначено только для праведных и искренне верующих в Аллаха людей.

Как выглядит рай для евреев? Иудаизм не дает подробного описания райского сада. Здесь говориться об Ганн Эдеме – творении, сформированным из духовного мира. Евреи представляют его как многоэтажный дом, куда отправляется душа после смерти. В зависимости от степени греховности, она может «занять» первые этажи «дома» или отправиться в более высокие комнаты. Об этом говориться в книге Зогар. Подобный переход души производится в 7 этапов. На самых верхних этажах небесного здания можно ощутить присутствие и свет Творца. Евреи также верят, что после пришествия Машиаха они будут воскрешены для вечной жизни на земле. Но земля здесь представляется совершенной и безгрешной.

Представления о рае в мифологии

Большинство религий описывают рай как место, наиболее приближенное к Богу. Поэтому туда хотят попасть все люди после смерти, чтобы воссоединиться с Творцом и остаться в его свете. Так же полагали и древние народы. Они считали, что точно знают, как выглядит рай и ад. У славян рай ассоциировался с Ирием Птичьим и Змеиным. В первое место отправлялись птицы осенью и возвращались весной, принося с собой души младенцев. Змеиный Ирий представлял собой большую яму, куда сползали все змеи с наступлением зимы. В германо-скандинавской мифологии рассказывается про Валхаллы – рай, предназначенный для доблестных рыцарей. Это место представляло собой большой дворец с куполом, в котором проживали отважные рыцари. Каждый день они убивали одно животное, мясо которого было для них основной пищей. Вечером рыцари устраивали пиры, которые навещали прекрасные юные девы.

Изображения рая

Описания Небесного Царства перекликаются во многих религиях. Но людям не дано узнать, как выглядит рай в реальности. На протяжении многих лет человек пытается передать свое представление об этом месте посредством карандашей и кистей. В основу всех картин, изображающих Небесное Царство, положены сцены грехопадения человека, которые описываются в Священном Писании. Среди произведений искусства можно увидеть религиозные картинки. Как выглядит рай на них? В живописи он часто предстает в классическом видении. Это красивый благоухающий сад, где животные и люди существуют в гармонии друг с другом. Некоторые художники изображают рай скрытым в облаках, к нему ведет небесная лестница, а главными его жителями являются ангелы.

Вопросы об аде и рае

На них отвечает кандидат богословия преподаватель СПбДАиС иеромонах Кирилл (Зинковский)

— 90 процентов всех верующих представляют ад и рай именно такими, как их описывал Данте: совершенно материальными. Подобные представления нередко можно встретить и в православной литературе, предназначенной «для широкого читателя». До какой степени такие представления допустимы?

— Прежде всего нужно сказать, что грубые представления средневекового католического Запада ни в коей мере не соответствуют святоотеческому православному Преданию. Святые Отцы Церкви, размышляя о рае и аде, всегда основывали свои рассуждения на безмерной благости Божией и никогда не смаковали в подробностях (как это мы находим у Данте) ни мучения ада, ни блаженства рая. Рай и ад никогда не представлялись им грубо материальными. Не случайно прп. Симеон Новый Богослов говорит: «Ад и тамошние муки всяк представляет так, как желает, но каковы они, никто решительно не знает». Точно так же, по мысли прп. Ефрема Сирина, «сокровенное лоно рая недоступно созерцанию». Рассуждая о тайнах будущего века, Отцы Церкви учат согласно с Евангелием, что геенна уготована не для людей, а для падших и укоренившихся во зле духов, а Святитель Иоанн Златоуст отмечает воспитательное значение, которое имеет ад для человека: «Мы находимся в таком бедственном положении, что, не будь страха геенны, мы, пожалуй, и не подумали бы совершить что-нибудь доброе». Современный греческий богослов митрополит Иерофей Влахос вообще говорит об отсутствии в учении Отцов понятия о тварном аде — таким образом, он решительно отрицает те грубые представления, которыми полно франко-латинское предание. Православные Отцы упоминают и о тонких, духовных, «внешних» рае и аде, но основное внимание они предлагают обратить на «внутреннее» происхождение того состояния, что ждёт человека в будущем веке. Духовные рай и ад — это не награда и наказание со стороны Бога, а, соответственно, здравие и болезнь человеческой души, особенно ясно проявляющиеся в ином бытии. Души здоровые, то есть потрудившиеся над очищением от страстей, испытывают на себе просвещающее действие Божественной благодати, а души больные, то есть не соизволившие подъять труд очищения, — действие опаляющее. С другой стороны, мы должны понимать, что, кроме Бога, никто и ничто не может претендовать на совершенную невещественность: ангелы и души, конечно, обладают качественно отличной от видимого мира природой, но всё же они достаточно грубы по сравнению с абсолютным Духом Божиим. Поэтому их блаженство или страдания нельзя представлять чисто идеальными: они увязаны с их природным строем или нестроением.

— Всё-таки есть ли какая-то разница между тем раем, куда попадают праведники после смерти, Царствием Божиим и будущей, вечной жизнью после всеобщего воскресения?

— Очевидно, разница есть, так как, по мысли Святых Отцов, и блаженство, и мучение увеличатся после всеобщего воскресения, когда души праведников и грешников воссоединятся с их восстановленными из праха телами. Согласно Писанию, полноценный человек есть Богом созданное единство души и тела, поэтому разлучение их противоестественно: оно является одним из «оброков греха» и должно быть преодолено. Святые Отцы рассуждали, что само соединение, вхождение души в воскрешённое Богом тело будет уже началом усугублённых радости или страдания. Душа, соединяясь со своими телесными членами, которыми она когда-то творила добро или зло, будет сразу испытывать особые отраду или скорбь и даже отвращение.

— Об аде. Понятно, почему его называют «вечной мукой», но встречается и такое выражение, как «вечная смерть»… Что это? Небытие? Вообще, если всякая жизнь от Бога, то как могут существовать (пусть даже в вечной муке) те, кто отвергнут Богом?

— Вообще-то в Священном Писании нет выражения «вечная смерть», встречается сочетание «вторая смерть» (Деян. 20 и 21). Зато постоянно говорится о тайне «вечной жизни», «вечной славе» спасённых. Понятие «второй» или «вечной» смерти разъясняется у Святых Отцов. Так, поясняя её тайну, свт. Игнатий Брянчанинов отмечал, что «преисподние темницы представляют странное и страшное уничтожение жизни, при сохранении жизни». Это вечное прекращение личного общения с Богом будет главным страданием осуждённых. Свт. Григорий Палама так поясняет соединение внешних и внутренних мук: «при отъятии всякой благой надежды и при отчаянии во спасении невольное обличение и грызение совести плачем будет безмерно увеличивать надлежащую муку».

Даже в аду нельзя говорить о совершенном отсутствии Бога, Который наполняет Собой весь тварный мир, в то же время не смешиваясь с ним. «Аще сниду во ад, Ты тамо еси», — возглашает богодухновенный Давид. Однако прп. Максим Исповедник говорит о различии благодати бытия и благобытия. Очевидно, что в аду бытие сохраняется, а благобытия быть не может. Происходит таинственное истощание всякого блага, что и может быть названо духовной смертью. Самого дара бытия не может отречься созданное Богом творение, а присутствие Творца становится мучительным для отрекшихся от бытия с Ним, в Нём и по Его законам.

— Почему Церковь говорит о двух судах: частном, случающемся с человеком непосредственно после смерти, и всеобщем, Страшном? Разве не достаточно одного?

— Душа, попадая в загробный мир, понимает со всей отчётливостью, что не может быть согласия между добром и злом, между Богом и сатаной. Пред лицом Божественного Света человеческая душа видит сама себя и ясно осознаёт соотношение света и тьмы в себе. Это и есть начало так называемого частного суда, в котором, можно сказать, человек сам себя судит и оценивает. А окончательный, последний, Страшный суд связан уже со Вторым пришествием Спасителя и окончательными судьбами мира и человека. Этот суд более таинственен, он учитывает как ходатайство Церкви о своих чадах, особенно через безкровную литургическую жертву, приносимую в ходе истории, так и глубинное всеведение Божие о каждом из Его творений и окончательное определение всякой свободной личности в своём отношении к Богу, когда Он явится перед лицом всех и каждого.

— В нашей жизни люди, отрицающие чью-то любовь — Божескую ли, человеческую ли, — живут очень хорошо: они, как говорится, не грузят себя лишними проблемами. Почему же после смерти, отрицая Божескую любовь, они будут мучиться? Другими словами: если человек сам, по своей воле, по своему вкусу выбрал путь противления Богу, почему он от этого будет страдать?

— Страдание человека, отвергшего Бога и Божественную любовь, отвергшего христианское самопожертвование, будет заключаться в том, что ему откроется вся бесконечная красота Бога, который есть Любовь. Откроется ему и уродство собственного эгоистического бытия. До конца осознав истинное положение вещей, человек-эгоист неизбежно ощутит страдание — так страдает уродец и предатель, оказавшийся в обществе благородных и прекрасных героев. «Мучимые в геенне поражаются бичом любви! И как горько и жёстко это мучение любви!» — так зрит адское мучение бесплодного раскаяния прп. Исаак Сирин. При этом надо подчеркнуть, что самолюбивая гордость, в которой закоснеют обитатели ада, не позволит им признать свою неправоту и уродливость выбранного ими пути, несмотря на его абсурдность. Цель и смысл всякого пути более всего очевидны в его конце, как качество плода понятно при его созревании, а так как ад есть конец и результат богоборческого выбора, то в нём и станут ясны как бытийные основы, так и горькие последствия гордого и нераскаянного противления Творцу.

— Рассуждая по-человечески, не все люди замечательно хороши и не все беспросветно злы. Святых и злодеев мало, основная масса — серая: и добрая, и злая (а может быть, вернее: ни добрая, ни злая). Такое впечатление, что мы не дотягиваем до рая, но и адские мучения — это в нашем случае слишком жестоко. Почему Церковь не говорит ни о каком промежуточном состоянии?

— Опасно мечтать о получении в будущей жизни эдакого лёгкого, среднего местечка, ради которого не нужно особо напрягать свою волю. Человек и так слишком расслаблен духовно. Святые Отцы говорят о разных обителях в раю и аду, но тем не менее ясно свидетельствуют о чётком разделе на Суде Божием, которого никому не избежать. Наверное, многие грехи земной жизни человеческой условно можно назвать «малыми», оправдать слабостью людской. Тем не менее тайна Божиего суда состоит в том, что этот суд всё-таки будет, хотя единственным желанием Бога является общее спасение. Господь «хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины» (1Тим.2:4). Строго говоря, мы должны бояться не столько наказания внешнего, сколько наказания внутреннего, не ада как окончательного осуждения, а даже малого оскорбления благости Божией. У старца Паисия Афонского есть мысль, что не многие попадут в ад, но даже если мы избежим его, каково будет нам предстать перед Лицом Божиим с неочищенной совестью? Вот в чём должна быть главная обеспокоенность христианина.

Кроме того, важно понимать, что при вступлении в духовный мир в душе человека происходит молниеносная борьба между живущими в ней тьмой и светом. И непонятно, каков будет результат этой схватки несовместимых сил, обнаживших свою суть, скрытую до смертного исхода под «завесой плоти». Само это внутреннее противостояние уже мучительно для их носителя, а насколько удушлива победа внутренней тьмы над светом, вообще трудно говорить.

— И ещё о «малом грехе». Неужели можно попасть в ад за то, что съел котлету в пост? За то, что курил? За то, что изредка позволял себе некие не вполне пристойные мысли (не дела)? Словом, за то, что не был затянут в струнку каждую секунду своей жизни, а порой позволял себе «немного расслабиться» — по человеческим меркам вполне простительно?

— Дело не в кажущейся жестокости Бога, Который якобы готов послать в геенну за малую человеческую слабость, а в таинственном накоплении силы греха в душе. Ведь «малый» грех хоть и «мал», но совершается, как правило, многократно. Как песок, состоящий из мелких песчинок, может весить не менее большого камня, так и маленький грех набирает силу и вес с течением времени и может тяготить душу не менее «большого» греха, совершённого один раз. Кроме того, очень часто в нашей жизни расслабление «в малом» незаметно подводит к большим и очень серьёзным грехам. Не случайно ведь и Господь сказал: «. верный в малом и во многом верен» (Лк.16:10). Излишние напряжённость и мелочность зачастую даже вредят нашей духовной жизни и к Богу не приближают, но требовательность в отношении к себе, к нашей духовной жизни, в нашем отношении к ближним и к Самому Господу для христианина естественны и обязательны.

Читайте также:  Точки зрения характер экономического развития россии

Что такое рай? Святые отцы и священники о рае

Рай (Быт 2:8, 15:3, Иоиль 2:3, Лк 23:42,43, 2Кор 12:4) — это слово Персидского происхождения и означает сад. Так названо прекрасное жилище первого человека, описанное в кн. Бытия. Рай, в котором пребывали первые человеки, был для тела вещественный, как видимое блаженное жилище, а для души — духовный, как состояние благодатного общения с Богом и духовного созерцания тварей.

Раем называется и то блаженное жилище небожителей и праведников, которое наследуют они после Страшного Суда Божия.

Митрополит Иларион (Алфеев):

Рай есть не столько место, сколько состояние души; как ад является страданием, происходящим от невозможности любить и непричастности Божественному свету, так и рай есть блаженство души, проистекающее от преизбытка любви и света, к которым всецело и полностью приобщается тот, кто соединился со Христом. Этому не противоречит то, что рай описывается как место с различными «обителями» и «чертогами»; все описания рая — лишь попытки выразить человеческим языком то, что невыразимо и превосходит ум.

В Библии «раем» (paradeisos) называется сад, где Бог поместил человека; этим же словом в древне церковной традиции называли будущее блаженство людей, искупленных и спасенных Христом. Оно также именуется «Царством Небесным», «жизнью будущего века», «восьмым днем», «новым небом», «небесным Иерусалимом».

Святой апостол Иоанн Богослов говорит: «И увидел я новое небо и новую землю, ибо прежнее небо и прежняя земля уже миновали, и моря уже нет; И я, Иоанн, увидел святый город Иерусалим, новый, сходящий от Бога с неба, приготовленный как невеста, украшенная для мужа своего. И услышал я громкий голос с неба, говорящий: се, скиния Бога с человеками, и Он будет обитать с ними, они будут Его народом, и Сам Бог с ними будет Богом их. И отрет Бог всякую слезу с очей их, и смерти не будет уже: ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет, ибо прежнее прошло. И сказал Сидящий на престоле: се, творю все новое… Я есмь Альфа и Омега, начало и конец; жаждущему дам даром от источника воды живой… И вознес меня (ангел) в духе на великую и высокую гору, и показал мне великий город, святый Иерусалим, который нисходил с неба от Бога. Он имел славу Божию… Храма же я не видел в нем, ибо Господь Бог Вседержитель — храм его, и Агнец. И город не имеет нужды ни в солнце, ни в луне для освещения своего; ибо слава Божия осветила его, и светильник его — Агнец. Спасенные народы будут ходить во свете его… И не войдет в него ничто нечистое и никто преданный мерзости и лжи, а только те, которые написаны у Агнца в книге жизни» (Апок. 21:1-6, 10, 22-24, 27). Это самое раннее в христианской литературе описание рая.

Читая описания рая, встречающиеся в агиографической и богословской литературе, необходимо иметь в виду, что большинство писателей Восточной Церкви говорят о рае, который они видели, в который бывали восхищены силой Святого Духа.

Даже среди наших современников, переживших клиническую смерть, встречаются люди, побывавшие в раю и рассказавшие о своем опыте; в житиях святых мы находим множество описаний рая. Преподобная Феодора, преподобная Ефросиния Суздальская, преподобный Симеон Дивногорец, святой Андрей Юродивый и некоторые другие святые были, подобно апостолу Павлу, «восхищены до третьего неба» (2 Кор. 12:2) и созерцали райское блаженство.

Вот что говорит о рае святой Андрей (X в.): «Я увидел себя в раю прекрасном и удивительном, и, восхищаясь духом, размышлял: «что это. как я очутился здесь. » Я видел себя облеченным в самое светлое одеяние, как бы истканное из молний; венец был на главе моей, сплетенный из великих цветов, и я был опоясан поясом царским. Радуясь этой красоте, дивясь умом и сердцем несказанному боголепию Божия рая, я ходил по нему и веселился. Там были многие сады с высокими деревьями: они колебались вершинами своими и увеселяли зрение, от ветвей их исходило великое благоухание… Невозможно те деревья уподобить ни одному земному дереву: Божия рука, а не человеческая посадила их. Птиц в этих садах было бесчисленное множество… Увидел я реку великую, текущую посреди (садов) и их наполняющую. На другом берегу реки был виноградник… Дышали там с четырех сторон ветры тихие и благоухающие; от их дыхания колебались сады и производили дивный шум листьями своими… После этого мы вошли в чудный пламень, который нас не опалял, но только просвещал. Я начал ужасаться, и опять руководивший меня (ангел) обратился ко мне и подал мне руку, говоря: «Нам должно взойти и еще выше». С этим словом мы очутились выше третьего неба, где я увидел и услышал множество небесных сил, поющих и славословящих Бога… (Взойдя еще выше), я увидел Господа моего, как некогда Исаия-пророк, сидящего на престоле высоком и превознесенном, окруженного серафимами. Он был облечен в багряную одежду, лицо Его сияло неизреченным светом, и Он с любовью обратил ко мне Свои очи. Увидев Его, я пал перед Ним на лицо мое… Какая же тогда от видения лица Его объяла меня радость, того невозможно выразить, так что и ныне, поминая это видение, исполняюсь неизреченной сладости» Преподобная Феодора видела в раю «прекрасные селения и многочисленные обители, уготованные любящим Бога», и слышала «голос радости и веселия духовного».

Во всех описаниях рая подчеркивается, что земные слова могут лишь в малой степени изобразить небесную красоту, так как она «несказанна» и превосходит человеческое постижение. Говорится также о «многих обителях» рая (Ин. 14:2), то есть о разных степенях блаженства. «Одних (Бог) почтит большими почестями, других меньшими, — говорит святитель Василий Великий, — потому что «звезда от звезды разнится в славе» (1 Кор. 15:41). И поскольку «многи обители» у Отца, то одних упокоит в состоянии более превосходном и высоком, а других в низшем».3 Впрочем, для каждого его «обитель» будет наивысшей доступной ему полнотой блаженства — в соответствии с тем, насколько он приблизился к Богу в земной жизни. Все святые, находящиеся в раю, будут видеть и знать один другого, а Христос будет видеть и наполнять всех, говорит преподобный Симеон Новый Богослов. В Царстве Небесном «праведники просветятся, как солнце» (Мф. 13:43), уподобятся Богу (1 Ин. 3:2) и познают Его (1 Кор. 13:12). По сравнению с красотой и светозарностью рая наша земля есть «мрачная темница», и свет солнца по сравнению с Триипостасным Светом подобен маленькой свечке. Даже те высоты богосозерцания, на которые восходил преподобный Симеон при жизни, по сравнению с будущим блаженством людей в раю — все равно, что небо, нарисованное карандашом на бумаге, в сравнении с настоящим небом. По учению преподобного Симеона, все образы рая, встречающиеся в житийной литературе, — поля, леса, реки, дворцы, птицы, цветы и т.д., — лишь символы того блаженства, которое заключается в непрестанном созерцании Христа.

Митрополит Сурожский Антоний:

Адам потерял рай, — это был его грех; Адам потерял рай,— это ужас его страдания. И Бог не осуждает; Он зовет, Он поддерживает. Чтобы мы опомнились, Он ставит нас в условия, которые наглядно говорят нам о том, что мы погибаем, нам надо спастись. И Он остается нашим Спасителем, а не Судьей. Христос несколько раз в Евангелии говорит: Я пришел не судить мир, а спасти мир (Ин.З,17; 12,47). Пока не настанет полнота времен, пока не придет конец, мы под судом совести нашей, мы под судом Божественного слова, мы под судом видения Божественной любви, воплощенной во Христе, — да. Но Бог не судит; Он молит, Он зовет, Он живет и умирает. Он сходит в самые глубины человеческого ада, чтобы только мы могли поверить в любовь и опомниться, не забыть, что есть рай.

А рай был в любви; и грех Адама в том, что он не сохранил любовь. Вопрос не в послушании или в прослушании, а в том, что Бог предлагал всего Себя, без остатка: Свое бытие, любовь, мудрость, ведение — все Он давал в этом союзе любви, который делает из двух одно существо (как Христос говорит о Себе и об Отце: Я во Отце и Отец во Мне [Ин. 14,11]; как огонь может пронизывать железо, как тепло проникает до мозга костей). И в этой любви, в нераздельном, неразлучном соединении с Богом мы могли бы быть мудрыми Его мудростью, любить всем простором и бездонной глубиной Его любви, знать всем ведением Божественным. Но человек был предупрежден: не ищи познания через вкушение плода от древа Добра и Зла, — не ищи холодного познания ума, внешнего, чуждого любви; не ищи познания плоти, опьяняющей и одурманивающей, ослепляющей… И на это именно и соблазнился человек; он захотел знать, чтo добро и чтo зло. И он создал добро и зло, потому что зло в том и заключается, чтобы отпасть от любви. Он захотел узнать, что такое быть и не быть, — но он мог это познать, только утвердившись навсегда через любовь, вкоренившись до глубин своего бытия в Божественной любви.

И человек пал; и с ним пошатнулась вся вселенная; все, все было омрачено и сотрясено. И суд, к которому мы устремляемся, тот Страшный суд, который будет в конце времен, — он ведь тоже только о любви. Притча о козлищах и овцах (Мф.25,31-46) именно об этом говорит: сумел ли ты на земле любить великодушной, ласковой, смелой, доброй любовью? Сумел ли ты жалеть голодного, сумел ли ты пожалеть нагого, бездомного, хватило ли у тебя мужества посетить заключенного в тюрьме, не забыл ли ты человека, который болеет, в больнице, одинокого? Если в тебе есть эта любовь — тогда есть тебе путь и в Божественную любовь; но если земной любви нет — как можешь ты войти в Божественную любовь? Если то, что тебе по природе дано, ты не можешь осуществить, как же ты можешь надеяться на сверхприродное, на чудесное, на Божие. И вот в этом мире мы живем.

Рассказ о рае в каком-то отношении, конечно, иносказание, потому что это мир, который погиб, мир, к которому у нас нет доступа; мы не знаем, что такое быть безгрешной, невинной тварью. И на языке падшего мира можно только образами, картинно, подобиями указывать на то, что было и чего никто больше никогда не увидит и не познает… Мы видим, как Адам жил — как друг Божий; мы видим, что когда Адам созрел, достиг какой-то степени мудрости и ведения через свою приобщенность Богу, Бог привел к нему все твари, и Адам каждой твари дал имя — не кличку, а то имя, которое выражало самую природу, самую тайну этого существа. Бог как бы предупреждал Адама: смотри, смотри, — ты видишь тварь насквозь, ты ее понимаешь; потому что ты со Мной делишь Мое ведение, поскольку ты можешь при твоей еще неполной зрелости его разделить, глубины твари перед тобой раскрыты… И когда Адам вгляделся во всю тварь, он себя в ней не увидел, потому что, хотя он взят от земли, хотя он является своей плотью и душевным своим бытием частью этого мироздания, вещественного и душевного, но в нем тоже есть искра от Бога, дыхание Божие, которое Господь вдунул в него, сделав из него небывалую тварь — человека.

Адам познал, что он один; и Бог навел на него глубокий сон, отделил от него некую часть, и перед ним встала Ева. Святой Иоанн Златоуст говорит о том, как в начале в человеке были заложены все возможности и как постепенно, по мере того, как он созревал, в нем начали проявляться не совместимые в одном существе и мужские, и женские свойства. И когда он дошел до зрелости, Бог их разделил. И не напрасно Адам воскликнул: Это плоть от плоти моей, это кость от кости моей! Она назовется женой, потому что она как бы пожата из меня…(Быт.2,23). Да; но что эти слова значили? Они могли значить, что Адам, глядя на Еву, видел, что она кость от костей его, плоть от плоти его, но что она имеет самобытность, что она — существо полноценное, до конца значительное, которое связано с Живым Богом неповторимым образом, как и он неповторимо с Ним связан; либо они могли значить, что он увидел в ней только отражение своего собственного бытия. Это то, как мы друг друга видим почти постоянно; даже когда соединяет нас любовь, мы так часто не видим человека в нем самом, а видим его по отношению к себе; мы взираем на его лицо, мы вглядываемся в его очи, мы вслушиваемся в его слова — и ищем отзвук собственного нашего бытия… Страшно подумать, что так часто мы друг на друга смотрим — и видим только свое отображение. Другого человека — не видим; он только отражение нашего бытия, нашего существования.

Протоиерей Всеволод Чаплин:

Господь ясно говорит о том, кто именно войдет в Царство Небесное. Прежде всего, Он говорит о том, что человек, желающий войти в это Царство, должен иметь веру в Него, истинную веру. Господь Сам говорит: «Кто будет веровать и креститься, спасен будет, а кто не будет веровать, осужден будет». Господь предрекает осуждение людей на муки. Он не желает этого, Господь милосерден, но Он, в то же самое время, говорит о том, что людей, не соответствующих высокому духовному и нравственному идеалу, ожидает плач и зубовный скрежет. Мы не знаем, каким будет рай, мы не знаем, каким будет ад, но очевидно, что люди, которые свободно выбрали жизнь без Бога, жизнь, противоречащую Его заповедям, не останутся без грозного воздаяния, прежде всего связанного с внутренним душевным состоянием этих людей. Я знаю, что есть ад, я знал людей, которые покинули этот мир в состоянии уже готовых жителей ада. Некоторые из них, кстати, покончили жизнь самоубийством, чему я не удивляюсь. Им можно было говорить о том, что этого делать не нужно, потому что человека ждет вечная жизнь, но они не хотели вечной жизни, они хотели вечной смерти. Люди, разуверившиеся в других людях и в Боге, по смерти встретившись с Богом, не изменились бы. Думаю, что Господь предложил бы им Свою милость и любовь. Но они скажут Ему: «Нам этого не надо». Таких людей много уже в нашем земном мире, и я не думаю, что они смогут измениться после перехода границы, отделяющей земной мир от мира вечности.

Читайте также:  Зрение для работ в действующих электроустановках

Почему вера должна быть истинной? Когда человек хочет общаться с Богом, он должен понимать Его таким, каков Он есть, он должен обращаться именно к тому, к кому он обращается, не представляя себе Бога чем-то или кем-то, чем и кем Он не является.

Сейчас модно говорить, что Бог один, но пути к нему разные, и какая разница, каким та или иная религия или конфессия либо философская школа представляет себе Бога ─ все равно Бог один. Да, Бог один. Нет многих богов. Но этот единый Бог, как веруют христиане, ─ именно тот Бог, который открыл Себя в Иисусе Христе и в Своем Откровении, в Священном Писании. И, обращаясь вместо этого Бога, к кому-то другому, к существу с другими характеристиками или к существу, не обладающему личностью, или вообще к не-существу, мы не обращаемся к Богу. Мы обращаемся, в лучшем случае, к чему-то или кому-то, кого мы сами себе придумали, например, к «богу в душе». А иногда мы можем обращаться и к существам, которые от Бога отличны и Богом не являются. Это могут быть ангелы, люди, силы природы, темные силы.

Итак, для того, чтобы войти в Царство Божие, нужно иметь веру и быть готовым ко встрече именно с тем Богом, который в этом Царствии является Царем. Чтобы ты Его узнал и Он узнал тебя, чтобы ты был готов ко встрече именно с Ним.

Далее. Для спасения важно внутреннее нравственное состояние человека. Понимание «этики», как исключительно сферы межчеловеческих отношений, особенно ─ в прагматическом измерении человеческой жизни: бизнеса, политики, семейных, корпоративных отношений ─ это очень усеченное понимание этики. Нравственность имеет прямое отношение к тому, что происходит внутри тебя, и именно такое измерение нравственности задает Нагорная проповедь Христа Спасителя.

Господь говорит не только о тех внешних нормах, формальных нормах ветхозаветного закона, которые были даны древним. Он говорит о состоянии человеческой души. «Блаженны чистые сердцем» ─ блаженны именно те, кто внутри себя не имеют грязи, не имеют побуждений к пороку, не имеют стремления творить грех. И это состояние души Он оценивает так же строго, не менее строго, как и внешние поступки человека. Богочеловек Господь Иисус Христос дает новые заповеди, никак не вместимые в рамки житейской морали. Он дает их как совершенно непреложные указания, не подлежащие релятивизации, то есть объявлению их относительными. Это безусловный императив, из которого следует безусловное требование совершенно нового уровня нравственной чистоты от тех, кто станет достойным войти в Его Царство.

Спаситель однозначно, решительно объявляет недопустимым злословие по отношению к ближним, блудные помыслы, развод и вступление в брак с разведенной, клятву небом или землею, противление злу, совершенному против тебя самого, показное творение милостыни, молитвы и поста, получение соответствующей моральной награды от людей ─ все те вещи, которые с точки зрения светской этики нормальны и естественны.

Христос осуждает и удовлетворенность человека своим нравственным состоянием, своими нравственными заслугами. Очевидно, что такие нравственные мерки не применимы для обывательской морали, примиряющейся с определенной мерой зла. Ни с какой мерой зла не может смириться истинный христианин, и Господь запрещает это делать. Он говорит о том, что любое греховное движение души ─ это путь в сторону от Царства Небесного.

Господь говорит и о том, что вера, нравственное состояние человека не может не выражаться в том, что он делает. Мы знаем слова апостола Иакова: «Вера без дел мертва». Точно так же и порочное состояние человека выражается в злых делах. Мы не приобретаем себе неотменимых заслуг своими добрыми делами, как об этом говорит католический юридизм. Формально сделанное доброе дело, имеющее выражение в долларах, рублях, количестве оказанных услуг и так далее, не обеспечивает человеку спасение само по себе. Важно, с каким намерением ты делаешь это дело. Но человек, по-настоящему верующий, не может отказываться от помощи ближнему, не может пройти мимо страданий человека, нуждающегося в помощи. И Господь говорит о том, что стандарты, заданные Им в области, в том числе, добрых дел, должны многократно превосходить стандарты, данные для ветхозаветного мира. Вот Его слова: «Говорю вам, что если праведность ваша не превзойдет праведности книжников и фарисеев, то вы не войдете в Царство небесное». Что такое праведность книжников и фарисеев? Это праведность лучших людей общества, живущего без Божией благодати, общества, живущего по житейским законам, по законам компромисса со злом, по законам падшего человеческого естества. Книжники и фарисеи ─ это не исчадия ада, это нравственные авторитеты общества, жившего по законам ветхозаветной морали. Это люди умные, просвещенные, религиозно очень активные, не склонные к порокам, считающие себя вправе обличать отступников от той самой житейской морали народа или семьи. Это не мытари, которые собирали оккупационный налог, это не блудницы ─ проститутки, не пьяницы, не бродяги. Это, говоря современным языком, классические «приличные люди». Фарисеи ─ это те моральные авторитеты мира сего, которые на нашем телеэкране подаются как самые достойные люди. Именно их праведность должен превзойти христианин, потому что эта праведность недостаточна для спасения.

Очевидно, что Господь не считает большинством людей, входящих в Божие царство. Он говорит: «Широки врата и пространен путь, ведущие в погибель, и многие идут ими; потому что тесны врата и узок путь, ведущие в жизнь, и немногие находят их». Мы веруем и всегда будем веровать в милосердие Божие к каждому человеку, даже к грешнику, даже к преступнику, даже к не раскаивающемуся. Недавно Святейший Патриарх сказал о том, что мы будем обсуждать в Церкви возможные формы молитв о самоубийцах. Это не будут те самые формулы молитв, которые идут при обычном отпевании или при обычной панихиде, когда мы поем: «Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих». Это будет особая молитва. Может быть, мы будем просить о том, чтобы Господь принял душу человека, проявил к нему милосердие. И мы веруем в милость Божию к каждому человеку: неверующему, грешнику, преступнику. Но вхождение в Его Царство ─ это особый дар, который, как совершенно ясно говорит Господь, не принадлежит большинству людей.

Господь Иисус Христос предостерегает людей от увлечения обывательским образом жизни, Он предлагает Своим апостолам, Своим последователям образ жизни иной, говоря при этом, что не всякий может его вместить, но об опасности обывательского существования Он явно предостерегает. Это не значит, что Господь объявляет Своих учеников некой общественной или моральной элитой. Царствие Божие открыто любому человеку, вне зависимости от образовательного или интеллектуального уровня. Но уровень нравственности, необходимый для спасения, радикально отличается от праведности книжников и фарисеев, почитавшейся в мирской среде или в ветхозаветной среде как наивысшее достижение.

Нравственный идеал, который дан нам Господом Иисусом Христом, очень радикален. Он не исполним человеческими силами. После того, как Господь отвечает человеку, что легче верблюду войти в игольное ушко, чем богатому войти в Царство Божие, апостолы Его спрашивают: «Кто же может спастись?». Он отвечает, что человеку это невозможно, Богу же все возможно. Высокая нравственная планка, заданная в Нагорной проповеди, недостижима человеческими силами. Нравственные требования в Евангелии представляют собой не просто систему запретов, исполнить которые может человеческая воля. Они настолько высоки, что никакая воля не способна их исполнить.

Да, воспитание и внешние ограничения важны, но они одни не способны привести человека к достижению нравственного идеала, а, значит, и к спасению. Скорее, важен свободный выбор личности, позволяющей Богу действовать в ней, в душе, в сердце человека. Христианская этика говорит, прежде всего, не об укреплении воли, не о самосовершенствовании, не о принуждении к деланию добра, а о действии на человека благодати Божией, преображающей человека настолько, что сами мысли о грехе становятся невозможны. Без действия Божия, без Таинств Церкви человек не может стать нравственным в том смысле, который заложен в Нагорной проповеди. Да, мы должны в синергии с Богом трудиться над собой, делать добрые дела, противостоять греху. Но решающим в нравственном совершенствовании личности является действие не человека, но Бога. И понимание этого радикально отличает христианскую этику от других этических систем.

Что такое рай с религиозной точки зрения

В статье не излагается последнее и окончательное слово православной космологии, а делается попытка изъяснить учение Церкви на языке, привычном современному рационально мыслящему человеку. Пункты, отмеченные значком «» являются частным мнением автора.

Когда хозяин дома встанет и затворит двери, тогда вы, стоя вне, станете стучать в двери и говорить: Господи! Господи! отвори нам; но Он скажет вам в ответ: не знаю вас, откуда вы. Тогда станете говорить: мы ели и пили пред Тобою, и на улицах наших учил Ты. Но Он скажет: говорю вам: не знаю вас, откуда вы; отойдите от Меня все делатели неправды. Там будет плач и скрежет зубов, когда увидите Авраама, Исаака и Иакова и всех пророков в Царствии Божием, а себя изгоняемыми вон.
(Лук.13:25-28)

Противники Бога и восстановления связи с Ним (re-ligare) ставят вопросы, на которые в имеющейся сейчас церковной терминологии (особенно приходского уровня) невозможно сформулировать убедительные или хотя бы понятные ответы. Например.

Царствие Небесное и рай – это одно и то же? Если да, а Царствие Небесное, как известно, внутрь нас есть, то где сейчас находится благоразумный разбойник? Во мне? Не наблюдаю. Этому разбойнику Сам Христос сказал ныне же будешь со Мной в раю (Лк. 23:43). Не «во Мне» сказал, а «со Мной». Почему Его слова стало необходимым понимать иносказательно? И как же именно иносказательно? Сколько сказателей, простите, столько и пониманий. Может быть, Царствие Небесное и рай – просто разные реальности?
Сатана был изгнан из рая, но несмотря на это соблазнил Еву, в результате чего прародителей изгнали из рая. Как сумел сатана обратно в рай пробраться, чтобы совершить свое черное дело? Плохо изгнали, Бог попустил или не из рая изгоняли? И тут же связанный вопрос: а куда изгоняли? Неужели в рай, раз сатана там и очутился?
Адам и Ева до своего падения проживали в раю (ну раз их оттуда изгнали, значит они там все-таки были): тогда рай и Эдем – это одно и то же? Если да, то почему успешно прошедшие мытарства праведники пребывают в некоем третьем «месте предвкушения будущих благ», а не возвращаются в Эдем? Если не одно и то же, то какова судьба незаселенного и незаселяемого Эдема после окончания Страшного Суда, когда праведники соберутся в горнем Иерусалиме? Эдем будет уничтожен за ненадобностью? Зачем уничтожать один рай, чтобы тут же творить другой? Глуповато выглядит. Или Эдем и горний Иерусалим – это одно и то же? Но это невозможно, поскольку Господь сказал се, творю всё новое (Откр.21:5), а не «се, восстанавливаю всё старое». По любому получается, что Эдем впустую «простаивает». Кому он нужен, без людей?
Церковь учит, что Спаситель разрушил ад, но одновременно предостерегает, как бы мы в него же по своим грехам и не попали – где логика? Если ад был разрушен только Христом через тысячелетия после Авраама, то где находилось ложе Авраамово, место пребывания ветхозаветных праведников? Неужели в аду, в геенне огненной? Ведь если Спаситель вывел ветхозаветных праведников из ада, значит, они там были.
Ветхий Завет очень неохотно и прикровенно говорит о посмертной участи праведников, и только Евангелие учит об этом ясно и определенно – почему это так, почему учение о рае вынесено в Новый Завет, в чем необходимость такого разделения? Неужели люди до Христа не нуждались в утешении будущим райским воздаянием? Навряд ли. Может быть, позднейшее учение ошибочно, и пора наконец вернуться к понятиям ада и шеола периода второго иерусалимского храма? И никакого Царствия Небесного внутрь нас нет, а надо просто честно и по мере сил исполнять понятный ветхозаветный декалог?

Обычно на вопросы подобного рода даже самые сдержанные священники дают примерно такой ответ: «Согласно святоотеческому учению специальных мест в пространстве, ограничивающих рай и ад в нашем понимании, не существует. Реалии мира духовного невыразимы категориями мира земного. Сáмая объективная реальность, которая нас ожидает за гробом – это реальность любви Божией». Как будто мы о местах в пространстве спрашивали, или сомневались в реальности Божией любви. Она и сейчас есть самая объективная реальность, а не только за гробом такой станет.

Но это цветочки; есть и ягодки: если мы верующие, то должны хотя бы доверять словам Господа, а эпиграф для любого непредубежденного читателя означает следующее:

  1. После смерти даже делатели неправды хотят попасть к Богу.
  2. Господь изгоняет их прочь от Себя.

Спрашивается, зачем делатели неправды хотят попасть к Богу, если Его любовь причиняет им адские мучения?

А теперь посудите сами. Вот перед нами современный, желающий разобраться, вопрошающий человек. Неглупый, воспитанный на доверии к науке, с неоднократно оправданным успешным применением рациональным мышлением и логикой. На космологические вопросы у него, с одной стороны, имеются невнятные объяснения православных попов: мол «понимайте духовно». С другой стороны – привычная, непротиворечивая логика иудеев и язычников. Какую сторону примет человеческий разум? Известно какую. Так неужели нельзя помочь разуму? Неужели нельзя доопытно, до приобретения личного благодатного познания (а мы все находимся в этом плачевном состоянии), дать понятные ответы и тем расчистить дорогу животворящей вере через препоны ума?
Мы считаем – можно и нужно. Вот и попробуем.

Замечания о терминах.

О пространстве.

Невозможность дать привычные физические пространственные указания на то или иное конкретное место (координаты) не означает отсутствие места как такового или разницы между местами. Неограничен только Бог, Который везде, и ограничена Его тварь: если творение (человек, Ангел) находится в одном месте, его (их) нет в другом. Святой пророк Даниил три недели ждал посланного к нему Ангела, которому мешало пройти сатанинское войско, и который прошел в конце концов лишь при помощи Архангела Михаила (Дан. 10:12-13). Это означает, что, хотя речь и идет о «духовных реалиях», к которым «наши понятия неприменимы», Ангелу тем не менее потребовалось три недели, чтобы добраться куда надо. Ангел не смог одновременно быть в двух «местах», ему требовалось «прийти» из одного места в другое.
Поэтому, когда далее будет употребляться слово «место», это термин будет браться в широком смысле. В пятимерном ли пространстве, параллельном, духовном, как угодно и неважно, – но это именно место и есть; место как понятие, характеризующее ограниченность твари и неразрывно с этой ограниченностью связанное.

Читайте также:  Развитие слуха и зрения ребенка 1 месяца

Отсутствие времени не есть отсутствие процессов и причинно-следственных связей. Мы знаем, что было «время», когда времени не было, и настанет «время», когда времени не будет. Это библейское знание необходимо подразумевает, что ни Бог, ни Его твари, для того, чтобы жить (а не замереть), не нуждаются ни в каком времени.
Трудно даже и предположить, что после сотворения новых земли и неба все процессы остановятся. Как минимум известно, что праведники в горнем Иерусалиме будут славить Бога – в отсутствии процессов это было бы невозможно.
Человек в горнем Иерусалиме будет пребывать в теле, как и наш Спаситель. Возвращение в тело (обновленное, духовное) означает для человека возвращение возможности творчества. Этой возможности принципиально лишены бестелесные Ангелы. И что же, творческий человек будет жить и не творить?
Когда появилось время: до творения мира или после? А что является причиной и следствием: Божий замысел о мире и человеке и, как следствие, творение мира, или наоборот? Причины и следствия, несмотря на отсутствие времени, существуют.
Коротко говоря, отсутствие времени не означает отсутствие событий, отсутствие жизни и творчества.

Скорее всего, время является служебным параметром поврежденной Вселенной, характеризующим неубывание энтропии (возрастание тления вплоть до смерти — т.н. «стрела времени»). А может быть, время является категорией, необходимой для реализации процесса изменения состояния человека из падательного в непадательное (могу согрешить, могу не согрешить, не могу согрешить). К сожалению, однозначных указаний в Писании и Предании найти пока не удалось.

Значимые события мировой истории.

Для нашего рассмотрения ими признаются: (1) творение мира, (2) творение Ангелов, (3) творение человека, (4) падение Денницы, (5) падение прародителей, (6) смерть Адама, (7) Воскресение Христа, (8) Страшный суд. Каждое из этих событий существенно меняло состав мироздания и устанавливало новые связи (и/или изменяло старые) между его составными частями.
Если попытаться последовательно осмыслить космологию тварного мира с христианских позиций, но не так пространно, как это сделал прот. Василий Зеньковский, получаем следующую картину.

Поэтапная структура мироздания.

1. Творение мира.

Мы знаем что мир, видимый и невидимый, был сотворен из ничего. До творения мира нам достоверно известны лишь феномены отсутствия времени, существования Бога и Его плана домостроительства.

2. Творение ангелов.

Оно произошло до творения человека, на что указывает и ангельское предназначение и общая логика сотворения мира. Вспоминаем библейскую дефиницию: место обитания Ангелов – небеса (а вовсе не «рай», что бы под ним ни понималось).

3. Творение человека.

Сотворенный человек обитает в Эдеме – и это так же строгий библейский термин. Не в раю он обитает, а в Эдемском саду, который своею красотою заслужил возвышенную метафору «райский сад». Но это не сад в раю, это метафора. Рая в собственном смысле еще не существует.
А существуют небеса (место проживания Ангелов) и Эдем (место проживания человека). Ангелы свободно путешествуют с небес в Эдем (Денница – ангел-хранитель Земли) и обратно, человек способен общаться с Богом. Об общении людей и Ангелов не сказано.

4. Падение Денницы.

Согласно Преданию, падение Денницы было следствием сотворения человека. В принципе, чувства сатаны понятны: «Как это так! я, планетарный ангел херувимского чина, должен служить этой облезлой бывшей обезьяне, которая, видите ли, даром творчества обладает? Да ни за что, я сам – бог!» Верно ли так было, мы не знаем, да это и не важно.
А важно то, что сатану изгнали с небес. То есть прекратили сатане и аггелам его свободный доступ на небеса. И он оказался способным находиться только в Эдеме (а не в раю), где успешно и соблазнил нашу праматерь.

5. Падение прародителей.

Падение сатаны не оказало на онтологическую (бытийную, физическую) основу материального Эдема никакого влияния, не произвело в ней никакого изменения. Другое дело падение человека, существа духовно-телесного. В результате его падения Эдем претерпел катастрофические перемены: возник основной закон нашего мира — энтропия (тление), пищевая цепочка (вся тварь стенает и мучается), земля произрастила тернии и волчцы, животные отвернулись от человека, появилась смерть. Эдем оказался поврежден, т.к. духовно-телесный человек нарушил главный духовный закон мироздания и через свою двойственную сущность повредил материальный Эдем, который превратился в наблюдаемый сейчас космос с некрасиво разбегающимися друг от друга звездами. Достоверно известно, что начиная самое позднее с этого этапа, в тварном мире существует время.
В результате имеем небеса как место проживания Ангелов, и привычную нам в научном смысле Вселенную, т.е. бывший Эдем, как место проживания человека и падших ангелов.
Чтобы предотвратить свободное общение человека и бесов, Господь милосердно и промыслительно одевает нас в «кожаные ризы» (из которых так стремится выскочить каждый экстрасенс). Таким образом, хотя мы и живем в одной Вселенной с бесами, мы их не видим и напрямую не ощущаем. Правда, бесы прекрасно видят нас, но влиять на нас непосредственно не могут.
На этом этапе развития мира никакого рая еще в помине нет. Как, впрочем, и ада.

6. Смерть Адама.

Смерть – это разлучение души и тела. Голенькая душа, оставшись без защиты кожаных риз, немедленно становится доступной сатане и его бесам, так как душа «единотелесна» ангелам вообще. В посмертии у души сохраняется память, сознание, способность желать… Одним словом, личность сохраняется, но у неё напрочь исчезает воля, понимаемая как способность к действию.
Что захочет сделать сатана, получив в свои руки безвольного и беспомощного Адама? Да и другие бесы, дотянувшиеся, наконец, до рода человеческого? Увы, гадать долго не приходится. Для умерших начинается настоящий ад. Господь этого ада не создавал. Место мучений — наша Вселенная (бывший Эдем), но живые в своих кожаных ризах не видят происходящего. Где находится место мучений конкретно – неизвестно и неинтересно. Согласно Преданию Церкви – в центре Земли (земная твердь для инотелесных, иноматериальных душ и бесов не плотнее воздуха, который умершему для жизни более не нужен). Внимание, восстанавливаем библейское определение: это место мучений называется шеол. Это еще не ад. Это место ожидания окончательного решения своей судьбы на Страшном Суде.
Шеол – это просто часть Вселенной, «оборудованная» сатаной и бесами под пыточные камеры. Есть ли там котлы и сковородки? Может и есть, не слыхал. Многочисленные свидетельства возвратившихся с того света указывают на то, что фантазия у сатаны побогаче. Во всяком случае, некоторые церковные интеллигенты, согласные испытать в посмертии максимум муки совести, будут жестоко и осязаемо разочарованы. Душа чувствует все то же, что и тело, если воздействовать на нее соответствующим сотелесным инструментарием: «огнем» ли, «холодом», или еще чем. Время для экспериментов и вдумчивого выбора у сатаны было в достатке (шеол – это часть Вселенной, в которой течет время), и ему найдется, чем удивить грешника. Но мы забегаем вперед.
Есть и хорошие новости. Они состоят в том, что как сатана не хозяин Вселенной, так он и не хозяин шеола. Нам известно, что в «аду», т.е. в шеоле, есть «круги»: от мест, где нет мучений, но нет и радости, до мест, где находится Иуда. Если бы сатана был хозяином шеола, то всех бы мучил одинаково и максимально жестоко, однако Господь не попускает этому более, чем заслужил того несчастный пленник за время своего земного существования.
Характерным и печальным признаком мироздания на этом этапе истории является необусловленность посмертной участи от степени праведности земной жизни. Грешник ты или праведник, а за гробом тебя ждет только шеол: к ангелам на небеса душу умершего бесы просто не допустят, а других мест мироздание не имеет. Ветхому Завету нечего обещать своим святым, и он молчит. Не пришел еще Тот, о Ком вопил Иов: Кости мои прилипли к коже моей и плоти моей, и я остался только с кожею около зубов моих… А я знаю, Искупитель мой жив, и Он в последний день восставит из праха распадающуюся кожу мою, и я во плоти моей узрю Бога. Я узрю Его сам; мои глаза, не глаза другого, увидят Его (Иов. 19:20-27).
В итоге имеем: небеса (место жительства Ангелов), Вселенную (место жительства живых людей и бесов), и шеол (место обитания умерших людей и мучающих их бесов). Ни рая, ни ада, в собственном смысле этих слов, по-прежнему нет.

7. Воскресение Христа.

И вот наконец Господь непосредственно включает Себя в судьбы сотворенного Им мира, приняв поврежденную грехом человеческую природу. Подробнее об этом см. «От смерти до воскресения». Для нас важно, что после преславного Христова Воскресения во Вселенной появляется еще одно «место»: место ожидания праведниками райского блаженства, предвкушения будущих благ. Где конкретно это находится – Бог весть.

Может быть это как раз небеса, место «прописки» ангелов? Этого нам не открыто.

А структурно мироздание выглядит теперь так: небеса, Вселенная, шеол, место предвкушения райского блаженства. И вновь ни рая, ни ада. Господь их не творил.
В месте предвкушения душа избавлена от мучений бесами, но пребывает вне тела, и поэтому не является полноценным человеком и не живет полноценной жизнью.
Вновь умершие получают возможность избегнуть шеола успешным прохождения мытарств.
Поскольку врата шеола взорваны воскресением Спасителя, грешники имеют возможность по молитвам Церкви переходить на более легкие круги мучений (если направление движения ко Христу совпадает с их желанием, ибо благовествование Христово в аду продолжается) и даже совсем покинуть шеол. Было бы крайним свинством оставлять своих умерших братьев без молитвенной помощи.

8. Страшный Суд.

Тут все кратко и просто. Второй акт творения Бога: Се, творю все новое (Откр.21:5) и небеса свернулись как свиток, и возникли новое небо и новая земля. Уничтожена поврежденная Вселенная (бывший Эдем), с ней (как пребывающие в ней) нашли свой конец и шеол, так как впереди настоящий ад, и место предвкушения будущих благ, так как впереди настоящий рай.

Уничтожены и небеса — за ненадобностью.

Структура Вселенной упрощается. Появляется новый, горний Иерусалим – место обитания праведников и Бесплотных. Это и есть рай по существу.
Однако сатану, его бесов, и козлищ из людей требуется отделить от рая, иначе они его быстро опоганят, как это произошло с Эдемом. И возникает геенна. Очень хорошее слово выбрал Господь для обозначения ада. Геенна (арамейск.) – это всего лишь городская свалка с подветренной стороны Иерусалима, куда выносили ненужный мусор, поджигали его, и он вечно горел и вонял. Геенна – просто свалка для мусора. И это настоящий ад – ты элементарно никому не нужен, тебя никто не воспитывает и не наказывает, от тебя никто ничего не ждет и не требует – тебя выбросили. Из жизни выбросили. Ты исключен из общения даже с такими же грешниками как сам, тебя окружают кромешный мрак и ледяное молчание. Абсолютное, вечное одиночество, в котором твоими верными друзьями будут червь неусыпающий и огнь неугасающий (черное несветящее пламя). Предназначена геенна, то есть ад в собственном смысле слова, прежде всего для сатаны и ангелов его, но люди могут попасть туда запросто. И если в шеоле бесы были «на коне» и мучили души людей, то в геенне они связаны и мучимы сами.

Сама абсолютность одиночества определена тем, что в геенне нет никакого пространства (или места); ничего нет, и времени тоже – просто ты неуничтожим как личность, и находишься в собственном персональном аду, не имеющем никакой протяженности, которая не нужна – ты связан. И так каждый из попавших в ад. Никакое место для них не создавалось, они просто выброшены из рая, из того места, где есть место. Может быть, отцы говорили о «тесноте» ада и в этом смысле тоже.

Обратите внимание – Господь ада снова не создавал – геенна это просто «вне место» для тех, кто выброшен вон. Источник мучения несчастных насельников геенны – божественная любовь, не отнявшая жизнь, и их собственная ненависть к ней, в сочетании с полной беспомощностью, абсолютным одиночеством, бесплодным и потому бессмысленным раскаянием, и отсутствием какой бы то ни было надежды на изменение своего состояния. Ждать нечего – уже ничто не изменится.

Царствие Божие есть Царство света. Возьмем деревянный ящик, выкрасим внутри черной краской и забьем. Что будет в нем? Темнота. И этот ящик, полный темноты, принесем в светлую комнату и раскроем. Мы увидим, что там никакой темноты уже нет, ящик полон света. Значит, темнота исчезла. Вот почему не может темная душа в Царствие Божие войти — потому что ей придется там исчезнуть. Поэтому прежде, чем войти в Царствие Божие, нужно душу свою наполнить светом. Свет сродни свету. Поэтому если мы станем сынами света, то и внидем в Царствие Божие (прот. Дмитрий Смирнов, проповедь на отдание Праздника Пасхи, Крестовоздвиженский храм, 30 мая 1984 года).

Свободный выбор свободного разумного существа, произведенный во времени, привел к вечным последствиям. Не к «временным» последствиям в «вечности», как многим хотелось бы, а просто к непрекращающимся. Предупреждали же.

Структура вселенной проста – только рай, горний Иерусалим.

Заключение.

Недаром Православная Церковь не имеет догматического учения об аде. Его Господь не создавал и не создаст.
Недаром вместо учения о рае, наша Церковь имеет преимущественно учение о Царствии Небесном, которое внутрь каждого из нас есть.

С точки зрения Господа, и рая-то никакого нет, а есть пространство для нормальной жизни не неограниченных тварных свободных и разумных.

Остается только добавить, что Царствие Небесное – это состояние, а рай – это место. Именно те, кто достигнут в своей душе Царствия Небесного, смогут попасть в то место, которое вначале будет зваться местом предвкушения райского блаженства, а потом – попросту горним (настоящим, нормальным, праведным, правильным) Иерусалимом.

Источники:
  • http://pravoslavie.ru/38179.html
  • http://www.moleben-online.ru/novosti/26-chto-takoe-raj-svyatye-ottsy-i-svyashchenniki-o-rae
  • http://www.missionary.su/theology/19-1.htm